Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 42 из 80

Он что-то говорит, мы не слышим слов, но видим, как его лицо каменеет. Он брезгливо поднимает тефтелю и с силой швыряет её обратно.

Тефтеля летит прямо на нас, кувыркаясь в воздухе. Павел, наконец, приходит в себя, закрывает порта, но тефтеля уже вылетает из него, проскакивая в последнюю секунду. Она несётся на Игоря, который всё ещё стоит с поднятой сковородой.

— Лови! — орёт Катя.

Игорь пытается поймать её сковородой, но тефтеля проскальзывает мимо и приземляется прямо ему на голову.

Игорь стоит с тефтелей на голове. Та вздрагивает, будто пытается понять, где оказалась. Масло капает на лоб Игоря. Он медленно поднимает руку, трогает тефтелю, словно проверяя, не снится ли ему это.

А потом все ржут.

Гром сгибается пополам, утирая слёзы. Анна падает на траву, держась за живот. Марк хохочет так, что с крыльца свешивается, рискуя кубарем скатиться вниз. Даже Лена, которая обычно сдерживает эмоции, закрывает лицо руками, и плечи у неё трясутся.

Кракш урчит что-то, и Ирина, давясь смехом, переводит:

— Он… он говорит, что в их мире так носят шляпы. Уважаемые краги.

— Игорь — уважаемый не краг, но человек с котлетой на голове, — хмыкает Гром, вытирая глаза. — Теперь я всё видел.

— А я и говорю, — подаёт голос Клавдия Петровна с крыльца, — что тефтеля у меня особая, с характером. Сама знает, где её место.

Игорь аккуратно снимает тефтелю с головы, смотрит на неё, потом на сковороду, потом на меня.

— Это она случайно, — говорит он, а уши краснющие.

— Не отвлекаемся! — говорю, беря себя в руки, хотя голос всё ещё дрожит от смеха. — Павел, ты как? Портал точно закрыл?

Павел кивает, вытирает пот со лба.

— Закрыл. Я… я не знаю, что это было. Куда-то она… не туда.

— Не туда, — подтверждаю я. — Как бы не в Канцелярию, судя по обстановке. И какой-то важный чиновник только что выкинул нашу тефтелю обратно.

— Думаешь, нас оттуда видели? — спрашивает Анна.

— Нет, — качает головой Павел. — Портал маленький, я его сразу закрыл. Он видел только тефтелю.

— Ладно, — говорю я. — Тренировка закончена. — Поворачиваюсь к Игорю. — А тефтелю — Клавдии Петровне. Пусть знает, что её кулинарные шедевры пытаются сбежать, но мы их возвращаем.

Игорь идёт к кухне, неся тефтелю перед собой, как драгоценность. Марк кричит ему вслед:

— Не урони!

Игорь оборачивается, хочет что-то ответить, но тефтеля в самом деле начинает выскальзывать, и он ловит её свободной рукой, а сковороду приходится зажимать под мышкой. Все снова смеются.

Клавдия Петровна, глядя на Игоря с тефтелей, переспрашивает:

— Это… точно моя тефтеля?

— Да ваша, ваша, — уверяет он. — Чуть не сбежала. Но мы поймали.

— Ох, — она качает головой, принимая сковороду. — Ну и молодёжь. Ничего, сейчас я её дожарю. И без фокусов.

Команда устремляется в столовую Ирина садится на крыльцо, улыбается мне.

— Весело получилось, — говорит она.

— Ага, — сажусь рядом.

— Молодец, такое придумал.

— Импровизация, — пожимаю плечами. — Первое время только на ней и двигался.

— А вдруг она повлияла на ход истории?

— Да ну!

— А ты не заметил? Тот чиновник, который её вышвырнул… он выглядел так, будто эта тефтеля стала последней каплей. Может, теперь какой-нибудь закон примут. О борьбе с летающими котлетами.

Я смеюсь.

— Может, и примут. Может, и примут.

— Главное, чтобы теперь Клавдия Петровна не решила, что мы развлекаемся с едой, а не действительно тренируемся.

— Не решит, — Ирина кивает в сторону кухни, откуда доносится запах жареного мяса и голос нашего повара: «Алёша, иди суп доедать!»

* * *

Советник Белов сидит во главе длинного стола. Перед ним стопка бумаг — проект указа о санкциях против нелояльных родов. Чиновники замерли в ожидании.

— Итак, — говорит он сухо, — санкции вступают в силу с завтрашнего дня. Счета замораживаются. Имущество переходит под контроль Канцелярии.

Он делает паузу, обводя взглядом присутствующих. Никто не возражает. Белов берёт ручку, чтобы поставить подпись.

В этот момент словно из ниоткуда, кувыркаясь, влетает какой-то серый комок. Он шлёпается прямо на стопку бумаг, оставляя маслянистый след.

Белов вздрагивает. Чиновники замирают. Тишина длится секунду, он смотрит и понимает: это же тефтеля! Котлета!

— Что… это? — голос у него ледяной.

Никто не отвечает. Тефтеля лежит на указах, истекая жиром.

— Значит, так, — Белов медленно встаёт, лицо каменеет. — Мало мне нелояльных родов, мало разломов, мало «Кодекса», который до сих пор не уничтожен… Теперь ещё и летающие котлеты по кабинетам шляются. — Он берёт тефтелю двумя пальцами, брезгливо рассматривает. — Я ставлю подпись. И добавляю новый указ: принудительное лицензирование всех магов, не принадлежащих к аристократическим родам. Усилить магические патрули. Участить проверки на улицах. При обнаружении магии без лицензии — немедленный арест. Чтобы неповадно было всякую… еду… по моему столу разбрасывать.

Он швыряет тефтелю в обратном направлении, садится и быстро, с нажимом, ставит подпись.

Чиновники переглядываются, но молчат.