Страница 123 из 132
Судебный процесс и само «дело Кулакова» вызвали множество вопросов со стороны лиц, хорошо знавших как осуждённого, так и его жертв. Вопросы или, если хотите, странности этого дела не нашли объяснений и по сей день. Перечислим некоторые из них, дабы стало ясно, о чём идёт речь.
— Кулаков не знал об отъезде Евгении Бейлиной с сыном и матерью из Магнитогорска в Екатеринбург. Их вывез на собственной машине хорошо знакомый друг семьи, пенсионер, бывший сотрудник органов внутренних дел.
— Многочисленная родня Бейлиных боялась расправы. Узнав об убийстве 29 октября, в Екатеринбург приехал брат Евгении (по-видимому, двоюродный, насколько это можно понять), который, узнав о том, что все хлопоты по организации похорон жертв преступления принимает на себя администрация города, сразу же уехал обратно. Во время похорон никто из родственников Бейлиных в Екатеринбург не приехал.
— Правоохранительные органы проигнорировали тот факт, что ранения жертвам наносились двумя орудиями: широким охотничьим ножом и колющей заточкой по типу кинжала. Наличие двух орудий убийства подразумевает действие как минимум двух человек.
— Хотя по мнению следствия главным объектом посягательства явилась Евгения Бейлина, бывшая любовница Кулакова, а все остальные погибли лишь потому, что стали невольными свидетелями расправы, странным кажется то, что из общего числа 96 ранений, полученных семью жертвами, наибольшее их количество (46 ударов ножом) получила Галина Савельева, хозяйка квартиры. То есть почти половина всех ранений досталась одному человеку, и этот человек не Евгения Бейлина! Подобная избыточная ярость, направленная на совершенно постороннего человека, не находит объяснения в рамках официальной версии.
— Наименьшее число ранений — всего одно — получил 3-летний Георгий Бейлин, что также кажется подозрительным, если оставаться в рамках официальной версии преступления. Именно благодаря сыну Евгения Бейлина рассчитывала восстановить отношения с супругом в Израиле, и если убийца испытывал гнев именно из-за этого, то его ярость должна была распространяться и на ребёнка Евгении. Малый возраст мальчика не является смягчающих обстоятельством в глазах преступника, ведь тот действовал иррационально…
— Волос, обнаруженный на лоджии в кровавом мазке, не принадлежал ни Кулакову, ни одной из его жертв (соответствующее сличение проводилось). Не является ли это свидетельством того, что на месте преступления находился ещё один (как минимум!) человек?
— У Валерия Кулакова при обыске не были найдены кроссовки, отпечаток подошвы которых соответствовал бы тем отпечаткам ног, что были зафиксированы при осмотре места преступления. Между тем Кулаков утверждал, будто в кроссовки был обут именно он. Происхождение следа ноги на двери квартиры №7 он объяснил тем, что раненая Евгения Бейлина бросилась к соседям, открывшим дверь в квартиру, и он, Кулаков, захлопнул перед нею эту дверь ударом ноги.
— Но если Кулаков действительно был обут в ненайденные кроссовки, то как он совершил убийство Мельникова и Рукавишникова, не выходивших из квартиры №7? Убийце для этого надо было самому войти в квартиру… Отсюда напрашивается двоякий вывод: либо Кулаков был обут не в кроссовки, либо в квартиру №7 входил не он!
— Как вообще убийца вошёл в упомянутую квартиру, если входная дверь оказалась захлопнута ударом ноги? Неужели соседи, ставшие свидетелями расправы, сами открыли дверь убийце?
— Под лоджией, с которой согласно официальной версии спрыгнул убийца, не были найдены следы окровавленной обуви.
— Валерий Кулаков характеризовался всеми знавшими его как человек исключительных душевных качеств, эрудированный, честный и глубоко порядочный. В его виновность друзья и товарищи не могли поверить. Адвокат собрал и представил суду 30 характеристик, написанных соучениками Валерия по Свердловскому училищу, друзьями и коллегами по работе в Магнитогорске. Суд не принял эти документы во внимание, отклонив их по формальному признаку (они не имели заверений по месту проживания написавших их, и нельзя не признать абсолютную справедливость данного решения суда. В этой связи совершенно непонятно, почему адвокат не озаботился нотариальным заверением документов, представляемых в суд).
Нельзя не сказать несколько слов о семье Бейлиных. Лев Бейлин, муж убитой Галины и отец Евгении, являлся при жизни главным детским врачом Магнитогорска. Это был большой специалист в своей области, человек очень уважаемый как в профессиональной среде, так и среди горожан.
Нельзя промолчать и о том, что семья была очень зажиточна, в контексте затронутой темы это важно. Те, кто застал «советскую эпоху бесплатной медицины», прекрасно знают, что в те годы «блат» решал всё. Для того чтобы тебя нормально лечили в условиях «бесплатной» и «доступной» медицины, тебе надлежало иметь необходимые знакомства — нужен был «свой» стоматолог, «свой» гинеколог, «свой» педиатр, «свой» проктолог. Смеяться не надо, выход на «нужного» врача сам по себе ценился дорого. Люди, имевшие необходимые знакомства или статуснубю работу не лечились в больницах «вообще», то есть не отправлялись туда наобум, а ложились в конкретное лечебное учреждение к конкретному доктору. Разумеется, по соответствующему негласному согласованию… Поскольку нормальных лекарств в больницах не существовало, их заблаговременно заказывали и привозили в великой тайне, ибо ОБХСС не дремал. Добывание лекарств требовало особого «блата», не связанного непосредственно с лечением. Нормальное лечение стоило очень дорого, причём оплачивалось как деньгами, так и «борзыми щенками» [встречными услугами, дефицитными товарами и пр.] — таковы были реалии «развитого социализма». Если кто из молодых читателей усомнился в справедливости написанного, просто поговорите с мамой начистоту, пусть вам мама расскажет, что в Советском Союзе представляла из себя так называемая «женская консультация», что значило сделать аборт при Советском Союзе, как советские стоматологи принципиально лечили зубы без анестезии и тому подобное. Вы начнёте уважать медобслуживание в современной России — автор гарантирует это!
Лев Бейлин скончался 4 января 1995 года, не дожив три месяца до 54 лет, то есть будучи ещё сравнительно молодым и энергичным мужчиной.
Он оставил о себе хорошую память, и его имя вполне заслуженно было присвоено хирургическому центру при детской больнице, который он создавал.