Другари у Щукаря

— Звонить не будем, — заикаясь, попятился к двери Бодров.

— И куда же пойдут наши гро́ши? — угрюмо поинтересовался с порога механик.

— В общество трезвости, в качестве взносов, — сказала продавщица, протягивая марки и членские билеты. — Здесь на всех троих. Так что, поздравляю вас!

ИВАН ЛЕСНОЙ

Будучи Лесным, он пишет об обитателях лесов, и потому в секции сатиры и юмора руководит разделом «В мире животных». Свой зверинец он возил в Болгарию и несколько зверюшек оставил в редакции газеты «Семптеврийска победа».

БАСНИ

БЕЛКА И ЕНОТ

Средь зоопарка целый день, в субботу,

Скакала Белка в колесе.

— Ты дух переведи, — журил ее Енот, —

И отдыхай, как все.

Имей охоту — о себе, хоть малость, проявить заботу.

— А может, я играюсь тут в работу, —

Еноту

Белка молвила в ответ:

— Прощай!.. Бегу!.. Спасибо за совет!

Иного так захватит службы суета,

Что думаешь: «Ах, бедный, мается до поту».

Но приглядись попристальней, а он, что белка та,

В бесцельной суете играется в работу.

УШЛЫЙ ЗАЯЦ

— Куда ты из лесу бежишь во весь опор? —

Окликнул Зайца Волк.

— Ты что, не знаешь до сих пор?

К нам едет Лев!

Я весь дрожу. Во гневе — он суров.

Ему не попадайся на глаза.

Ну, будь здоров!

— Но ты-то тут причем?

Грех на душу не брал, чего тебе бояться?

— Чтоб крайним перед Львом не оказаться.

ВИКТОР ПЕТРОВ

Родился в 1946 году, и уже сколько лет ведет двойную жизнь: поначалу был рабочим — порт, бондарный завод, судоверфь, затем журналистом и редактором — газета, книжное издательство, теперь вот заместитель главного редактора журнала «Дон», но все это для отвода глаз: как сочинял стихи, так и сочиняет. Рано или поздно тайное становится явным. Виктор Петров издал шесть поэтических сборников в Москве и в Ростове-на-Дону. По строчечной сути — он чистый лирик, хотя и осознанная необходимость собственного раздвоения толкает порой к ироническому самовыражению.

ВЕРБИНКА

Мне

Варна

раскрутит пластинку:

«А ну-ка, другарь, покажись!»

И я выбираю Вербинку

На танец,

а мог бы на жизнь…

Я мог бы, но там, где осока,

И чакан, и водная тишь,

Казачка сказала:

«Мой сокол,

Куда не летай — прилетишь!..»

Смущают болгарские очи

Российскую душу мою.

Вербинка понравилась очень,

Да чувства иные таю.

Пунцовая роза на платье,

Родная славянская речь,

Прилюдное в танце объятье…

Эх, как мне себя уберечь!

По счастью,

пластинка отпела,

И только ли танцу конец?..

Вербинка,

Такое вот дело,

С тобой не менять нам колец.

…Утешит донская глубинка,

Но, трогая вербу рукой,

Шепну по-болгарски:

«Вербинка…» —

О девушке,

знаю какой.

КРЫША

У соседки пил мужик,

А сказала: «Пропади…»

И пропал

под пьяный крик,

И оборвалось

в груди.

Где мужик? Да нет его!

И зачем он, шебутной?

Все бы вроде ничего,

Только тяжелей

одной.

Вот и крыша потекла,

Починить,

не знает, как:

Устрашились полсела —

В небо лезет пусть

дурак.

И, махнув тогда рукой,

Сказанула да в сердцах:

«Подвернулся б черт какой!..»

Глядь, и — черт!

плюет

на страх.

Крышу чинит парень-черт,

Напевает без вина.

Будет крыша первый сорт,

Знает дело, сатана.

Пахнет серою в селе.

Слух клубится

по селу.

Парень, как навеселе,

Варит адскую смолу.

Говорят,

Из трезвых мест

Черноглазый имярек.

Что́ ему до всех невест,

Крышу чинит —

как навек!

Булькает смола в котле,

Сохнет крыша на ветру.

И летает

на метле

Не соседка ль

поутру?

БАТЮШКА

Сверкает купол у церквушки,

Куда по заведённым дням

Пристойно семенят старушки

Вдоль улочек

и там и сям.

Крестами осеняясь чинно,

Твердят молитвы, как стихи…

И поп,

Упитанный мужчина,

Отпустит грешницам грехи.

Потом — сняв рясу в боковушке —

Натянет джинсики взамен,

И, не горюя о церквушке, —

Он за рулем,

как супермен.

А что бородка,

так бородка

Почти у каждого своя;

И — рядом в юбочке короткой

Накрашенная попадья.

Сворачивая возле клуба,

Сигнал насмешливый подаст.

Его

с крыльца завклубом

грубо

Анафеме в сердцах предаст.

А поп не поведет и ухом,

Ему, такому, нету бед:

Послужит верою старухам —

Машину

перекрестят

вслед.

В соседний город едет важно,

Где на высоком этаже

Он проживает с газом, с ванной —

При светлом царствии уже.

Летит

хорошая дорога,

Поет приемник о любви…

И едет он, боясь не Бога,

Боясь

Инспектора ГАИ.

1983

ПАВЕЛ ПОНОМАРЕВ

Будучи ответственным секретарем ростовской областной газеты «Комсомолец», уделяет особое внимание юмористической рубрике «Веселый курень». Сам же предпочитает публиковать свои юмористические произведения в других печатных органах, в том числе, в «Литературной газете».

АВТОРИТЕТ

В одном учреждении работал начальником Авторитет. Был он важным, солидным, непререкаемым. Но как-то раз Авторитет пошатнулся и сел в лужу.

В тот же день все сотрудники учреждения знали, что Авторитет подмоченный… Он попытался оправдаться, — мол, случайно поскользнулся, но ему в ответ лишь сочувственно кивали, а верить — не верили. По всем этажам пробежал учрежденческий Слух, рассказывая по секрету, что Авторитет-то — неоправданный и сомнительный… Мол, если сейчас пошатнулся, значит, и раньше был неустойчивым.

Авторитет с того дня словно подорвался: с первого взгляда становилось ясно, что он нездоров. Раньше он казался большим, даже огромным, а теперь все увидели, какой в общем-то Авторитет невысокий и потрепанный.

Сама собой напрашивалась мысль: а не был ли прежде Авторитет просто дутым?..

Прошло еще немного времени, и какой-то совсем молодой специалист, проработавший в учреждении без году неделю, закричал во весь голос:

— А ведь Авторитет-то — голый!

БУДНИ