Страница 59 из 110
Коснувшись груди огромного дракона, он провел слияние, и ставший черным зверодух взмыл в небо. Лететь было всего пару километров. Добравшись до нужного дома, Михаил послал Горыныча в пике, и тот, выдохнув струю пламени почти с сотни метров, спалил не только оскверненное тело, но и часть пола, и вот тут вскрылось то, что тело там было далеко не одно. На вполне себе уцелевшем первом этаже валялись вповалку еще с полдесятка трупов, и скверны там было куда больше. С трудом посадив Горыныча на небольшой узкой улочке, Бельский выбрался из своего необычного транспортного средства и неспешно направился ко входу в дом. На всякий случай он укрылся за золотой броней. В нос пахнуло сладковатым запахом гниющего мяса. Михаил присел возле ближайшего тела и аккуратно перевернул его, скверна тут же попыталась атаковать потревожившего ее человека, но черно-зеленая нить соскользнула с золотой перчатки. Бельский изучил рану на трупе, потом перешел к следующему телу, потом еще к одному. Картинка не радовала, этих шестерых казнили, им всем перерезали горло. Произошло это до заражения или после, боярину установить не удалось. Михаил поднялся и, встав в центре помещения, призвал печать, которую он создавал специально для уничтожения скверны. Она была золотой и выглядела, как облачко золотой пыли. Он послал в него энергию из источника, и то начало расти. Раньше у него не было возможности испытать его на приличной площади, но скверну из мертвой крысы он изгнал без следа. Вот, наконец, печать набрала максимальный объем, вспыхнула, и во все стороны устремилась золотая пыльца. Она мгновенно разлетелась по комнате, оседая на телах и стенах. Надо сказать, результат Бельскому понравился, вся скверна, включая зараженные тела, вспыхивая черным пламенем и чернотой, осыпалась на пол. Михаил внимательно оглядел комнату, от покойников остались только мелкие вещи, но ни денег, ни других ценностей. Либо их и не было, либо тот, кто их прикончил, все собрал. А вот оружия он не тронул, все шесть шпаг и два самострела, правда, без зачарованных болтов, так и остались лежать возле тел.
Михаил призвал свою шпагу и, отсалютовав погибшим, покинул дом. Минута, и Горыныч опустился рядом с отрядом, который за время его отсутствие прошел чуть больше километра.
— Что там было, ваше сиятельство? — поинтересовался Берг.
— Много интересного, — поднимая артефактную ловушку с Горынычем и вешая себе ее на пояс, отозвался Бельский. — Причем интересное по вашей части, боярин. Там оказалось не одно тело, на первом этаже нашлись еще шесть тел, все убиты, хотя, скорее, казнены, кто-то перерезал им горло, собрав все ценное. Все заражены скверной. Все рядовые второго полка, но я не смог понять, убили их до того, как они заразились, или после. Но думается мне, все же после, сомнительно, что оскверненным и одержимым нужно было собирать с них ценности, и болты забрали, а вот шпаги бросили там. Я тоже не стал подбирать, не нужно нам лишнее внимание от дознавателей, когда до своих доберемся. Хотя, может, и зря, у империи сейчас проблемы с артефактным металлом.
— Война, — изрек, внимательно выслушавший Бельского, мрачный Берг. — И думается, этот дом тут такой не один. Верд, ну-ка вспомни, сколько людей из второго полка сюда отступило?
— Ваше сиятельство, нас прилично потрепали, но девять сотен тогда в строю точно стояло. Когда все рухнуло, и остатки полка побежали, многие погибли, так и не достигнув города, но до руин добрались сотни. Что дальше было, не знаю, я к вам угодил.
— Может, поискать еще такие дома? — предложила Екатерина. — Каждый такой очаг скверны отравляет Духов мир. И чем их больше, тем сложнее с ними справиться. Мои исследования не закончены, слишком мало материалов у нас с Марфой было, но мы думаем, что скверна способна разноситься по воздуху, ее споры будут попадать в людей через дыхание, а не при контакте как сейчас.
— И тогда оскверненных станет куда больше, — подвел итог Берг.
— Город огромен, — покачал головой Михаил, — даже часть его мы будем обшаривать неделями. Птичек у меня всего пять, одновременно я смогу контролировать трех, оставшись без наземных зверодухов, княгини еще по одной, и у вас, Николай Андреевич, один сокол. Мне повезло засечь одинокий труп, брошенный на виду, тут же придется искать тех, кто в домах, а это значит, нужно проверить каждый. Нет, мы не можем тут столько задерживаться, сейчас почти полдень, нужно идти вперед.
Берг нехотя кивнул, соглашаясь.
— Вы правы, боярин, да и не ограничиваются пятна скверны только этим городом, основная проблема будет на землях вольников, там, где все началось.
— А может, империя уже всех победила? — влез в разговор взрослых Никита. — Отец, ты же всегда нам рассказывал, что она сила, которую никто не сможет остановить.
Берг на эти слова улыбнулся и бросил на сына одобряющий взгляд. Остальные тоже улыбались, вера четырнадцатилетнего мальчишки в империю, которая тяжелой поступью, огнем и мечом опрокинет демонов и отвоюет захваченное, выглядела забавно. Но он не понимал, насколько опасен противник.
— Мне жаль, сын, — покачал головой Николай Андреевич. — На этот раз враг обладает возможностями, которым очень сложно противостоять, а… — он бросил взгляд на Бельского, — Михаил Иванович у нас всего один. Он очень силен, но в одиночку такие войны не выигрывают. Пройдут годы, прежде чем империя уничтожит этого врага.