Страница 92 из 108
Глава 28. Чердак
– Нам надо поговорить.
– Ягодка, молю… Не сейчас, – прохрипел Эрик, накрывая мои губы теплой пятерней. – Голова после темной материи на части рвется. Мне надо немного… самую малость… отдохнуть.
– Если вам нужно было отдохнуть, то… надо было отдыхать, – резонно заметила я, подгребая к себе край одеяла. – Вместо этого вы всю ночь… мы… всю ночь…
– Ты ведь тоже соскучилась, Вероника. Я почувствовал, – промурлыкал упырь, спокойно отдавая одеяло мне в свободное пользование.
Бесстыдник!
– А как настало утро, так он «отдохнуть», – пропыхтела я, разглядывая его почти без смущения.
Действительно ведь соскучилась.
У меня, между тем, накопилось вопросов на пару сотен утр вперед. Его голове следует склеиваться поскорее, пока моя собственная не разорвалась.
Рассветные лучи нахально лезли в чердачное окошко. Ветер приносил запах леса, мха и свежей листвы. Раскачивал букетик лаванды над кроватью, продавленной ныне двумя телами.
Внизу в доме похныкивал малыш, требуя маминого внимания. Софи ласково над ним ворковала: судя по голосу, кузина уже вышла из оборота и была вполне бодра.
Я слабо помнила, как мы сюда добрались – в «легендарное имение Освортов» с острой крышей и одной купальней на всю ораву. Кажется, только к середине ночи моя голова коснулась знакомой подушки.
Часть магов осталась зачищать университет «от гнили». Аврора Андреевна руководила перевозкой и адаптацией существ, княгиня Анна велела переместить обычных раненых в академию, а пернато-мохнатых – в заповедник.
К утру в Индию должен был явиться следователь Шо, зафиксировать очередную смерть графа Ланге и получить показания свидетелей о творимых там кошмарах… А заодно снять все обвинения с Валенвайда.
Кесслер выловил изголодавшуюся жену, оторвал от чьей-то пряной шеи и сопроводил вместе с пленницами до общественных телепортов. Эмерис и «седьмую» доставили в лечебницу Эстер-Хаза, где их ждали уход и реабилитация. Дриада пожелала отправиться в родной лес, Ринна и Эзра согласились отлежаться в целительском крыле академии. А меня Эрик вызвался лично доставить в гнездо.
На тете Мэл лица не было, когда она распахнула дверь. Компания на порог заявилась поистине разношерстная…
Не каждый день в общественном телепорте переправляют двух волков, леопарда, новорожденного кроху, клыкастого вампира с запекшейся кровью на подбородке… Ну и бледную леди в грязной ночнушке, тролль знает как затесавшуюся в эту компанию.
Половину ночи Эрик морщился, ворчал и даже чихать пытался, глядя на веники сухоцветов над головой.
Мелисса безрадостно и неохотно обозвала его «дорогим гостем» и предложила переночевать. Неловкость так и висела наточенным топором, пока они на пороге расшаркивались.
Потом мы быстро заняли и так же быстро освободили купальню. Ванная с крепкой лавандовой пеной требовалась нам обоим… Однако, к сожалению, не только нам.
И вот после всего (и вместо того, чтобы на законных основаниях отдохнуть и отоспаться) Эрик стянул с меня полотенце. Заявил, что ему надо срочно освежить воспоминания, так как запаса хватило ненадолго. И подмял под собой на бесконечное множество минут.
А теперь вдруг на голову пожаловался!
– Я ведь видела, как вы умерли… – рассматривая букетик, прошептала я.
Утро плясало оптимистичными бликами по скошенной крыше, об которую я ночью опять умудрилась стукнуться. Отвыкла в пещере.
– Этот ваш шурхов дар у меня уже в печенках, леди Честер, – промычал Эрик, мученически кривясь.
– Лицо черными венами покрылось, изо рта слюна капала…
– Нет, надо эту пакость из вас как-то искоренить, – проворчал сердито. – Вы не должны были видеть мою смерть.
– Значит, вы все-таки умерли?
Каким-то непостижимым образом мы вновь перешли на «вы». Вероятно, это в представлении Валенвайда означало «начать сначала».
– Будь я мертвым, я бы не смог сделать так, – сообщил он, заныривая под мое одеяло.
– Сначала поговорить! – требовательно прокричала я, уворачиваясь от горячего рта. – Но как это все возможно? Вас ведь отравили темной материей.
– Отравили, – согласился он послушно, выискивая момент для коварного маневра. – Именно темной.
– И она смертельна даже для вампиров…
– Смертельна, – подтвердил он. – Многие вампиры от нее действительно умирали.
– Мучительна, болезненна…
– Очень, – покивал, морща лоб. – Было неприятно.
– И незаметна за невинной кровью?
– Для неопытных – незаметна, – согласился Валенвайд. – Для тех, кто три сотни лет наносил на тело рисунки, приучая свое тело к действию темного яда… Маловероятно ее пропустить.
– Вы знали, что пьете!
– Конечно знал, куколка, – устало выдохнул он и порывисто сорвал с балки лавандовый букетик. Отшвырнул сухоцветы на дощатый пол и рухнул на меня с поцелуем.
***
Рассвет превратился в самое настоящее летнее утро. Солнечное, теплое, звенящее кухонной посудой, болтающее о том о сем… Наверное, нам стоило одеться и спуститься к завтраку.
Мысль об этом выходила какой-то нервной. Странно представить, как мы с Валенвайдом чинно сидим в компании декана Осворта, тети Мэл, Софи… И едим друг друга глазами с тем же голодом, какой бывает по утрам у четы Макферсон.
Все-таки в домике действительно слишком людно.
– Вы пахнете лавандовым шампунем для шелковистой шерсти… – проворчал Эрик, покусывая мое ухо.
– Вы тоже.
– Кошмар какой!
– Расскажите мне, как все было, – взмолилась я, заваливая упыря на лопатки и нависая сверху. Главное, опять затылком о балку не удариться.
– Расков… Расков предложил дрянной план, и все согласились, что будет зд
о
рово, если я помру, – коротко объяснил Эрик.
– Какое еще «зд
о
рово»? Это… это совершенно нездор
о
во!
Я сердито огляделась по сторонам: кого первым убивать за кошмарный план?
– Не до конца умру, куколка. Но так, чтобы Ланге поверил, – прохрипел вампир, изрядно помятый тяжелой ночкой. – Он же провел всех с «Мортией»…
– И вы с Алексом решили провести его?
– Не с Алексом, а с «господином Расковым» или «драным Блэром», договорились, ягодка? – строго сощурился Эрик. – Алексом его пускай рыжая псица называет…
– Не меняйте тему, господин Валенвайд, – пихнула его кулачком в татуированное плечо.