Страница 28 из 75
К Атарону мы вышли только, когда обогнули комплекс зданий академии, по виду похожую на неприступную крепость. Издали я видела только круглые башни из серого камня и шпили, мощеные черепицей. Вблизи же рассмотрела оплывшие от магии стены со следами когтей и зубов тварей. Территория на пятьсот шагов вокруг была очищена от насаждений и представляла собой спекшийся кусок земли. Крепостная стена возвышалась метров на семь и изобиловала бойницами для ведения боя. Гладкие внизу, стены изгибались, забирая наверх и слегка нависая над основанием. Так, тварям сложнее было забраться, если им вдруг приспичит штурмовать такую громаду.
Академия по форме напоминала кувшин, основанием укрывая здания внутри, а горлышком вливаясь в улочки города. Не ошибусь, если предположу, что это спасательный коридор для жителей на случай нападения монстров. «Горлышко» вело к центральной площади, постепенно уменьшаясь по высоте и размерам. Вдобавок, оно делилось по секторам и перекрывалось решетками, чтобы при необходимости отсечь движение противника. Сейчас проходы были открыты, а на площади и вдоль стен кипела жизнь.
С наружной стороны коридор облепили торговые лавки, магазинчики, гостиницы и таверны. На площади и вдоль разбегающихся прямыми лучами центральных улиц выросли дворцы и многоэтажные дома знати. Боковые улочки, тупики и переулки заполонили скромные домишки, жмущиеся друг к другу. Окраины со стороны старого тракта занимали постоялые дворы, стоянки для караванов и стихийные рынки. Сам город тоже защищала стена, но она терялась на фоне бедняцких хижин, облепивших ее снаружи, как ласточкины гнезда. В предместьях селились бедняки и бродяги, стекающееся в город в поисках лучшей доли. Здесь также имелись свои питейные заведения, ночлежки и торговые лавки. Собственно, районы, соседствующие с главными воротами, также считались неблагополучными. А вот в секторах, расположенных возле академии, проживали богатые горожане и купцы. Самостоятельно мы исследовали улицы Атарона намного позднее, а вначале наслушались подробностей из разговоров случайных соседей, вместе с которыми отстояли длинную очередь на въезде в город.
— Отчего такой ажиотаж? — поинтересовался Лаэрт у охранника каравана, к которому мы пристроились, чтобы зайти внутрь.
— А то сами не знаете! — хмыкнул усатый дядька в засаленном камзоле и охотничьей куртке.
— Если б знали, то не спрашивали, — резонно заметил брат.
— Так, открылся набор адептов в академию. Вот и потянулись родители вместе с детишками, и заодно полдома скарба притащили, чтобы устроить ребеночка на новом месте.
— А не слишком ли много в этом году поступающих? — не выдержала я. — Или всегда такой ажиотаж происходит?
— Город, конечно, оживает перед сезоном дождей, как и любой другой. Но на этот раз пришлые стекаются в Атарон со всех концов света. А почему? Да потому, что прошел слух, будто сам наследный принц Езеарана намерен обучаться в академии. Он не женат и невестой не обзавелся, вот и везут озабоченные папаши дочурок на учебу как на смотрины. Глядишь, и приглянется какая девица наследнику.
— Наследный принц? — я гулко сглотнула и посмотрела на Лаэрта. — Что будем делать?
— А что тут сделаешь? — охранник посчитал, что вопрос адресован ему. — Разворачивать оглобли, если магического дара не имеется. Или же платить втридорога, потому как цена на учебу возросла. Одаренных примут небось, никуда не денутся, а пустышкам придется раскошелиться.
Я расстроилась поначалу, понимая, что дальний путь проделала зря. Но потом сообразила: если наследник здесь, то и его телохранитель — тоже. А значит, есть шанс встретиться с Калимом.
— Таурелия, может, повременим с академией? — озадачился Лаэрт. — Давай через годик приедем? Еще не поздно повернуть обратно.
— Год ничего не решит, — хмыкнула я. — Не думаешь же, что принц бросит учебу и не доведет дело до конца? Значит, пропускать нужно три года как минимум. А это слишком долго. К тому же, посмотри, сколько тут людей. Разве кого-то разглядишь в такой толпе?
Только в очереди перед нами стояло человек двести, а позади и того не счесть. Стражники чересчур медленно пропускали приезжих, досматривая их имущество. Зато кавалькады благородных эльфиров проезжали без задержек и дотошных проверок.
— Разойдись! — прокричал остроухий воин, скачущий впереди очередного кортежа.
Мы и так стояли на обочине, потому что каждый раз тягать туда-сюда телегу для нашего временного попутчика было делом обременительным. Я повернулась, рассматривая потенциального конкурента на поступление, и невольно вздрогнула, издали заметив огненно-красные волосы Кентаро.
— Лаэрт! — схватила брата за руку. — Смотри!
— Таурелия! — парень мгновенно задвинул меня за спину. — Нельзя, чтобы тебя увидели.
Мимо нас прокатила карета, из окошка которой скучающим взглядом взирала на окружающих Тэми, несостоявшаяся жена брата. Разумеется, она увидела Лаэрта. Скука мгновенно слетела с хорошенького личика, а глаза округлились от удивления. Брат же закаменел и буравил девчонку пристальным взглядом. Я заметила, как он до крови прокусил губу, чтобы оставаться невозмутимым.
Вот, гадина красноволосая! Разбила сердце брату.
Я поднырнула под руку Лаэрта и обняла его, прильнув к груди. Затем погладила по щеке, привлекая к себе, и шепнула на ушко:
— Она тебя недостойна!
— Ты что творишь? — возмущенно зашипел братец. — А, если бы тебя узнали?
— Не узнали же! — Я предусмотрительно натянула маску на лицо, а острые ушки и волосы скрывал капюшон.
Замыкающими в кавалькаде ехали два воина. Я мазнула по ним взглядом, отмечая заговоренную сталь латных доспехов и дорогое оружие, и неожиданно зацепилась за знакомый охотничий нож.
— Санкос? — ахнула негромко, но латник услышал и закрутил головой.
Его лошадь дернулась в сторону, повинуясь желанию хозяина, но тут парня подозрительно знакомым голосом окликнул второй латник. На сегодня нам хватило семейки Кентаро, так что Лаэрт подхватил меня за талию и спрятал за телегой как раз в тот момент, когда Санкос отвернулся. А дальше мы поспешили убраться подальше, скрываясь от всадника, отделившегося от кавалькады.
В город мы все-таки попали через шесть часов ожидания, и даже нашли угол, где переночевать. Но вот вопрос поступления в академию оставался открытым. Мало того, что в Атарон прибыл Верион, так еще Рингар со своей сестричкой пожаловал.