Страница 3 из 32
Из тени вышел Кристиан Вейл. Он лениво прошел вдоль полукруглого стола, подбрасывая и ловя ледяной кинжал. Провел пальцами по краю столешницы, запустив по ней морозный узор. Его светлые глаза впились в меня, пригвоздив к месту. Он приблизился ко мне и будто совсем забыл, что в кабинете, кроме нас, есть кто-то еще.
– Экспертиза? Так ты решила выкрутиться, Искорка? – промурлыкал он. Обошел меня по кругу и наклонился, шепнув прямо в ухо. – Думаешь, это спасет тебя?
Я вздрогнула и попыталась взглядом найти защиту у декана или секретаря. Но они смотрели куда угодно, но только не на нас с Вейлом.
– Конечно, господа, – сказал Вейл уже громче, обращаясь к остальным. – Экспертиза просто необходима в подобном вопиющем случае. Ведь никто из нас не хочет, чтобы невиновная студентка несла ответственность... за чужие ошибки.
Он обогнул стол с другой стороны, позволяя инею растаять. И снова скрылся в тени. Но перед этим посмотрел прямо на меня, перехватил ледяной кинжал за лезвие и с силой сжал кулак. Кинжал с хрустом рассыпался между его пальцев. А Вейл улыбнулся мне еще шире и одними губами произнес:
– Тебе конец.
Глава 3
Следующая неделя превратилась в настоящую пытку.
Я не могла сосредоточиться на лекциях, не могла нормально есть и спать. Просыпалась среди ночи, судорожно хватая ртом воздух, потому что мне казалось, что комната покрывается инеем.
И, как назло, Кристиан Вейл был повсюду.
Стоило мне сесть за стол в столовой, вода в моем стакане покрывалась корочкой льда. Я поднимала взгляд и сразу находила его. Вейл сидел на другом конце зала в окружении своей свиты, вальяжно откинувшись на спинку стула. И улыбался мне своей фирменной хищной улыбкой.
Если я шла по коридору и сворачивала за угол, сразу же натыкалась на него. При этом он обязательно стоял так, что мне приходилось протискиваться мимо. И каждый раз, когда я проходила в дюйме от него, меня обдавало запахом морозной мяты, а по спине бежали мурашки от его взгляда.
– Он специально это делает, – прошептала Линда, когда мы в очередной раз едва не столкнулись с ним у входа в аудиторию. – Он играет с тобой, Эви. Хочет, чтобы ты психовала.
– Я знаю.
Но знать и не поддаваться – разные вещи. С каждым днем напряжение росло. Невидимая ледяная удавка затягивалась на моей шее все туже.
На третий день я не выдержала и пошла к целителям, чтобы уточнить свой уровень магии. Если он и правда каким-то неведомым образом вырос, я должна была узнать об этом раньше Вейла.
Дежурный целитель провел полное сканирование, сверился с моей картой и развел руками.
– Не вижу никаких изменений. Ваша магия на том же уровне. Отлично для артефактора, но если вы надеялись перевестись на другой факультет, должен вас огорчить.
– Совсем нет. Скорее наоборот.
– Тогда вы можете идти. Нет никаких причин для беспокойства. Разве что…
Я выжидающе посмотрела на целителя, и он вздохнул.
– Налицо высокое магическое напряжение. Постарайтесь не нервничать, иначе мне придется рекомендовать на какое-то время взять перерыв на использование магии.
Я вышла из целительского крыла, с трудом сдерживая истерический смех. Не нервничать под постоянным прицелом Вейла? Проще было самой подать документы на отчисление и сбежать на другой конец империи.
Вот только я не могла позволить себе лишиться места в этой академии!
***
На седьмой день меня снова вызвали в ректорат.
Я шла по коридору к ректорату и чувствовала, как ноги становятся тяжелее с каждым шагом. Открыла двери, и мое сердце с грохотом рухнуло куда-то в желудок.
Совет в полном составе. Деканы всех факультетов во главе с ректором – я не видела такого даже во время официальных церемоний.
А в самом центре этого сборища всех шишек Академии находился Кристиан Вейл. Он сидел, закинув ноги в тяжелых ботинках прямо на полированный стол, и крутил в пальцах крошечную ледяную копию разбитого мной артефакта.
Я заняла место в центре зала. Чувствовала себя даже не преступницей на суде – я ощущала себя овцой на скотобойне.
Глава Совета посмотрел на меня тяжелым взглядом.
– Мисс Эрхарт, вас вызвали, чтобы огласить решение экспертизы. – Он сделал паузу и заглянул в свою папку. – Результаты показали, что защитный контур на витрине, как и стекло, находились в безупречном состоянии.
У меня под ногами качнулся пол.
– Но... это невозможно, – прошептала я, чувствуя, как немеют губы. – Я не могла пробить такую защиту искрой света. Экспертиза ошиблась! Или кто-то...
– Тем не менее факты говорят сами за себя, – господин Деклейн бесцеремонно перебил меня и повысил голос. – Единственный магический след, который был зафиксирован в помещении в момент инцидента, оставлен вашей магией. И раз артефакт был уничтожен при полной защите…
Он выразительно взглянул на меня и замолчал.
Я оглядела собрание и встретилась взглядом с Вейлом. Он торжествующе улыбался. Глядя мне прямо в глаза, поднес ледяную копию артефакта к губам.
– Бах! – произнес он беззвучно.
Крошечный артефакт в его пальцах рассыпался в снежную пыль. Я вздрогнула всем телом и сжала кулаки.
– Учитывая вышеизложенное, – монотонно начал зачитывать глава Совета, уткнувшись в папку. Его голос доносился до меня будто сквозь толщу воды. Слова доносились обрывками, впиваясь в сознание ледяными иглами: «полная компенсация в размере»... «в течение месяца»... «в противном случае – отчисление и передача дела в высший имперский суд»...
Высший суд? Тот, на котором рассматривают дела изменников Империи и самых отъявленных убийц?
Это точно конец. Для меня и для Лиама. Если бы меня просто отчислили, накопленных денег хватило бы на пару месяцев лечения брата. Я сумела бы подать заявление в другую академию. Да, ни в одной другой академии нет такой высокой стипендии, как здесь, но я бы выкрутилась. Нашла бы работу и сумела протянуть пару лет до выпуска. А если я окажусь в тюрьме, Лиам просто не доживет до моего освобождения.
Я не могла дышать – стены будто сжимались вокруг меня, заключая меня в ледяную гробницу.
– Заседание окончено. Все свободны. – Вдруг раздался скучающий, бархатный голос.
Я посмотрела на главу Совета, но это говорил не он. Это сказал Вейл. И члены Совета, включая ректора и самого мистера Деклейна покорно закивали. Начали спешно собирать бумаги. Только декан Лотарис не двинулся с места.