Страница 28 из 117
Глухой стук, снова хрипы. Приказы Крюкова.
— Мешок снимай!
— Приступ, что ли? — недоумевал Жора.
— Кляп вынь, а то начнёт блевать и захлебнётся!
Через секунду раздались крики Бори:
— Я скинул карту! Там, где твои люди нас нашли. Под камнем она лежит, у бочки!
Максим не мог понять, блефует Боря или говорит правду. Потом услышал голос Крюкова:
— Смотри. Я ж проверю. Жора, бери людей — и туда. Дорогу помнишь?
— А то!
— А этих запереть.
Развязали руки, сняли мешок. Тусклый свет от жировой лампы на полу в первую секунду чуть не ослепил.
Ребята сидели на полу. Влад лежал, свернувшись калачиком, лицом к стене.
Крюков стоял в дверях и ухмылялся.
— Что-то вашему корешу поплохело. Отдохните пока тут. Мужики сходят, наколку Бори проверят. Если ничего не найдут…
Он замолчал. Посмотрел по очереди каждому в глаза, развернулся и вышел, деревянная дверь закрылась.
Какое-то время сидели молча. Наконец, Максим проговорил:
— Влад, ты живой?
В ответ — тишина.
— Дурман ему подсыпали, — раздался голос Бориса, — чтобы язык развязать. Теперь он уснул. Скоро очнется.
— Какой еще дурман? — ошалело спросил Кирилл.
— Скополамин, — спокойно ответил Борис, — хранили в погребе, в леднике, для особых случаев.
— Может, тут еще и прослушка в камере? — продолжал Кирилл.
— Ну, нет, — попытался успокоить Борис, — тока-то нигде нету.
Максим огляделся — кроме них в тесной холодной землянке никого не было. Посмотрел на Бориса.
— А это тебе там плохо стало?
— Да, — ответил тот, — чуть не проглотил, еле сдержался.
Он сунул пальцы в рот и вынул что-то маленькое, тускло блеснувшее. Затем приложил палец к губам и кивнул на дверь.
«Лезвие! — понял Максим, — хорошо, что они не догадались в рот заглянуть».
Кирилл и Максим подошли к Борису.
— Ты правду им сказал про карту? — спросил шепотом Кирилл.
— Конечно! — ухмыльнулся Борис, — как на духу!
— А корчиться ты стал, чтобы они тебя с собой не взяли, — догадался Максим. Он понимал, что за дверью могут подслушивать, и тоже говорил шепотом.
— Я знал, что если они и начнут кого-то допрашивать, то сначала его, — сказал Борис и кивнул на всё ещё лежавшего Влада, — поэтому карту я у него спёр, когда проснулся на привале. Я проснулся раньше всех, а Владик-то думал, что разбудил меня.
— И где же карта? — хором спросили Макс и Кирилл.
— Выберемся — сам покажу.
— Осталось только выбраться, — усмехнулся Максим. Ему уже не хотелось домой, в нем проснулся охотничий азарт, он осознал важность своей цели — раз уж Крюков так серьезно за них взялся.
— Рано или поздно сюда кто-нибудь войдёт, — ответил Борис, — так мы и выберемся. Осталось подождать. А пока сидим тихо.
Сбоку послышался шорох, ребята обернулись — Влад проснулся и протирал глаза.
— Лезвие не потерял? — шепотом спросил он, глядя на Бориса.
— Обижаешь…
— Молодец. Теперь молчим и ждём.
Ждать пришлось долго, но, наконец, дверь открылась, и в темницу вошел человек в маске с лампой в руке.
Мгновение — и Борис обхватил вошедшего сзади, приложив к горлу посетителя лезвие. Влад, уже бодрый и отошедший ото сна, подскочил и ударил непрошенного гостя в живот. Тот тихо взвизгнул.
— Пикнешь — горло перережу, — прошипел Борис.
Влад тем временем выхватил из рук пленника лампу, снял с него маску, подсветил — на друзей смотрела Таня. Страха во взгляде не было, как и агрессии — она, казалось, уже давно не боялась смерти и готова была погибнуть за правое дело. Дышала она тяжело.
— Ты что тут делаешь? — пробормотал Влад. Ему будто стало неловко из-за того, что он ее ударил, да еще и так сильно. Максиму тоже стало не по себе, но он эмоциям воли не дал — она сама знала, на что шла. Пусть радуется, что сразу горло не перерезали.
— Принесла вам попить, — Таня кивнула на флягу, висевшую у нее на поясе. Встретилась взглядом с Максимом. Она смотрела на него внимательно и слегка удивленно. Попыталась улыбнуться.
— Выведешь нас, — проговорил Максим, — но сначала вернешь наши вещи.
Неуверенно говорил, даже пару раз запнулся.
— Эта тварь шпионила за нами два года, — рявкнул Борис, и от этого Максиму даже полегчало — так она не успеет распознать неуверенность в его голосе. Но она, видимо, успела.
— Интересная тетрадь у тебя, — сказала она, — а ваши вещи я не трогала, не знаю, где они.
— Пошла, — сквозь зубы приказал Борис.
— Зарежешь меня? — хихикнула Таня, но тут же взвизгнула. Боря, кажется, царапнул ее, в назидание. Максим разглядел капельку крови там, где лезвие прижималось к бледной коже, и ему снова стало не по себе.
В этот момент в дверной проем просунулся охранник — тоже в маске, с ружьем на плече. Видимо, услышал.
Только просунулся — напоролся животом на колено Влада, захрипел и пинком был брошен в камеру, которую стерег. Кирилл снял с его плеча ружье, вышел.
По узкому сырому коридору дошли до деревянных ступенек, поднялись — оказались на первом этаже «дворца» Крюкова.
«И вправду — трюм, — подумал Максим, — и ведь специально тюрьму выкопали».
В центре зала на табуретках сидело двое бойцов. Заметили беглецов, но сделать ничего не успели. Только повернулись на шум и были у Влада на мушке.
«Лежать мордой в пол! Руки за голову!»
Залегли, замерли. Борис и Кирилл взяли их оружие.
— Вещи наши где? — крикнул Максим.
— В сундуке, — пролепетал один из лежавших, — у стены.
Ребята подбежали к большому деревянному сундуку, Влад сбил прикладом замок. Борис выпустил Таню, полез за своим рюкзаком. Максим сорвал со стены пару песцовых шкурок.
— Где тетрадь? — крикнул он и посмотрел сначала на лежащих бойцов, потом на Таню.
— Не знаю, — ответил один из лежащих.
— Мы ничего не брали, только стерегли, — сказал второй.
Максим направил ствол на Таню.
— Где тетрадь?
— Хорош, — вмешался Кирилл, — не до дневника! Валить надо.
— Тетрадь наверху — ответила Таня и указала в сторону лестницы, откуда раздались тяжелые шаги, — я не дочитала. Я медленно читаю. Только картинки досмотрела — прикольные, особенно с животными!
— Да сдалась тебе эта тетрадка! — крикнул Боря Максиму.