Мой ледяной кошмар

– Я уже извинилась. Дважды! – Я дернула руками и тихо охнула от боли. Ледяные оковы невозможно было сломать. – Чего еще тебе надо?

Из его груди вырвался смешок, будто он только и ждал этого вопроса. Широко шагнул вперед и оказался почти вплотную ко мне. Опустил руку мне на голову, скользнул по щеке, ухватил пальцами подбородок. Кожу обожгло холодом.

Большим пальцем Вейл мазнул по моей нижней губе, медленно оттянул ее вниз. Я дернулась, но он лишь сильнее сжал пальцы, не позволяя мне отстраниться.

– Что мне надо? – бархатистым шепотом повторил он. – Ты даже не представляешь, Искорка, что я могу потребовать за эту цацку.

Я чувствовала, как под кожей растекается панический ужас. Как жжет лед на запястьях и ногах. А Вейл искренне наслаждался моей беспомощностью. Не отводя от меня глаз, он положил свободную руку на свой ремень.

В звенящей тишине оглушительно щелкнула пряжка.

– Готова начать отрабатывать долг прямо сейчас? – хрипловато промурлыкал он. – Или предпочитаешь, чтобы зрители вышли?

Глава 2

Я едва не задохнулась от ужаса. Сердце в груди забилось так сильно, будто пыталось проломить ребра.

А потом обжигающая ярость захлестнула меня, смывая липкий страх.

– Ты... – Мой голос сорвался, когда я дернулась вперед, наплевав на дикую боль в скованных льдом запястьях. – Ты больной ублюдок!

Двери библиотеки скрипнули, и на пороге застыл дежурный библиотекарь. Его глаза полезли на лоб: разбитая витрина, я на коленях, скованная льдом, и нависающий надо мной Вейл с рукой на пряжке ремня.

– Во имя света, что здесь происходит?! – воскликнул он.

Блондинка за спиной Вейла напряглась, но сам он даже не вздрогнул. Только закатил глаза, будто его лишили веселья. Медленно, с откровенной неохотой убрал руку от ремня и обернулся к библиотекарю.

– Небольшой инцидент с собственностью моей семьи, мистер Эткинс, – сказал Вейл таким небрежным тоном, будто это не он сейчас пытался сделать со мной… то, что собирался. – Собирайте Совет Академии.

Взглянул на меня через плечо, и я увидела демонические огоньки в его светлых глазах. Щелкнул пальцами, и лед на моих запястьях разлетелся в пыль, ободрав кожу.

– До скорой встречи, Искорка, – подмигнул он и, насвистывая какой-то веселый мотивчик, неспешно направился к выходу. Осколки громко захрустели под его тяжелыми ботинками.

***

– Линда, мне конец! – Я металась по комнате, потирая обожженные морозом запястья. Красные следы ото льда Вейла до сих пор пульсировали болью. – У меня в жизни не будет таких денег! Как это вообще могло произойти? Почему со мной?

– Эви, дыши, – Линда копалась в своей тумбочке и один за другим вытаскивала из ее недр пузырьки с зельями. – Они не могут повесить на тебя такой долг без расследования. Ты ведь не швыряла в витрину боевые заклинания?

Неуверенность в ее голосе отозвалась во мне горячей волной возмущения.

– Конечно, нет! Это был обычный люкскадер. Да у меня сил не хватило бы, чтобы разнести это стекло, даже если бы я постаралась.

– Значит, что-то не так с защитным стеклом. – Линда обернулась ко мне и ободряюще улыбнулась. – Если оно лопнуло от бытовой искры, значит, защитный контур уже был разрушен. Ты должна потребовать независимую экспертизу! Если что-то пришло в негодность, это халатность академии, а не твоя вина!

– Линда, ты гений! – Я едва не бросилась ей на шею, чувствуя, как невидимая удавка на горле немного слабеет. Подруга, наконец, выбрала необходимый пузырек и протянула мне.

– Держи, поможет от обморожения.

Я посмотрела на свои запястья. В памяти всплыл безумный взгляд Вейла и щелчок его ремня. Я докажу, что не виновата. И тогда этот отбитый мажор утрется!

Два часа спустя я стояла в центре кабинета ректора, вцепившись пальцами в подол форменной юбки, чтобы скрыть дрожь.

– Все будет хорошо, – повторяла я неслышно сама себе. – Я не виновата. Экспертиза докажет, что дело в устаревшей защите.

Передо мной полукругом восседали ректор, декан моего факультета, секретарь, хранитель реликвий и сам глава Совета Академии. Если бы не позднее время наверняка вызвали бы Совет в полном составе.

– Эвелин Эрхарт, – заговорил глава Совета, строго глядя на меня. – Вы нанесли непоправимый ущерб наследию Великого Дома Вейл и репутации нашей Академии. Наследник Дома настаивает на полном возмещении стоимости артефакта. И на публичном извинении.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони. Полное возмещение! Немыслимо!

– Господин Деклейн, я настаиваю на своей невиновности, – я твердо отвергла его обвинение. – Я не использовала магию разрушения. Единственное заклинание, которое я произнесла – это “люкскадер”. Оно не имеет достаточной силы, чтобы разбить витрину высшего класса защиты. К тому же уровень моей магии в целом не позволяет мне нанести подобный ущерб. Вы можете убедиться в этом, если заглянете в мое личное дело или измерите мой уровень прямо сейчас. Уверяю вас, с момента зачисления в академию он остался неизменным.

– Вы хотите сказать, что редчайший артефакт разрушился сам по себе? – глава Совета скептически прищурился.

– Я хочу сказать, что защитные чары витрины были неисправны! – парировала я. – В подобном случае для резонанса и взрыва достаточно малейшей искры любой магии. Я требую проведения магической экспертизы.

В кабинете повисла напряженная тишина. Хранитель реликвий выглядел так, словно у него сейчас случится сердечный приступ.

– Вполне резонно, – неожиданно мягко заметил декан Лотарис. – Вряд ли мисс Эрхарт имела намерение разбить артефакт. – Он посмотрел на меня. – У вас ведь не было подобных намерений, Эвелин?

– Конечно же, нет! – воскликнула я.

В этот момент температура в кабинете рухнула вниз. Окна мгновенно покрылись тонкой коркой изморози. Глава Совета поежился, ректор вздрогнул, а секретарь вцепился в бумаги, лежащие перед ним.

А я только сейчас заметила, что в дальнем углу кабинета кто-то стоит.

– Хорошо. – Глава Совета сжал зубы так, что на лице заиграли желваки. – Совет назначит независимую экспертизу защитного контура. И после результатов мы огласим наш вердикт. – Он медленно повернулся к темному углу. – Вы согласны... мистер Вейл?