Страница 81 из 108
Благодаря крови Валенвайда, своевременно влитой мне в рот этой ночью, я тоже чувствовала себя вполне сносно. Точно смогу дойти до общественного портала, хотя до «жестяных лифтов» еще топать и топать по невыносимому пеклу.
Беда крылась в другом… Софи так далеко не дойдет.
Первые две группы, подчиняясь приказу надсмотрщиков, остановились. «Седьмая» пленница мрачно раскачивалась на пятках, предчувствуя дурное. Временами ее мнительность раздражала, но сегодня я мысленно к ней присоединялась: не может все быть так легко. Отец никогда не расстается с ценностями.
Настигнув Ринну Мисгрейв и дриаду, мы притормозили. Софи устало опустилась на жаркий песок, Эвер сняла блузку и намотала ей на голову. Я сорвала три зеленых метелки с куста и, собрав в веник, принялась обмахивать им вспотевшую волчицу.
– Дайте воды, – умоляюще сложив брови, я обернулась к индусу с четками. У него в сумке болталась фляга, отчетливо побулькивая.
– Не велено. Стойте на точке смирно, иначе отправитесь обратно, – процедил он, жадно отхлебывая под наше хоровое рычание.
Что это вообще значит, «стоять на точке»?
Подняв голову, я увидела громаду замка, выточенного прямо в скале. Университет опоясывала открытая галерея, чуть выше тянулась змейка сочлененных балконов… На одном из них болтался кусок серой ткани с блестящими пуговками.
Пиджак Раскова. Может, «принц» даже до океана, бедняга, не долетел. Так и валяется за оградой, мертвый от яда… или почти мертвый, используя последние минуты по назначению.
В окне над балконом мелькнул тучный силуэт: отец! За ним к шторе приблизилась вторая тень – черная, мрачная, до боли знакомая… Я отсюда, с шурховой дорожки, ведущей к баньяновому саду, ощущала хватающий взгляд Валенвайда. Цепкий, яростный. Родной такой, что сердце щемило.
Удовлетворившись увиденным, оба отступили от стекла, и шторы плотно закрылись.
Что за сделка? Что там вообще происходит? И почему мой вечнозеленый отец, так легкомысленно ведущий беседу с вампиром, до сих пор жив?!
– Надо оттащить ее в тень, – предложила Эвер, хмуря брови.
Не дожидаясь разрешения, мы с Ринной подхватили Софи, дриада заговорила воздух на поддержку, и мы кое-как отволокли волчицу под ажурную тень. Эвер обнажила клыки и рыкнула на индуса.
– Разойтись по группам! – рявкнул конвоир и для острастки махнул жезлом, вызывая энергетический хлыст. Плеть мелькнула перед самым моим носом, и я послушно отбежала от Ринны. – Темные клетки, живо!
Четверо магов встали спина к спине, воздели ладони к солнцу и заголосили что-то древнее, неразборчивое.
С их пальцев капнули сгустки черного тумана, подбежали змейками к нашим группам, окружили каждую в кольцо. Вверх от земли потянулась плотная завеса, отрезающая нас от мира. Серая, мертвенно-мрачная, с лоснящимися чернильными прожилками… Минута – и она сошлась в непроницаемый купол над нашими макушками.
– До чего гадостная магия, – поморщилась Эвер, падая на песок.
Сжавшиеся в кучку в баньяновой тени, мы с Софи и вампиршей были отсечены от прочих. Плотное кольцо темных чар окружило и Ринну, и Эмерис, и «седьмую»…
– Вы же обещали нам свободу, – обиженно пролепетала дриада, присаживаясь на вздутый белый корень.
– Что ты творишь, Камал? Их велели отпустить! – гаркнул Эмиль, торопливо приближаясь со стороны скалы.
Черная челка прилипла к взмокшему лбу, полы синего кителя хлопали по бокам. Парень бежал, забыв про слабую ногу.
– Босс велел
вывести
их из подземелья, но не отпускать далеко, – процедил индус с четками, спокойно расправляя плечи. – Они могут уйти… если смогут.
– Выпустите хотя бы Софи! Ей плохо! – проорала я, придерживая волчицу за затылок.
Пот с нее тек кипящим ручьем, тело дергалось в судорожных спазмах.
– Приказ для всех один.
– Да она рожает… – ошалело выдавил Эмиль. – Где лекарь, тролль его дери?
– А шурх его знает… Сегодня еще не прилетал. Не дергайся, Ланге, это привычная ей среда обитания. Поскулит да родит, – отмахнулся индус и передал брату наполненную флягу. – Для тебя есть особый приказ от главного. Забери щенка.
– Ч-что?
– Волчонка, говорю, забери, как вылезет, – кривясь, повторил Камал и кивнул на худого лупоглазого мага в ярко-синем шелке. – Пракаш для тебя поднимет темный заслон. Или боишься, что с рожающей девкой не управишься? Не боись, малец, не загрызет она тебя. До полной луны еще далеко, солнце в зените. До ночи всяко разродится. Стой тут и жди.
Хмурое лицо брата дернулось, вена вздулась на лбу.
– Она сейчас слабая. Очень слабая, – продолжал индус, поглаживая пальцем серебряную бусину четок.
– Слабая, – повторил Эмиль, потирая висок.
– Но не задерживайся. Не тяни до луны, сразу хватай и сваливай. Как очнется, эта тварь за дитя тебя загрызет, – хохотнул индус и, потирая руки, направился к скале.
Оттуда выводили новых пленных, и он жестами показывал, где их временно разместить.
Быстро стало ясно, что обещанная «свобода» – лишь лживая иллюзия. И территорию Университета на самом деле ни одна из банковских ценностей не покинет.
– Я не буду рожать, – упрямо выдавила Софи, изгибаясь всем телом. – Нет-нет, я еще месяц прохожу… Они не получат моего волчонка!
– Боюсь, малыш тебя спрашивать не будет, – мягко поспорила Эвер. – Если уж кроха решил поглазеть на сегодняшнюю луну…
Шипя проклятия, она освободилась от пут. Растерла запястья и уложила голову Софи на валик, наскоро собранный из листвы и песка. Так себе ложе, да и стерильности – никакой.
Пока я жила в домике четы Осворт, тетя Мэл рассказывала, как проходят роды у полукровок. В теории. Княгиня Анна забегала пару раз, осматривала Софи и вздыхала, что процесс будет небыстрым и непростым. Мысленно я готовилась стать для кузины напарницей – той, кто утешит шепотом в сложный момент, напомнит про дыхание и подбодрит, когда сил совсем не останется.
Эвер от этой роли открестилась сразу – из-за обилия свежей крови, которое даже сытому вампиру непросто перенести. И я готовилась, да… Читала вместе с кузиной про дыхательную гимнастику, про медитацию между схватками… Авось в будущем самой пригодится.
Правда, сейчас я от страха все позабыла. А за целительскую часть и обезболивающие чары должна была отвечать Анна Николаевна!
– Кошмар, кошмар, – сопела я, обмахивая волчицу веером из листьев. – Мы не справимся сами. Почему нет лекаря? Где вообще все?
– Заняты соблюдением условий сделки, – угрюмо промычал брат.