Летописи Кота Баюна

Глава 18

— Девы, подъём, я голодный! — Цезарь уже разжёг костёр и теперь стучал ложкой по пустому котелку.

Девы дружно попытались натянуть одеяло на головы.

— Кто последний встанет, тот пойдёт потрошить птичек. — Василиса кометой слетела с лежанки, а Цезарь коварно добавил. — А кто первый щипает им перья.

Василиса со стоном упала обратно и попыталась снова залезть под одеяло.

— Нет уж, торопливая ты наша. — Яна завернулась в него, как в кокон и сдаваться не собиралась. — Иди, как общиплешь, разбуди, я продолжу.

Царевна мрачно разглядывала пару увесистых тетеревов, гадая с чего нужно начать. Подёргала за перья и жалостно вздохнула. Не дождавшись никакой реакции, вздохнула погромче.

— Ты ещё заплачь. — Яна высунула голову из-под одеяла.

— А поможет? — В голосе Василисы было столько надежды, что Яна не выдержала.

— Пошли умоемся, потом вместе всё сделаем. — Яна выползла из своего кокона и сложила одеяло. — Цезарь, будь добреньким, вскипяти котелок воды, а то мы их до вечера щипать будем.

В четыре руки и пару лап дело заспорилось и скоро над углями зашкворчало, а по берегу озера поплыл дразнящий запах жареного мяса. Ну и что, что оно немного обуглилось, девушки были в восторге. Правда не столько от завтрака, сколько от самих себя. Для Яны это первый опыт готовки на костре в походных условиях, а для Василисы просто первый.

— Ну что, девы, вместе любое дело по плечу? — Цезарь хитро прищурился, догрызая последнюю косточку.

Перемазанные сажей, но довольные девы согласно закивали и стали собираться в путь.

Ночь была тяжёлой, несколько раз Велемиру казалось, что он умирает. Ненависть ко всему миру и яд жгли нутро не хуже огня. Он корчился от боли, то наяву, то проваливаясь в кошмарные видения. К утру ему стало немного легче и он забылся коротким сном.

Проснувшись, он вызвал Ефима, чтобы помог одеться. Велемиру всё ещё было плохо, но медлить дальше нельзя. Сегодня он раздавит всех ядовитых гадин в своём тереме. Гадин, которых породила ему жена. Может и не любила она его вовсе, раз её змеёныши готовы отца родного ядом травить. Обман всё это был, точно, обман и дурман.

Велемиру даже стало легче от этой мысли. Ничего, он ещё достаточно молод, возьмёт себе новую жену и будут у него другие дети.

Ефим уже доложил ему, что Слободан в сопровождении двух воинов выехал в дорогу.

Дарислава была в своих покоях, не решаясь выйти. Ей казалось, что стоит кому-нибудь её увидеть, как все сразу поймут, кто виновен. Почему же так тихо вокруг, неужели ещё не нашли. Принесённый завтрак стыл нетронутым. Услышав тяжёлую поступь отца, ещё не веря, задрожала и когда распахнулась дверь, она не смогла скрыть ни удивления, ни страха. Мертвенно бледная царевна широко распахнутыми глазами смотрела на отца, сцепив дрожащие пальцы.

— Вот оно значит как. — Велемир сжал кулаки и подошёл ближе. — Что же ты, дочь моя любимая, не рада батюшку своего видеть? А может надеялась, что и не увидишь более? Паршивая дрянь!

От сильного удара Дарислава отлетела к стене и упав, затихла. Велимир подошёл к дочери и убедившись, что она жива, мрачно усмехнулся. Нет, так легко она не отделается.

В бешенстве опрокинул стол, запер дверь на ключ и вернулся к себе, приказав подавать завтрак.

Бериславу не было нужды делать кружной путь и они выехали на прямой тракт до царства царя Еремея. Он планировал оставить Матрёну с детьми в одной из деревень и вернуться к Велемиру.

Погода стояла ясная и путники довольно быстро добрались до границ земель царя. Первую деревню они проехали мимо, Бериславу не понравилось маленькое, бедное даже на первый взгляд, селение.

Вторая деревня, раскинувшаяся на берегу реки, была намного больше. Крепкие дворы, в которых мычала и блеяла скотина, новая мельница на стремнине, встреченные селяне в добротной одёже, всё указывало на то, что здесь не бедствуют.

Бойкий парнишка проводил их к местному старосте. Седой, но ещё крепкий мужик встретил их во дворе и после знакомства пригласил в дом.

Пока жена старосты накрывала на стол, кидая любопытные взгляды на гостей, Берислав, сам староста по имени Ходимир и дети сели вокруг стола. Матрёна с Вереей предложили свою помощь хозяйке. Та отказываться не стала.

— Дом я ищу, Ходимир, для семьи, на время. Мне пока уехать нужно ненадолго.

Ходимир задумался.

— Ежели на время, то смотри. Есть у нас одна изба пустая, что на отшибе, да только заброшена она давно, обветшала без хозяйской руки. Одним бабам там тяжко будет. Или можешь у меня оставить. Мы на прошлой неделе сыну свадьбу да избу новую справили, места теперь много свободного. Я много за постой не попрошу, да под присмотром будут.

— Благодарствую за предложение. Посмотрим мы ту избу, а там и решим. — Бериславу было бы спокойнее оставить семейство под присмотром, но Матрёна должна сама решить. Всё же быть в доме единственной хозяйкой и жить у чужих людей, хоть и временно, это разное.

— То и ладно. — Ходимир согласно кивнул. — Сейчас отобедаем, да сходим.

Староста не соврал, изба на окраине села и впрямь выглядела неказисто. Заваленный плетень, пустые, слегка перекошенные от времени, проёмы окон и прогнившее крыльцо сразу навевали грусть. Внутри всё было ещё печальнее, похоже, что крыша сильно протекала, стены уже почернели от плесени, доски на полу рассохлись, а через щели в давно не конопаченных стенах весело пробивались солнечные лучи.

Берислав покачал головой, даже не спрашивая Матрёну.

— Нет, здесь точно не оставлю.

Матрёна с Вереей, вначале надеявшиеся на отдельное жилище, немного приуныли, но спорить было глупо.

Они вернулись в дом Ходимира, Всемил пошёл распрягать лошадь, Матрёна с Вереей переносили нехитрый скарб в комнату, которую им отвела хозяйка, а Дарён увязался за Бериславом, на которого всю дорогу смотрел с восторгом и пытался подражать. Воевода переговорил ещё раз со старостой, наказав тому беречь супругу, которой он представил Верею, и её семью.

Берислав помимо оплаты Ходимиру, оставил кошель с монетами Верее, когда она вышла проводить его до околицы.

— Я постараюсь вернуться как можно скорее, краса моя. — Он обнял девушку за плечи и притянул к себе.

— Я буду ждать тебя столько, сколько будет нужно, только возвращайся. — Верея шмыгнула носом, крепко обняв его в ответ и сунула ему в руки узелок, перекусить в дороге.

— Беги в дом. — Берислав поцеловал её в макушку и вскочил в седло.