Страница 90 из 110
Юнь Вэйшань отказалась:
– Это отвар, приготовленный для Владыки клинка, я не могу его пить.
– Это же успокаивающее снадобье, чего тебе бояться? – Бутылочка оказалась у самых ее губ.
– Я не имею права пить отвар, предназначенный для Владыки клинка.
Гун Юаньчжи усмехнулся:
– У меня в аптеке полно трав. Я приготовлю тебе новый отвар точно по рецепту и отправлю в павильон Юй. Но если вдруг молодой господин Юй после твоего лекарства почувствует себя плохо… это трудно будет объяснить…
Юнь Вэйшань не могла возразить, взяла бутылочку, отпила немного и, вытерев уголки губ, спросила:
– Этого достаточно?
Гун Юаньчжи погрузился в раздумья и не стал больше ей препятствовать.
Девушка закрыла бутылочку и направилась к выходу.
Вдруг позади раздался свист рассекающего воздух клинка. Мгновенно отпрянув, она едва избежала удара.
– Молодой господин Чжи, что вы творите? Я будущая жена Владыки клинка!
Лезвие в руке Гун Юаньчжи отливало холодным блеском. Он безумно рассмеялся:
– Жена Владыки клинка? Ха-ха, я и самого Владыку не признаю, а тебя тем более! – Любой, кто вошел в его лечебницу, не мог просто так уйти. Он точно не собирался щадить человека из павильона Юй.
Он бросился в атаку.
Юнь Вэйшань запаниковала:
– Кем бы я ни была, если я пострадаю от вашей руки, как вы это объясните?!
– А что тут объяснять? Такая темная и ветреная ночь, я в своей лечебнице застал человека, пытающегося украсть яд, и убил его. Лишь позже выяснилось, что это невеста из павильона Юй. Но в чем я виноват? Кто меня осудит? Тем более если при обыске трупа найдут яды, а их у меня полно!
Он снова рванул вперед, загоняя Юнь Вэйшань в угол. Когда лезвие вот-вот должно было нанести смертельный удар, раздался лязг – столкнулись клинки, и взрыв внутренней силы заставил сражающихся отлететь друг от друга.
– Довольно! – В лечебницу ворвался Гун Цзыюй, отбил атаку Гун Юаньчжи и заслонил собой девушку. За ним по пятам следовал Цзинь Фань.
– Гун Юаньчжи, ты вообще понимаешь, что творишь?!
Тот лишь рассмеялся в ответ:
– А ты понимаешь, что творит она?
– Если бы не понимал, не пришел бы ее защищать.
– Прекрасно. Тогда объясни: с какой стати наш важный Владыка клинка послал свою невесту среди ночи в лечебницу, чтобы сварить яд? Для кого он?
– Я не обязан перед тобой отчитываться.
Гун Цзыюй схватил Юнь Вэйшань за руку и повел прочь. Гун Юаньчжи попытался их остановить, но ему преградил путь Цзинь Фань.
Гун Юаньчжи оставалось лишь в бессильной ярости наблюдать, как они уходят.
Гун Цзыюй поднимал фонарь повыше, освещая дорогу идущей позади Юнь Вэйшань. Девушка задумчиво смотрела на его спину. Удивительно, но идти за ним было так спокойно и безопасно, и даже на сердце становилось легче.
– Молодой господин Юй, – тихо позвала она.
Теплый свет медного фонаря мягко освещал его лицо в темноте.
– Вы все это время ждали меня у лечебницы?
Гун Цзыюй кивнул:
– Да. Я беспокоился, что ты там одна. По ночам в Гунмэнь усиленная охрана, вдруг с тобой что-то случилось бы… Услышав шум драки, я вместе с Цзинь Фанем бросился внутрь.
Сердце Юнь Вэйшань растаяло:
– Спасибо вам, молодой господин. – Девушка достала из кармана бутылочку: – Отвар готов, но дозы осталось мало. Завтра я приготовлю еще…
– В лечебнице не хватает трав? – удивился Гун Цзыюй.
– Трав хватает, но Гун Юаньчжи заставил меня выпить половину.
Лицо Гун Цзыюя помрачнело: он заставил ее выпить? Но ведь это холодный яд… как она выдержала?
Он внимательно разглядывал ее лицо: только губы побелели. Сердце Гун Цзыюя болезненно сжалось. Он достал из-за пазухи фарфоровую бутылочку и зубами вытащил пробку.
– Протяни руку.
Юнь Вэйшань послушалась. Он высыпал три пилюли ей на ладонь.
– А это?..
– Пилюля «Сотня трав».
– Это же такая редкая вещь, господин, а вы даете мне…
– Говорят, одна пилюля «Сотня трав» секты Гунмэнь стоит десять золотых слитков, – перебил он ее. – Но даже за золото настоящую не купить. Для нас же с детства это обычное лекарство. Сейчас она должна помочь тебе справиться с холодным ядом. Хотя лучше всего она помогает при регулярном приеме… И все-таки даже после отравления может спасти.
– Этот яд не смертелен. Надо лишь перетерпеть одну ночь, и все. Не стоит тратить такую драгоценность на меня.
– Для тебя мне ничего не жалко, – серьезно ответил Гун Цзыюй, пылко глядя на нее.
Юнь Вэйшань почувствовала, как вспыхнули щеки.
Гун Цзыюй неловко кашлянул. Даже в темноте было видно, как заалело его лицо.
– Да и по нашему плану я как раз должен прекратить прием на несколько дней. Не выбрасывать же мне их, лучше отдам тебе. Ладно, хватит спорить, просто проглоти.
Юнь Вэйшань поднесла пилюлю ко рту. Гун Цзыюй, довольный, отвернулся и пошел вперед. Юнь Вэйшань изящным движением спрятала ее в рукаве.
Не пройдя и пары шагов, Гун Цзыюй внезапно обернулся и посмотрел на нее. Не говоря ни слова, он протянул руку. Сердце Юнь Вэйшань испуганно сжалось – он раскрыл ее уловку! Девушка нервно сжала ладонь за спиной.
– Что такое? – неуверенно спросила она.
– Темно, я проведу тебя, – ответил Гун Цзыюй.
Юнь Вэйшань почувствовала в сердце щемящую теплоту.
Тени деревьев склонялись под ветром, тот шептал в ночной тишине.
Сквозь лабиринт темных галерей и дворов Гун Цзыюй вел Юнь Вэйшань, неся перед собой фонарь. Два силуэта, один огонек – они тихо шли сквозь ночь. В тусклом свете он не заметил, что глаза Юнь Вэйшань покраснели.
* * *
В павильоне Цзюэ слуга сменил свечу. Гун Шанцзюэ продолжал изучать списки, как вдруг к нему ворвался Гун Юаньчжи.
– Что случилось? – спросил Гун Шанцзюэ, заметив его подавленность.
Гун Юаньчжи все еще кипел от злости, его грудь тяжело вздымалась:
– Только что в лечебнице столкнулся с Юнь Вэйшань – поймал с поличным за приготовлением яда. И что ты думаешь? Прибежал Гун Цзыюй, стал изображать из себя великого Владыку клинка и утащил ее у меня из-под носа!
В глазах Гун Шанцзюэ блеснул интерес. Он закрыл списки и поднял голову:
– Юнь Вэйшань? Готовила яд?
– Я посмотрел на остатки отвара: там была гардения, обжаренный корень солодки, зимний червь в янтаре… А при варке она добавила еще киноварь и селитру – это явно рецепт сильнейшего яда с холодной, предельно иньской природой.