Страница 48 из 87
Глава 14: Сделка во тьме
Сириус сидел в глубоком кресле у камина, вытянув длинные ноги к огню. Перед ним на низком столике стояла пустая чашка из-под кофе — после вчерашнего он решил держаться подальше от огневиски. Он не спал. Азкабанские кошмары в эту ночь оказались особенно настойчивыми.
Услышав тихие шаги, он напрягся, но, увидев вошедшую Лилит, замер.
Она закрыла за собой тяжелую дубовую дверь, наложила на нее невербальный Муффлиато и только после этого подошла к камину. В неровном свете пламени ее лицо казалось сосредоточенным, почти взрослым. В ней сейчас отчетливо читалась та самая пятнадцатилетняя девушка-стратег, которая умела выживать в любых условиях.
— Не спится? — хрипло спросил Сириус, внимательно наблюдая за каждым ее движением. В его голосе не было вчерашней язвительности. Только осторожность.
— Нам нужно поговорить, Блэк, — тихо сказала Лилит, опускаясь в кресло напротив. — Без свидетелей. Без нравоучений. И без Ордена.
Сириус чуть приподнял бровь. Заинтригованный, он подался вперед, сцепив пальцы в замок.
— Звучит как заговор. Я внимательно слушаю.
Лилит посмотрела ему прямо в глаза.
— Я знаю, как навсегда избавить Римуса от ликантропии.
В библиотеке повисла звенящая тишина. Слышно было лишь, как потрескивают поленья в камине. Сириус моргнул. Его лицо мгновенно потеряло всякое выражение легкомыслия.
— Лилит, — его голос стал низким и опасным. — С такими вещами не шутят. Это невозможно. Дамблдор, лучшие целители Святого Мунго… никто не нашел лекарства.
— Мой отец нашел, — отрезала она, и в ее тоне зазвучала непреклонная уверенность. — Это не просто теория. У меня есть доступ к его записям, формулам зелий и руническим схемам.
Она коротко, но предельно четко изложила суть. Три дня. Трансформация до полнолуния, удержание зверя на пике и закрепление на убывающую луну. Она видела, как расширяются зрачки Сириуса, когда он осознавал масштаб и безумие этой идеи.
— Три дня в форме волка… — прошептал Сириус, проводя ладонью по лицу. — Да его внутренний зверь сойдет с ума от боли. Он разнесет любую клетку.
— Не любую, — Лилит наклонилась ближе. — Гриммо не выдержит. Магический фон здесь отравлен. Но в моем родовом поместье есть ритуальная зала. Она создана для удержания энергии такого порядка. Защита встроена в сами камни.
Сириус долго молчал, переваривая услышанное. Он смотрел на девочку перед собой, и в его взгляде читалось сложное, искреннее восхищение. Она не была ребенком, которого нужно было прятать. Она была оружием, которое решило само выбрать себе цель.
— Римус никогда на это не пойдет, — наконец произнес Блэк. — Ты же знаешь его. Он до ужаса боится кому-то навредить. Как только ты заикнешься о том, что собираешься держать его в форме волка три дня… он скорее запрет себя в Азкабане, чем позволит тебе рисковать.
— Именно поэтому я говорю сейчас с тобой, а не с ним, — Лилит не отвела взгляда. — Одну меня он не послушает. Но если мы придем к нему вдвоем, с готовым планом, с зельями и гарантиями безопасности… у него не останется выбора. Мы загоним его в угол ради его же блага.
На губах Сириуса медленно расплылась кривая, почти хищная улыбка. Это была не обиженная ухмылка вчерашнего дня. Это был оскал Мародера, почуявшего настоящую, опасную авантюру.
— Загнать Лунатика в угол… Мне нравится, как ты мыслишь, — он откинулся на спинку кресла. — Но у нас есть препятствие покрупнее Римуса с его комплексом мученика. Профессор Дамблдор.
Упоминание имени официального опекуна заставило Лилит чуть напрячь челюсть.
— Я знаю, — кивнула она. — Он мой опекун. Он ни за что не отпустит меня из этого дома. А если узнает, что я планирую темный ритуал, то посадит под такой замок, что даже ты не проберешься.
— Старик любит контролировать все фигуры на доске, — согласился Сириус, и в его голосе проскользнула привычная горечь. — Он не позволит Ордену менять дислокацию без веской причины. Нам нужно заставить его поверить, что переезд в твое поместье — это его собственная, гениальная стратегическая идея. Либо… создать условия, при которых оставаться на площади Гриммо станет абсолютно невыносимо.
Лилит чуть прищурилась, оценивая его слова.
— И у тебя уже есть идея?
Сириус подался вперед, так близко, что их разделял лишь узкий кофейный столик. Их объединил общий секрет, бунт против авторитетов и отчаянное желание спасти близкого человека.
— Мы, Блэки, знаем толк в проклятиях, Лилит, — в его глазах плясали те самые безумные, живые искры, которых она не видела с момента их знакомства. — Я знаю парочку способов сделать так, чтобы защита этого дома внезапно начала «сбоить», пугая Орден. Но нам придется действовать идеально слаженно. Ты готова сыграть партию против Дамблдора?
Лилит медленно, уверенно кивнула.
— Я играла с монстрами пострашнее.
Они ударили по рукам, закрепляя свой тайный, опасный пакт в тишине старой библиотеки, пока весь дом погружался в предрассветный сон.
— Значит, мы пустим яд по венам этого дома, — Сириус хищно усмехнулся, глядя на набросанную на пергаменте схему. — Если ты сможешь направить энергию из той подземной реки вверх, к фундаменту, защитные чары поначалу попытаются её заблокировать.
— Но если ты, как лорд Блэк, снимешь внутреннее сопротивление родового камня… — подхватила его мысль Лилит.
— То дом с жадностью впитает эту скверну, — закончил Сириус. — И тогда начнется настоящее веселье. Гриммо начнет защищаться так, как его учили веками: уничтожая всё чужеродное и светлое.
План был утвержден. Остаток ночи они провели в подземелье. Лилит использовала рунические цепочки из записей отца, чтобы создать тягу, поднимающую темный фон наверх, а Сириус вскрыл алтарный камень Блэков, позволив этой энергии хлынуть в стены особняка.
Последствия не заставили себя ждать.
Утро на площади Гриммо началось с оглушительного грохота и истошного крика.
Когда Лилит спустилась на кухню, стараясь выглядеть заспанной и напуганной, там уже царил абсолютный хаос. Тяжелый дубовый стол был перевернут. В воздухе пахло озоном, паленой шерстью и чем-то гнилостным, а по углам клубились неестественно густые тени.
— Сириус! — сорванным голосом кричала Молли Уизли, размахивая палочкой. На ее рукаве тлела дыра. — Твоя проклятая плита только что плюнула в меня черным пламенем! Я просто хотела поставить чайник!