Страница 15 из 53
— Да, ужин звучит отлично. У меня тоже куча дел, но ничего такого, что нельзя было бы перенести, — лгу я, не моргнув глазом.
Куча дел.
Верно.
Не занята ничем, кроме прогулок с Джин и просмотром вакансий до тех пор, пока глаза не расплываются, но ей не нужно об этом знать. Мне не нужно выглядеть отчаянной. Или растерянной.
И мне определённо нужно время, чтобы понять, что, чёрт возьми, со мной происходит.
— С удовольствием. В преддверии семейного сбора, я уверена, меня привлекут к помощи, но после этого мой график должен немного устаканиться, — говорит Джунипер, рассеянно покручивая бокал, вино переливается на свету.
Семейный сбор.
Верно.
Я киваю, с трудом сглатывая внезапно подступивший комок в горле.
— Ты рада сбору?
— Конечно. Всегда приятно увидеть семью.
Я тут же поднимаю бровь.
Её губы дергаются.
— Ладно, это немного напряжённо. Но оно того стоит, чтобы увидеть мою бабушку.
Я делаю медленный глоток вина, позволяя ему немного задержаться во рту.
При упоминании её бабушки меня застаёт врасплох горе — резкое и неожиданное.
Даже после двух недель здесь я всё ещё просыпаюсь по утрам полусонной и ожидаю услышать тихий звон ложки о кружку. Запах кофе, доносящийся из коридора. И вот моя бабушка стоит у плиты, словно и не прошло и минуты.
Но наступает тишина… тяжелее, чем следовало бы.
Я прочищаю горло и осторожно ставлю бокал.
— Так какие у тебя планы? — спрашивает она, милосердно меняя тему.
— Кроме присмотра за собакой и отправки откликов на вакансии, ничего особенного, — отвечаю я, слегка пожимая плечами, стараясь выглядеть безразлично.
Остаток вечера пролетает в тёплой, туманной дымке.
Мы смеёмся, по-настоящему смеёмся, вспоминая лето, проведённое здесь, когда мы бегали босиком по городу, попадали в неприятности, в которых клялись никогда не признаваться. Пробирались туда, куда не следовало. Играли в русалок в прибое, пока наша кожа не становилась розовой, а волосы не твердели от соли.
На какое-то время, кажется, что ничего не изменилось.
Как будто мы все ещё те самые девушки.
Один бокал вина превращается в два, а потом бутылка каким-то образом стоит пустой между нами. Мини-роллы с лобстером, которые она заказала, едва ли впитывают алкоголь, такие маслянистые и насыщенные, но недостаточно сытные, чтобы противостоять лёгкому опьянению, которое разливается по моим конечностям.
К тому моменту, когда мы встаём, мир слегка наклоняется — не настолько, чтобы это было заметно, но достаточно, чтобы я очень хорошо чувствовала, как мои бёдра слишком сильно покачиваются, когда я пытаюсь восстановить равновесие.
Теперь на террасе темнее, гирлянды тепло светятся над головой, океан превращается в тёмную, бесконечную гладь за перилами.
— Уже поздно. Мне нужно возвращаться, — я смотрю на телефон и моргаю, проверяя время. — Джин очень привередлива в выборе времени для сна.
Джуни тихо смеётся.
— Хорошо, но напиши мне, когда вернёшься домой, ладно?
В её голосе слышится что-то лёгкое, но с оттенком заботы.
— Обязательно.
Мы стоим так ещё мгновение, ни одна из нас не двигается, словно обе осознаем, что это — что бы это ни было — важнее, чем мы ожидали.
Затем она делает шаг вперёд и снова обнимает меня.
На этот раз мягче. Теплее.
Знакомое чувство, которое затрагивает что-то глубоко внутри меня.
— Ты тоже! — говорю я, когда мы отстраняемся друг от друга, хватаю сумочку и перекидываю её через плечо.
Я улыбаюсь ей в последний раз, прежде чем повернуться к выходу, пробираясь между столиками и выходя через парадную дверь на ночной воздух.
Прохладный ветерок касается моей кожи, пронизывая тепло вина, успокаивая меня. На мгновение я просто стою. Дышу. Слушаю далёкий шум волн.
Пытаясь игнорировать слабый, электрический гул, все ещё пульсирующий под моей кожей, словно что-то внутри меня пробуждается.
Хочу я этого… или нет.
Глава 7
Кэтрин
— Ладно, Джин, пошли! — кричу я, хватая её поводок с крючка у двери и перекидывая сумочку, вместе с ноутбуком, через плечо.
Четыре часа. Четыре часа бесконечного скроллинга новостей, обновления почты, погружения в пучину отчаяния и полного отсутствия результата. Голос моей тёти эхом разносится в моей голове — удели время себе — и на этот раз я действительно прислушиваюсь.
— Немного солнца нас не убьёт, — бормочу я.
Джин издаёт резкий, возбуждённый лай, когти цокают по полу, когда она кружится вокруг меня, её хвост виляет так сильно, что вся задняя часть тела дёргается.
— Да-да, я знаю. Ты была готова, — я смеюсь, приседая ровно настолько, чтобы пристегнуть поводок к её ошейнику. — Стой спокойно…
Она не стоит. Конечно, не стоит.
Требуется несколько неуклюжих движений, прежде чем я наконец-то застёгиваю поводок. Я встаю, хватаю ключи и захлопываю за собой дверь, замок щёлкает с последним, приятным звуком.
Поездка в город короткая. Слишком короткая, чтобы мои мысли успели улечься. Солнечный свет льётся сквозь лобовое стекло тёплыми золотистыми лучами, согревая мою кожу, но это никак не помогает от беспокойного, зудящего чувства, ползущего под кожей. Оно нарастало с тех пор, как я приехала сюда, сначала слабое, едва заметное, но теперь оно постоянно гудит, как статическое электричество, жужжащее под кожей.
Должно быть, дело в погоде. В побережье. В океанском воздухе. В давлении.
— Здесь просто другое статическое электричество, — шепчу я себе под нос, крепче сжимая руль.
Слова звучат слабо. Неубедительно.
Как будто я сама в них не верю.
Я паркуюсь на главной дороге и заглушаю двигатель. В тот же миг, как я открываю дверь, мир врывается внутрь — прохладный морской бриз касается моего лица, слышен далёкий шум волн, и под всем этим…
Кофе.
Насыщенный, тёмный, свежесваренный кофе, смешанный со сладким ароматом сахара. Тёплая выпечка, масло и шоколад, и что-то настолько сладкое, что мой желудок тут же оживает.
Я на мгновение замираю, вдыхая этот аромат.
Богиня, здесь всё так по-другому.
В городе всё пахнет бетоном, выхлопными газами и амбициями. Дедлайнами, шумом и слишком большим количеством людей, ютящихся на слишком маленьком пространстве.
Здесь…
Всё медленнее. Чище. Мягче.
Пахнет домом.
Эта мысль приходит в голову прежде, чем я успеваю её остановить, и я тут же отталкиваю её.
Нет.