Мой. Чужой. Истинный

Сыновья что-то невнятно ответили, не то согласились, не то заворчали, но стоило посмотреть на них с прищуром, как они успокоились и перестали ехидничать. Еще не хватало, чтобы они заставили Нерею беспокоиться и нервничать. Рано нам еще щенков. Сначала брак, потом дела, а уже после и о потомстве можно призадуматься. Я старался гнать эти сладкие мысли куда подальше, иначе боялся, что волк не выдержит и займется продолжением рода как можно скорее.

***

Нереа

С тех пор, как мы приехали в столицу, Айвен часто пропадал в Квадривиуме, решая вопросы, накопившиеся по его отсутствию.

Новость, что Гор – мой брат по отцу, вызвала у меня непонятные чувства. С одной стороны, я знала его всю жизнь, и не сказать, что только с плохой стороны. С другой же, близкими нам никогда не стать. Единственное, что нас объединяло, так это нелюбовь к Титусу. И его кровь, текущая в наших венах.

– Ты какая-то заторможенная в последние дни, Нери. Ты уверена, что не беременна?

Лаисса порхала вокруг меня, пока портниха подгоняла под меня сшитые платья в пол. Несмотря на столичную моду и убеждения портнихи мадам Луизы, как она просила себя называть, я не готова была еще надевать откровенные наряды, которые явно предпочитали столичные модницы. Наверняка и сам Айвен посчитает меня скучной, но я не могла себя пересилить. И без того была в шоке, увидев, во что одеты местные жительницы.

– Уверена, Лаисса. Я бы почувствовала первая, будь это иначе, – ответила я тете, а сама покосилась на портниху, навострившую уши.

Мне не понравилось, что Лаисса завела слишком личный разговор при ней, и я сверкнула в ее сторону глазами, чтобы держала себя в руках. Вот только вместо того, чтобы закрыть рот на замок, она наоборот засияла и хитровато прищурилась, явно желая создать нам проблемы.

– А пора бы. Айвен ведь так старается по ночам, я из-за вас, негодников, подолгу уснуть не могу, – сказала она, и понимай, как хочешь. Двусмысленность – ее второе имя.

– Может, попросить Айвена прислать к тебе лекаря? Плохой сон ведет ко многим заболеванием.

– И зачем мне какой-то лекарь, когда у меня есть ты? – фыркнула тетя, задирая голову и явно не собираясь отступать. – Если вдруг у меня будут проблемы со сном, ты заваришь мне нужные травки, и всё как рукой снимет.

– Что-то мне подсказывает, что мы думаем совершенно о разных травках.

Я прищурилась, с подозрением глядя на тетю, но она не подала виду, что поняла меня.

– Как вам, Нереа? Я всё подогнала, удобно?

Портниха выпрямилась, и я покрутилась, пытаясь понять, не мешает ли мне ничего.

– Идеально, Луиза.

– Тут бы вырез побольше, тогда Айвен и вовсе глаз не оторвал бы.

– Лаисса!

– Поверь моему опыту, мужчины любят глазами.

Тетя подняла указательный палец вверх, глядя на меня с таким важным видом, словно мы говорили по меньшей мере о политике.

– Нереа – истинная пара господина Айвена. Думаю, ему вряд ли понравятся открытые наряды. Наши самцы – одни из самых ревнивых, а уж в отношении масойи те еще собственники.

– А что, их тут, этих пар, так много, что есть эта ваша статистика?

Лаисса посмотрела на Луизу, ожидая ответа, а я навострила уши. Мне было интересно узнать, есть ли в столице еще такие пары, как мы с Айвеном.

– Моя бабушка была истинной парой моего дедушки, так что я могу отличить подобные союзы и увидеть их на расстоянии. Самцы относятся к своим женщинам по-особенному, совсем не так, как при договорном браке.

Луиза не обнадежила меня, но расспрашивать больше я не стала. Не хочу раньше времени показывать свой интерес и сближаться с кем бы то ни было, пока не разведаю обстановку.

– Так браки не обязательно договорные, – пожала плечами Лаисса. – Может, между мужчиной и женщиной простая любовь.

– Отнюдь. В таком случае, больше усилий прилагает женщина. И лишь в союзе, когда самка является истинной парой для самца, ведущую роль играет как раз самец. И зарабатывает, и защищает, и кормит, и готовит еду, если нет возможности нанять домработницу.

– Оч-чень интересно, – протянула Лаисса и улыбнулась, посматривая хитроватым взглядом.

– Если на этом всё, думаю, мы можем закончить. Я довольна нарядами, Луиза, – произнесла я, переводя неудобную для меня тему, а затем спустилась с табуретки. Примерка длилась уже несколько часов, и у меня слегка кружилась голова, так что я побоялась, что просто-напросто свалюсь с этого стула.

– Всегда рада помочь, Нереа. Остальное я подгоню по этим меркам и пришлю через помощника, – доброжелательно улыбнулась она и стала вынимать уже ненужные булавки и иголки с ткани платья.

– Хорошо. Спасибо, Луиза.

Когда портниха ушла, Лаисса вдруг вспорхнула и быстро замахала крылышками. Вот только я теперь была быстрее. Реакция волчицы оказалась резвее, чем у сильфиды.

– Куда это ты, тетя?

Я закрыла дверь прямо перед ее носом и сложила на груди руки.

– Я? По делам.

Надо отдать ей должное. Она не просто за словом в карман не лезла, но и быстро умела ориентироваться в пространстве.

– Не пытайся. Окна закрыты, – хмыкнула я, когда она полетела к окну.

– Ты забыла, кто я?

В ее колокольчатом голосе слышалась насмешка. Она явно хотела воспользоваться силами сильфиды, но не учла, что этот дом принадлежит не обычному волколаку.

– Еще варианты побега? – спросила я спустя ее несколько бесплодных попыток сбежать, чтобы не разговаривать со мной. Наверняка боялась, что я буду возмущаться ее произволу.

– Айвен сказал, что все окна магически запечатаны, так что открыть их могу только я, или же он. Не сбежишь, тетя.

Лаисса недовольно сморщилась и поджала губы, после чего отвернулась и села на подоконник, саботируя всяческие разговоры.

– Может, объяснишь, что это было?

Я добавила в голос больше строгости и подошла ближе, чтобы она чувствовала, как я дышу ей практически в спину.

– О чем это ты? Не понимаю.

Она включила дурочку, но отступать я была не намерена.

– Что ты пыталась сделать? Для чего портнихе лишняя информация про меня и Айвена? Ты не находишь, что это личное и должно оставаться только между им и мной?

– А что я? Я ничего, просто сказала свои наблюдения. Никаких секретов не разболтала.

– А ты просто их и не знаешь. Что-то мне подсказывает, что, будь иначе, ты бы не сдержалась.

– За кого ты меня принимаешь, племянница?

Лаисса явно оскорбилась, так как обернулась и блеснула недовольным взглядом, всем видом показывая, как ей не нравится наш разговор, и что она мечтает уйти.