Страница 110 из 238
«…При осмотре лесной стоянки был обнаружен брошенный топливозаправщик 'Опель‑Блиц». Машина замаскирована ветками, баки пусты, топливо из цистерны слито. Номерные знаки и обозначения, свидетельствующие о принадлежности автомашины к конкретной воинской части вермахта, уничтожены. Проведенным осмотром стоянки установлено:
1) На этом месте длительное время производился ремонт и разбор всевозможной автомобильной техники. Обнаружены части двигателей и механизмов, в том числе и советского производства;
2) Судя по оставленным следам, наличию временных убежищ (шалаши), количество находившихся здесь людей не превышало 10–15 человек;
3) Русскими выставлялся всего один пост: на одном и том же месте у дороги, что свидетельствует о том, что данное подразделение не относилось к каким‑либо специальным частям, скорее всего, мы имеем дело с остатками ремонтно‑восстановительного подразделения;
4) Следует отметить, что оставленный топливозаправщик был заминирован. Под задним колесом установлена стандартная противопехотная мина советского производства, усиленная двухсотграммовой тротиловой шашкой. Осмотр собственно автомашины не выявил никаких следов специального минирования. Противопехотную же мину мог легко установить любой, прошедший предварительное обучение, солдат;
5) Стоянка оставлена противником не более недели назад. Судя по остаткам продовольствия, именно его недостаток и послужил причиной ухода русских с этого места…'
– Оберштурмфюрер, но почему вы не указали, что бензозаправщик из тех, что якобы были уничтожены при бомбежке? – поднял взгляд от рапорта обершарфюрер.
Майниг усмехнулся.
– А как отнесутся к этому факту те, кто уже списал эту машину как уничтоженную при бомбежке? Я доложил об этом по команде, пусть там, наверху, и разбираются. Без нас, Герберт!
– Понимаю… – кивнул эсэсовец. – Теперь мне ясно, почему мы сняли с машины номера.
– Которые вместе с д р у г и м рапортом уже отбыли в штаб.
– Вы полагаете, что там действительно были русские ремонтники?
– Что‑то они там ремонтировали – это факт, – согласился Майниг. – И там явно была еще какая‑то техника, для которой им и потребовался бензин. И вот об этом я просто обязан доложить! Что и будет сделано… но… несколько позже. Вы же понимаете, что далеко не все результаты поисков становятся ясными в один и тот же день? Должен быть проведен тщательный анализ, уточнены некоторые детали… и так далее. Иначе у командования возникнут претензии уже к нашей деятельности: мол, что‑то вы там на месте засиделись!
– А бензовоз? Что будет с ним?
– Передан представителю транспортной части… будет работать по назначению. Нас‑то это как должно беспокоить, Герберт?
Рапорт гауптмана Солерса
Сегодня…в 11.24. на топливораздаточном пункте № 234, при заправке топливом группы топливозаправщиков, произошел взрыв одной из автомашин. В результате взрыва и последовавшего за ним пожара было уничтожено несколько единиц автотехники, полностью разрушен топливораздаточный пункт №234 и ряд иных строений. Имеются потери среди личного состава охранного подразделения и сотрудников топливораздаточного пункта, подсчет которых затруднен ввиду продолжающегося пожара.
Предварительная причина взрыва – нарушение техники безопасности при проведении заправки техники.
Заместитель начальника
Службы тылового обеспечения
Гауптман Солерс
– Охренеть как там наподдало! – качает головой Жаров. – Разведчики говорят, мол, аж в полнеба пламя шибануло! Это что ж вы такое туда засунули‑то?
– Мышеловку помните? – отвечаю я. – Вот такая же, плюс килограмм тротила – и все…
– И куда вы ее пришпандорили?
– В бензоцистерну, на дно. Там еще малость бензина оставалось – вот и не видно было ничего. Там всегда что‑то остается – и это нормально. Присобачили к мышеловке поплавок. Как бочку свыше половины залило – он и подвсплыл…
– Нефигово же он «подвсплыл»! – усмехается капитан. – Там уже второй день пожар потушить не могут!
– Могут и дальше стараться, нам не жалко.
– Что ж, пиши представления на всех, кто в этом участвовал – такое дело отметят обязательно! А на тебя – я и сам напишу.
[1] Технология производства оксиликвита была донельзя проста и примитивна: в железобетонный корпус авиабомбы, наполненный поглотителем, заливали жидкий кислород и вставляли мощный детонатор, устойчивый к дикому холоду (‑182°C). После этого требовалось в течении четырёх часов сбросить бомбы на вражеские позиции и вернуться в аэродром.
[2] Ироническое прозвище высших офицеров вермахта, имевшее хождение в рядах СС.