Царьград

Им предстояло стать костяком новых команд, обучить набранных рекрутов обращению со сложным такелажем фрегатов и заставить южный флот работать как единый часовой механизм.

Вот только многие офицеры, которые не были довольны своими назначениями, даже когда те сопровождались повышением чина, ошиблись. Не было тут, на Черном море пиратской ватаги и вольницы. Тут был флот не только на бумаге и на словах, а на деле. Матросы Змеевича уже добыли свою славу и тренировались и днем и ночью, становясь по истине отличными моряками.

Змаевич не опирался только на русских матросов. Как славянин, он кинул клич по всем Балканам. И они пришли. Точнее не так… Они шли и без этого. Много сербов, болгар и других народцев балкан пользуясь случаем, а еще и тем, что немало времени русский отряд Чеботаря контролировал горные перевалы у Шипки, покинули насиженные места.

Они бежали не только от турок, если уж быть честными, но и от войны. Все понимали, что по весне начнется такой ужас на этих землях, что небо покажется в овчинку. А Россия уже казалась оплотом стабильности и силой, что способна перемолоть.

Ну и приходили сведения с мест, что турки лютуют. Они видят в каждом славяноязычном обывателе партизана, предателя. Еще и постоянные реквизиции, по сути, прямые ограбления людей. На войну в Османской империи не хватало денег. А прибывавшие на театр боевых действий отряды из отдаленных регионов большой империи не понимали и не хотели понимать местных реалий. Грабежи, насилия… бежали многие, из них не все добегали.

И вот эти люди, желая быстрее получить стабильность, соглашались на почти всякие работы, где только платили бы.

И вот теперь, на берегу, отдельным лагерем, дымили кострами сотни добровольцев. Беглые сербские гайдуки, черногорцы, албанские христиане и греческие клефты. Суровые, обветренные люди в расшитых куртках, с ятаганами и кремневками за широкими поясами. Эти были настроены на другую работу — боевую.

Из них Змаевич формировал абордажные роты и десантные батальоны морской пехоты. Эти люди ненавидели турок той генетической ненавистью, которую не привить муштрой, и в бою они стоили десятерых.

— Пойдемте, капитан, посмотрим, как идет подготовка канониров, — приказал адмирал, начав спускаться по вырубленным в скале ступеням к артиллерийскому полигону.

— Ты мне указываешь? — Змаевич грозно посмотрел на флаг-офицера.

— Ни в коем разе, ваше высокопревосходительство. Вы сами просили напомнить вам, что сегодня никак не возможно не посетить тренировочные площадки, — поспешил оправдаться офицер.

Но адмирал, не желая показывать, что ошибся, вспомнил, чинно проследовал к тренировочным базам.

Здесь, на широкой береговой косе, разворачивалось зрелище, поражавшее всякого, кто видел его впервые. Специально для Черноморского флота петербургские инженеры разработали хитроумные тренажеры, прозванные в народе «дьявольскими качелями».

На массивных деревянных рамах, подвешенные на толстых пеньковых канатах и якорных цепях, качались тяжелые дубовые платформы, имитирующие орудийные палубы линейного корабля. На каждой платформе была установлена настоящая корабельная пушка, «Единорог К2». Десятки дюжих рекрутов с земли с помощью системы блоков и талей раскачивали платформу, создавая иллюзию жестокой килевой и бортовой качки.

Змаевич остановился, наблюдая за работой одного из расчетов.

— Накат! — ревел рыжебородый боцман-балтиец, перекрикивая скрип дерева и лязг цепей. Платформа ухнула вниз, накренившись градусов на двадцать.

Орудийная прислуга, едва удерживаясь на ногах на скользком, специально политом водой настиле, вцепилась в пушечные тали. Огромное чугунное тело орудия, массой в полторы тонны, угрожающе скрипнуло на станке, норовя сорваться с брюка (толстого каната, гасящего отдачу) и раздавить людей.

— Керни! Закладывай ядро! Пыж! — летели команды.

Канонир с банником, балансируя на качающейся палубе, как цирковой акробат, загнал в ствол деревянный муляж ядра. Наводчик, матерясь сквозь зубы, орудовал клиньями под казенником пушки, пытаясь поймать в прорезь прицела мишень — белый щит, установленный на скале метрах в трехстах.

— Лови момент крена, дьяволово семя! — рычал боцман. — Стреляй на подъеме, иначе ядро в волну уйдет!

— Пли! — гаркнул наводчик, прикладывая незажженный пальник к затравке.

Змаевич удовлетворенно кивнул. Эта изнурительная, ломающая кости тренировка позволяла готовить канониров на берегу, экономя порох и не изнашивая такелаж кораблей в зимних штормах. Когда эти парни окажутся на настоящих шканцах в бою под Варной или Босфором, никакая качка не помешает им всадить чугунный гостинец точно по ватерлинии османского галеона.

— Уже только трое и выпали из качелей, — заметил адмирал, вспоминая, сколько таких вот «летунов» не выдерживали и вылетали прочь, нередко ломая себе конечности.

Но, ничего… пусть и были травмы, а двое так и убились насмерть, для других такая наука пошла на пользу. Теперь тренируются уже не только, чтобы «отстало» начальство, а чтобы и собственной жизни не лишиться.

В стороне от качелей шла не менее важная работа. Мастеровые обшивали подводные части нескольких новых фрегатов свинцовыми и медными листами — передовое новшество, защищающее дерево от гниения и корабельного червя, увеличивающее ход корабля. Тут же сушили на ветру гигантские полотнища новгородской парусины, пропитывая их специальным водоотталкивающим составом.

Солнце клонилось к закату, окрашивая тяжелые облака над Черным морем в цвет пролитой крови. Змаевич стоял на пирсе, слушая, как ветер поет в вантах готовых к бою кораблей. Двадцать два линейных кораблей. Полсотни фрегатов. Две сотни галер. Десятки тысяч матросов, солдат и балканских рубак. Вот такая программа была, и она выполнялась.

Вся эта колоссальная машина, выкованная из железа, дуба и человеческой воли в ледяной стуже декабря, ждала лишь одного — когда сойдет последний лед в лиманах. Весной эта армада снимется с якорей, развернет паруса и обрушится на юг, чтобы напомнить султану, что эпоха Османского владычества на Черном море закончилась навсегда.

Ибо море это отныне и вовеки — Русское. Есть смысл даже и вернуть это древнее название.

От автора:

Эльфы и хрущевки, магия и киборги, приключения и романтика: будет весело и страшно, будет больно и смешно! Новые приключения в мире Тверди от Капбы!