Страница 32 из 57
— Ну простите меня! — пискнула Луиза. — К тому же, это пойдёт ему только на пользу — отоспится, отдохнёт, да и раны к утру затянутся…
— Вот значит сама его в келью и тащи! — мстительно произнесла сестра Анна.
— Я? — испуганно вздёрнула брови Луиза, поднялась со своего места, подошла к спящему герцогу и попробовала приподнять его с кресла. — Ну сёстры… — жалобно протянула она. — Ну я же извинилась. Помогите мне. Я сама его даже с места не сдвину. Он весит, небось, под полтора центнера!
— Ладно, — вздохнула Анна. — Бери его за руки, а мы с сестрой Марией возьмём за ноги. Только аккуратнее! Не хватало ещё затылок расшибить паладину о каменный пол. Матушка нас тогда точно прибьёт, когда вернётся…
С горем пополам, тихими ворчливыми спорами и дюжиной остановок монахини протащили спящего младенческим непробудным сном герцога по галереям монастыря, дотащили до свободной кельи, кое-как уложили на широкую кровать, с облегчением выдохнули и устало опустились прямо на пол, с улыбками на лицах переглядываясь между собой.
— Какой же он тяжёлый… — покачала головой Луиза, вытирая со лба пот. — Все паладины такие?
— И не говори, сестра, — подтвердила Мария. — А не усыпила бы ты нашего спасителя, не пришлось бы нам спины рвать.
— Это точно… — тяжело вздохнула послушница.
— Так, сёстры! — строгим тоном произнесла Анна, поднимаясь с пола. — Передохнули и ладно. Нечего тут болтать. Мы ещё не закончили…
— Не закончили? — удивлённо посмотрели на монахиню две пары женских глаз.
— Не будет же герцог спать вот так, — Анна кивнула на грязные сапоги и подпачканную кровью и копотью одежду Каннингема.
— Может, ну его? Оставим? — робко предложила Мария.
— Сестра! — осуждающе покачала головой Анна. — Негоже паладину спать в крови демонов. К тому же, мы теперь в ответе за него, — покосилась она на сестру Луизу, виновато отвернувшую свою мордашку в сторону.
— Да знаю я… Но… он же мужчина.
— В первую очередь он не мужчина, а воин Господа, — наставительно произнесла сестра Анна. — У воинов Господа нет пола!
— Ага, — буркнула послушница. — А что у него тогда в штанах топорщится?
Сестра Мария не удержалась, прыснула от смеха и тут же прикрыла рот ладонью, а сестра Анна лишь осуждающе нахмурилась, глядя на рассевшихся на полу кельи монахинь.
— Сёстры! — упрекнула она их. — Как можно! Давайте уже помогайте, хватит прохлаждаться…
В три пары рук монахини споро стянули с герцога сапоги, кольчугу, испачканную рубаху, стараясь смотреть куда угодно, только не туда, куда смотреть было нельзя, но почему-то очень хотелось глянуть хотя бы одним глазком. Сестра Анна проверила почти затянувшуюся рану на боку паладина, удивлённо хмыкнула и на всякий случай ещё раз протёрла розовеющий шрам целебной настойкой…
— Какой же он огромный… — не выдержала и пробормотала Луиза. — Как он вообще может поместиться в женщину?
— Кто? — недоумённо нахмурилась Анна, закончив осматривать шрам на боку Каннингема.
— Он, — кивнула Луиза на склонившийся чуть набок и мирно покоящийся между ног герцога большой мужской орган.
— А ты потрогай, — шаловливо усмехнулись старшие монахини, переглянувшись между собой.
— Не смешно! — обиженно фыркнула Луиза.
— А я не смеюсь, — пожала Мария плечами. — Просто попробуй. Интересно ведь…
— Правда можно? — удивлённо нахмурилась Луиза, глянув на сестру Анну, получила от той утвердительный кивок, робко протянула руку и осторожно положила ладонь на мужской член.
— Ну как? — поинтересовалась Мария.
— Ну… Интересно… — признала Луиза. — Тяжёленький такой… Забавный… Ой! — испуганно вскрикнула она, одёрнув руку.
— Что?
— Кажется, он пошевелился… Это нормально?
— Нормально, не бойся… — усмехнулись старшие монахини.
— Но… Он… он растёт! Что я сделала не так⁈ — в ужасе отскочила от кровати Луиза, вытаращив глаза. — Я его сломала? Что делать?
— Да ничего не делать. Ничего ты не сломала, это нормально.
— Точно? А он не лопнет? Он же в два раза больше стал! Ещё и торчит вверх, как кол…
— Потрогай, — снова предложила сестра Мария. — Когда ещё подвернётся такой случай…
— Ещё раз? — удивлённо пробормотала послушница.
— Да, потрогай!
— Ого! — опустившись перед кроватью на колени и осторожно схватив пальцами мужской орган, восторженно прошептала Луиза. — Он теперь ещё и твёрдый… и горячий.
— Угу… — хмыкнули монахини, с интересом наблюдая за своей младшей сестрой по вере.
— Он такой большой стал! Это правда нормально?
— Ты что, никогда раньше не видела мужской орган?
— Видела, конечно… — небрежно отмахнулась Луиза. — Мы в детстве за мужиками в бане подглядывали. Там разные были… Но не такие огромные! А как он вообще в женщину входит? — задумчиво нахмурилась она. — Он же разорвёт её напополам.
— Не переживай, не разорвёт, — успокоила послушницу сестра Мария.
— Вот я в этом не уверена, — скептически покачала головой Луиза, продолжая машинально, бессознательно мять пальцами торчащий и слегка подрагивающий под её касаниями член.
— Поверь! Там так всё устроено, что принимает любой размер.
— Любой? То есть, они бывают ещё больше⁈ — удивлённо глянула послушница на монахиню.
— Вот тут я не уверена, — покачала Мария головой. — Этот экземпляр и правда впечатляет.
— Ну вот и я об этом. Он же точно не поместится в женщине…
— Поместится! Детей же все рожают, а дети ещё больше.
— Хм… Действительно… — хмыкнула Луиза.
— Да хватит его мять уже! — строго усмехнулась сестра Анна.
— Не могу… — честно призналась Луиза. — Меня это успокаивает почему-то… Ха… А вы видели это? — ткнула она пальцем свободной руки чуть ниже основания члена.
— Что?
— Шов! Прямо по центру этого мешочка.
— Это яички, — поучительным тоном произнесла Анна.
— Да я знаю, что это. Я в селе выросла…
— Ну и чего ты тогда так удивляешься?
— Ну… Я так близко это не видела… Сёстры… — заговорщическим голосом, перейдя на шёпот и глянув на сидевших рядом с ней на коленях монахинь, произнесла послушница. — А что если мы… Ну, если мы… проверим. Ради эксперимента, действительно ли он целиком помещается в женщине или нет?
— Ты что! — возмутилась сестра Анна. — А если кто-то узнает?
— Кто? Матушки нет, сёстры уже спать пошли… Кто узнает?
Луиза подскочила с пола, метнулась к двери, выглянула в коридор, закрыла дверь на щеколду и вернулась к кровати.