Страница 99 из 245

Другари у Щукаря

Борис Петрович Агуренко, Борис Сергеевич Козлов, Борис Николаевич Куликов, Борис Френкель, Боян Савчев, Вадим Ревокатович Климов, Валерий Васильевич Гура, Виктор Сергеевич Петров, Виолетта Аврамова, Владимир Козарски, Владимир Иосифович Фролов, Владислав Дрямов, Геннадий Иванович Степаненко, Геннадий Анатольевич Сухорученко, Георгий Цоев, Динчо Христов, Ефрем Михайлович Гордон, Иван Николаевич Лесной, Игорь Яковлевич Халупский, Кино Лазаров, Константин Георгиев, Крыстьо Марков, Леонид Борисович Сабаковский, Любен Христов, Марк Сапожников, Михаил Зельманович Лемперт, Наталья Кудинова, Николай Булев, Николай Сергеевич Костарев, Николай Мизийски, Николай Михайлович Скребов, Николай Алексеевич Юрин, Павел Юрьевич Пономарёв, Петар Койчев, Сергей Александрович Андреенко, Сергей Владимирович Радченко, Стефан Моллов, Стойко Данчев, Трифон Стойчев, Цветан Розов

МИЛЫЙ ЧЕЛОВЕК

У себя в кабинете я собрал весь персонал.

— Товарищи! — начал я патетически. — Вы знаете — многие великие ученые доказали, что труд из обезьяны сделал человека. Думаю, нет надобности объяснять вам, что самое существенное доказательство принадлежности человека к человеку — это потребность трудиться. И поэтому, чтобы оставить достойный след в нашей жизни, завтра, ровно в шесть утра, едем помогать селу убирать овощи. И, конечно же, под воздействием ультрафиолетовых солнечных лучей укрепим свой расшатанный организм, подышим свежим воздухом, а в общем — отдохнем. Даешь!

Я остановился, но ответного «Даешь!» не последовало. Все молчали. Только Мима шепнула Кине:

— Какой ужас! Два дня! Да я и дня без Бобби не проживу!

Бухгалтерша Тотева затряслась, как малярийная.

— Что с вами, Тотева?

— Микроинфаркт, товарищ начальник!

— Но вы же утром были так жизнерадостны?!

— Кризис приходит ко мне неожиданно.

— Неужели?

— Да разве мое состояние вам ни о чем не говорит?

И она с мучительной гримасой обеими руками обхватила почему-то правую сторону груди.

— А нельзя ли механизировать всю эту работу? — спросил старший технолог. — Непонятно, где техника и технический прогресс — основа наших государственных директив?! Почему не подключить к этой работе механизмы и этим увеличить производительность труда?!

— Я на солнце — как пьяный осел! — воскликнул-наш дежурный сантехник. — Вычеркните меня, пожалуйста, из списка!

— Но ведь мы едем не на каторгу, а на помощь селу, товарищи!

В углу раздавался громкий плач нашей плановички…

— Что случилось, Бекарская? Вы ведь всегда любили солнце и всегда напевали «О солле мио-о-о!»

— Да, но я же диабетик и эти два дня должна отдыхать. Могу предоставить медицинскую справку.

И Бекарская снова зарыдала.

Выступили еще несколько служащих.

О ужас! Не предполагал, что у меня так много страдающих колитом, гастритом, язвой, лейкемией, геморроем, коклюшем, водянкой…

Голова моя пошла кругом. Но прежде чем упасть в обморок, я посмотрел с надеждой на бай

[1]

[Почтительное обращение к старшему мужчине.]

Мильо, нашего уважаемого бай Мильо.

— А что скажешь ты, бай Мильо?

— О чем разговор? Раз нужно — поеду. — И он добродушно улыбнулся.

Мима шепнула Кине:

— Какой милый человек, этот бай Мильо, так бы его и расцеловала…

Перевод Бориса Козлова.