Страница 54 из 108
. Местные служащие нас своевременно оповестили, – покивал белозубый, прищелкивая пальцами по списку. – Возвращайтесь в зал, мисс, и ждите своей очереди на тест оракулом. А вашу подружку мы забираем.
– М-меня? Оракулом? – опешила я и закрылась сумкой. – Я Честер, первокровка. Вы что же, и с меня взносы стребуете?!
– Беги… Вероника… – прошипела Эвер, едва шевеля губами. – Они пришли не за Эриком… Они за… за…
На моих локтях сомкнулись каменные клешни, и расторопный страж подсунул меня под оракул. Ноги приподнялись над полом, я замотала ими истерично, пытаясь хоть кого-то пихнуть. Что за кошмар творится в папином банке? Опять?
– Так… первокровка, говоришь? Где же твоя идентификация? Я бы охотно поглядел на подделку.
– Мои документы в порядке, – вспыхнула я. – Я обучаюсь в академии, а вы… Вы не имеете права обвинять аристократку в столь стыдном деянии…
– Может, хоть именной жезл покажешь? – хмыкнул главный.
– Он в зоне приема, – шептала, тараща на стража честные глаза. – Я закладывала фамильные драгоценности, и оценщик забрал…
– Ах, «драгоценности». «Фами-и-ильные». Тогда все ясно, – рассмеялся он. – А взносов, говоришь, на сдавала?
– И не собираюсь! – воинственно выплюнула я.
Взвыла, когда задний заломил руки сильнее. Упырь! Этот – всамделишный!
– Вот только беда: оракул показывает половинчатую суть, красотка. Кровь тебя выдала, – протянул белозубый. – Ох, хороший нынче улов, хороший…
– Что? Какую суть? – лепетала я, мотая ногами над полом.
– Вампирскую, крошка. И дитя… не-за-ре-ги-стри-ро-ва-нное, – по слогам промурлыкал главный. – Ай-яй-яй… Говорила тебе подружка бежать. К остальным ее!
На моем запястье тоже появилась голубая ленточка с серебряной бирочкой. Нелепость. Абсурд.
– Спятили вы… Мой отец… мой отец – граф Ланге, – сообщила ему с придыханием. – И был бы он жив…
Был бы он жив, он бы лично меня выпотрошил – за то, что с Эриком «спуталась» и род предала. Но в руки этих варваров с оракулом не отдал бы. Наверное.
– Граф Ланге, дорогуша, никогда не мешался с грязными полукровками, – с ухмылкой сообщил мне страж-мерзавец. – И дитяток от клыкастых у него, слава Судьбе, не водилось.
– Эмиль! – завопила я на весь банк. – Позовите моего брата, Эмиля Ланге!
Пнула ногами ширму, и та покосилась, открыв вид на верхние этажи и пару погашенных люстр.
На самом верхнем ярусе померещился силуэт. Кто-то стоял за защитным экраном и наблюдал некрасивую сцену. Как я извиваюсь в клешнях стража, как плююсь и кричу, как в ужасе смотрю на серебряную бирочку, как скребу ногтями узел на голубой ленте…
Наблюдал и ничего не предпринимал.
И с чего я решила, что там мой брат?
Но вот он сделал шаг, прихрамывая на правую ногу. Встал под бледный свет, стряхнул темную рваную челку с лица. Если это не брат, то кто-то очень, очень на него похожий…
– Эми-и-иль! – завопила я так, что у самой уши заболели. – Тролли тебя задери… Останови это! Ты не такой, как он!
Горло саднило, кожа на сухих губах лопалась, с ушибленного подбородка сочилась сукровица. Но вопли делу не помогали: силуэт отступил в тень, а захват на локтях окреп.
– Полукровки совсем распоясались, – удрученно качнул головой главный. – Младший граф – брат полукровки… Вот уж сенсация для «Трибьюн»… Много чести! Зажми твари рот и тащи к остальным.