Судьба

Эпилог

5 лет спустя

— Свет, я всего на пару дней. Не успеешь соскучится — Игорь обнимал жену

— Точно на пару дней? В прошлый раз ты так сказал и вернулся только через две недели — Света вздохнула

— Ну прости меня — Игорь снова обнял жену — это было три года назад

— Да? А как будто вчера

Игорь улыбнулся, чувствуя, как её пальцы на мгновение сжали его ладонь — старый жест, который не менялся годами, даже после всех его командировок.

Он знал эту её интонацию: не упрёк, а скорее усталая констатация, приправленная привычкой ждать. За окном шумел вечерний город, и в этом шуме тонули голоса прохожих, но в маленькой прихожей их квартиры время будто застыло.

— Свет, я серьёзно. Два дня, максимум три. Просто согласовать контракт, подписать бумаги — и я дома. — Он провёл рукой по её волосам, убирая прядь, упавшую на лицо. — Хочешь, я позвоню тебе каждый вечер, как в тот раз?

— Обещаешь, что это не горячая точка? Игнат мне все рассказал

— Я прибью его, вот клянусь — прорычал Игорь — я клянусь тебе. Лечу в Питер, на пару дней. Посмотрю новых ребят, все согласуем и я дома.

— Ладно, уговорил. Но смотри: если задержишься, я приеду и лично вытащу тебя из твоего офиса за ухо, — пригрозила она, но голос дрогнул на полуслове.

Игорь рассмеялся, крепче прижимая её к себе. В этот момент из детской донёсся топот маленьких ног — их сын, видимо, проснулся от вечернего сна и теперь требовал внимания.

— Папа! Ты уже уезжаешь? — Артемка, с взлохмаченными волосами и сонными глазами, стоял в дверях комнаты. Игорь присел на корточки, раскрывая объятия, и мальчик тут же нырнул в них, пахнущий детским мылом и теплом.

— А я? — следом выбежала Анечка и кинулась в объятия Игоря — папочка, не уезжай

— Я буду совсем недолго. За вами присмотрит дядя Игнат

Артемка нахмурился, копируя мамину интонацию, и посмотрел на отца исподлобья.

— Дядя Игнат опять будет есть мои конфеты? Он в прошлый раз спрятал «Мишку» в карман и сказал, что это секретная операция. — Игорь усмехнулся, погладив сына по голове, и перевел взгляд на Анечку, которая все еще висла у него на шее, вцепившись маленькими пальчиками в воротник рубашки.

— Обещаю, я поговорю с дядей Игнатом, чтобы он вернул все секретные запасы. А вы, бойцы, должны охранять дом, маму и холодильник от вражеских набегов.

Анечка шмыгнула носом, но кивнула, а Артемка выпрямился, принимая серьезный вид, будто уже вступил в командование гарнизоном.

Света подошла к двери, опираясь плечом о косяк, и молча смотрела, как муж обнимает детей. В утреннем свете, пробивающемся через щель между шторами, его силуэт казался особенно отчетливым — родные плечи, чуть осунувшееся лицо за последнюю неделю.

— Я позвоню, как только сяду в поезд, — сказал он, поднимаясь и стряхивая невидимую пыль с джинсов. — И приеду с подарками. Что привезти? Шоколадку с самого большого завода в Питере?

Артемка задумался, прикусив губу, и выдал

— Привези железную дорогу, настоящую, с мостом.

— А я хочу куклу, которая закрывает глаза, — прошептала Анечка, все еще не отпуская отца.

— А мама? — Игорь обнял жену

— Себя, привези обратно себя. Без шрамов и синяков.

Сборы были быстрыми: Игорь накинул куртку, проверил карманы на наличие билетов и документов, и на мгновение замер посреди прихожей. Он смотрел на троих самых близких людей, стоящих рядом, будто пытаясь запомнить каждую деталь: легкий румянец на щеках Светы, взлохмаченные волосы сына, сжатые кулачки дочери.

В этот короткий миг тишины, когда часы на кухне пробили семь, он почувствовал, как привычная вина тяжелым узлом сдавила горло. Он кашлянул, пряча смущение за улыбкой, и щелкнул замком чемодана.

— Завтра в восемь, Свет. Я пришлю тебе геолокацию, чтобы ты знала, что я не сбежал на Крайний Север. — Она улыбнулась, наконец-то той самой улыбкой, от которой у него теплело внутри, и коротко махнула рукой.

— Артем, проводи папу до лифта, как взрослый. Мальчик гордо расправил плечи, взял отца за руку и шагнул в коридор, а Анечка, прижавшись к матери, махала ладошкой до самого закрытия двери. В проеме лифта Игорь оглянулся: Света стояла с малышкой на руках, и свет лампочки падал на них так, будто рисовал картину уюта, которую он увозил с собой в памяти до возвращения.

Когда двери лифта сомкнулись, и кабина дернулась вниз, Артемка по-взрослому вздохнул:

— Папа, а мама скучает, даже когда ты уходишь в магазин. Я слышу, как она говорит твоей фотке на стене «ну где ты там».

Игорь стиснул зубы и присел перед сыном, глядя в его серьезные глаза.

— Слушай, командир, ты теперь главный в доме, пока меня нет. Помогай маме и следи, чтобы сестра не съела все варенье тайком.

Сын кивнул с такой решимостью, будто принимал командование армией. Лифт звякнул, выпуская их на первый этаж, и отец с сыном вышли в прохладу вечера, где фонари уже разгоняли синеву двора, а Игорь поймал себя на мысли, что через пару дней он снова будет стоять здесь, смотреть на свет в окнах четвертого этажа и чувствовать себя дома.

— Тема, беги домой и помаши мне из окна.

Артемка побежал обратно, Игорь дождался, когда Света, Аня и Артем помашут ему из окна и сел в такси.

По дороге он набрал Игната?

— Я в дороге, еду встретить этого упыря из тюрьмы. Что там с бывшей подругой?

— Анастасия Решетова пыталась связаться со Светланой. Она оказывается сняла квартиру в вашем дом. Но ребята успели вовремя. Девушка в изоляторе. Она уже осознала всю прелесть тюремной жизни.

— Понял. Езжай к Свете, не оставляй их одних.

— Не волнуйся, буду рядом. Только я буду не один.

— С кем?

— Ее зовут Алина. Приедешь, познакомлю.

— Договорились

Игорь вошел в следственный изолятор как к себе домой. Анастасия Решетова сидела, забившись в угол.

— Пять лет назад, я пришел к тебе и просил по-хорошему, чтобы тебя и рядом не было с моей семьей. Просил?

— Почему ей все, а мне ничего? — прошептала девушка

— Ты, сука, залезла в ее семью, залезла в постель к ее мужу, заставила его выкинуть ее ночью на трассе, а потом еще и потащила ее на аборт. А потом, когда тебя и эта мразь бросила, ты пыталась нанять ушлепков, чтобы те напали на мою жену. Что же ты за тварь такая?

Настя подскочила, и с криком бросилась на Игоря. Но тот быстро ее скрутил.