Страница 61 из 110
Именно в этот момент сверху спикировал беркут-разведчик, усевшись на ловушку.
— О проблемах, которые нас ждут, боярин, — отозвался Михаил, делая глоток горьковатого, едва подслащенного медом бодрящего взвара. Он быстро пересказал, что увидел беркут в лесу. — Не жалеете о том, что покинули остров?
— Есть немного, — бросив взгляд себе за спину и выясняя, не прислушивается ли кто, тихо ответил Берг. — Там было куда спокойней.
— Ваша правда, — согласился Бельский. — Еще не поздно вернуться, путь в лабиринте найдете по нашим меткам, через лес вас черные проведут.
Николай Андреевич несколько секунд молчал, потом покачал головой.
— Не вздумайте такое при Аглае предложить, она меня со свету сживет. Единственное, что заставляет ее двигаться вперед, это то, что она не знает, что есть путь назад. Так что закроем эту тему, у нас только одна дорога, и в данный момент она проходит через оскверненный лес.
Михаил кивнул и вернулся к костру.
— Десять минут, и выходим, — скомандовал он, залпом допив взвар, и, сполоснув чашку, сунул ее в свой ранец.
Перед входом в лес отряд на минуту остановился, все вглядывались во тьму. Узкая дорога, едва две телеги разъедутся, сомкнувшиеся над ней густые кроны. Каждый второй член отряда нес на самодельных полутораметровых шестах светильники, а Варвара должна была освещать путь своим улучшившимся светляком. Надо сказать, после поглощения целого золотого духа, ее дар сильно прибавил, шестнадцатилетняя девица поэкспериментировала, пока шли по мертвому городу, и без проблем продержала его весь маршрут. Золотой шарик, висящий у нее над ладонью, теперь освещал метров десять вокруг, что было куда лучше, чем прежние три.
Бельский окутался золотой броней, сразу призвав самострел и активировав печать видения духов и ночного зрения, и сделал первый шаг.
— Пошли, — скомандовал он нерешительно мнущимся за его спиной людям. — Надо как можно быстрее пройти этот неприятный отрезок пути.
Горыныч, ставший черным, следуя его мысленной команде, обогнал хозяина и пошел метров на пять впереди. Почти сразу он послал в заросли струю черного призрачного пламени, которое выжгло зараженное скверной дерево, прорубив приличную просеку, лес наполнился треском. О том, что это привлечет чье-то внимание, боярин не беспокоился, он был уверен, что те, кому надо, и без этого шума узнают о небольшом отряде.
Плотный туман лег на дорогу, когда они были примерно на середине пути. Печать обнаружения духов и ночного зрения спасовала и не смогла заглянуть за завесу. И только светляк Варвары без проблем сдерживал его, отгоняя метров на пять.
— В круг, — скомандовал Бельский. — Похоже, к ним пожаловал туманник, а может, и не один, а в компании. Аглаю и Екатерину в центр, защищаем их. Следите друг за другом, чтобы никто на зов не ушел. Говоря все это, Михаил активировал новую печать против ментального воздействия, которую они с Екатериной разработали, когда на Имперской заставе бушевала непогода. — Надеюсь, все помнят мой рассказ, как я туманника завалил на каменистых пустошах?
Катя, Ирина и боярин Берг кивнули, а вот члены его семейства отрицательно замотали головой.
— Я про это не слышал, ваше сиятельство, — произнес Верд, — но про тварей из тумана знаю. Беда это большая, зверодухи сквозь туман не видят. Хотя насчет черных не знаю, они сильнее, чем обычные, даже алые.
— Вот сейчас и проверим, — отозвался Михаил, скользнув в сознание двойника.
Ну, что сказать? Для того густая непроглядная пелена преградой не была, видимость посредственная — метров на тридцать, но в этих лесных зарослях и без всякого тумана хрен что разглядишь. Враг скрывался где-то среди деревьев, и он был не один, долго противник силы копил, десятки оскверненных зверей. Причем тут были такие экземпляры, что дрожь пробирала. Один крушила, измененный почти до неузнаваемости, чего стоил. Именно сейчас он мчался на отряд, снося мелкие деревца. Его поддерживала парочка матерых кабанов, крупные волки и зверье помельче, хотя заяц, размером с приличного пса и отросшими клыками, никак не подходил под категорию «поменьше». И такая ситуация была с двух сторон, а часть оскверненных зверей обходили справа и слева, завершая окружение.
— Отбиваемся, помогаем зверодухам держать внешний круг, — заорал Бельский. — Варвара, попробуй увеличить мощность своего светляка. Боярин, ослепляющую вспышку на девять часов от вас, нужно проверить, сработает или нет. Остальные болтами по врагу, когда приблизится.
Сам он, благодаря зрению двойника, создал вспышку, и, накачав ее энергией, отправил в крушилу и его свиту. Измененный, не измененный было неважно. Метрах в пятнадцати полыхнуло знатно, а рухнувшее дерево придавило волка, которому повезло не быть разорванным, остальных расшвыряло. Натиск с этого направления был остановлен, крушилу просто разорвало, как и двух кабанов.
Вспышка Берга сработала так, что любо-дорого посмотреть. Полыхнуло знатно и на мгновение разнесло туман на площади в тридцать метров в клочья. А вот результата, который она дала, Бельский не ожидал. Она не просто ослепила зверье, а выжгла скверну из трех десятков зараженных, те мгновенно упали замертво, лишившись того, что их контролировало и подчиняло.
— Отлично, боярин, — выкрикнул Михаил, — еще одну такую по дороге в ту сторону, откуда мы пришли.
— Не могу, ваше сиятельство, откат четыре минуты, раньше не выйдет, — развел руками Николай Андреевич и швырнул светлый болт в силуэт, мелькнувший в тумане.
Именно в этот момент оскверненные звери выскочили из завесы и тут же попали под удары черных зверодухов. Кому дистанционной техникой прилетело, кому когтями и клыками. Из-за спин их поддержали люди, черные и светлые болты. Никита принял какого-то шустрого и прыгучего крола на щит, и Верд, прикрывающий пацана, вонзил ему в брюхо шпагу. Эффективней всех был Горыныч, который, хоть и не очень далеко видел, но дорогу почистил. В одно мгновение струя пламени ушла в самую гущу, испепелив сразу с десяток оскверненных зверей. Враг отпрянул и прекратил лезть дуром, атаковать больше не пытался, так, хороводы водил. Михаил не обращал на это никакого внимания, он искал туманника. И ведь нашел, тот укрылся за деревом метрах в двадцати, изредка высовывая морду, но не рискуя приближаться.