Страница 85 из 110
Окно скрипело и раскачивалось от порывов ветра.
Мысли уносили ее в прошлое, во времена тренировок в Уфэн. Тогда она практиковалась в колодце под ледяным дождем под наблюдением Ханья Ци. Одежда промокла насквозь, но ее тело излучало пар…
Ее техника была предельно янской, и горячая внутренняя ци делала мучительным каждый выдох. Шангуань Цянь не могла использовать свою ци, и ей пришлось лишь снова сосредоточиться на контроле дыхания.
* * *
Юнь Вэйшань вернулась к себе и тихо закрыла дверь.
Она выпила охлаждающий отвар и села на кровать, закрыв глаза.
Вскоре ее лоб тоже покрылся испариной. Мысли путались, мешая сосредоточиться.
Она вспомнила слова Ханья Сы в тренировочном зале Уфэн: «Если жар станет совсем невыносимым… используй эти травы, а потом отрегулируй ци. Твоя внутренняя техника
[67]
[Нэйгун – это упражнения для укрепления внутренних органов (укрепление дыхания, мышц, диафрагмы); в китайских боевых искусствах – практики для работы с ци.]
“Сердечная сутра облачной парчи” – крайне иньская и самопоглощающая, использование внутренней ци заставит твое тело охлаждаться, противодействуя жару Полумесячной мухи…»
В следующее мгновение Юнь Вэйшань внезапно открыла глаза:
– Я поняла!
* * *
Тем временем Гун Цзыюй дрожа залез в бочку. Зубы застучали, мышцы свело судорогой. Закрыв глаза и задержав дыхание, он полностью погрузился под ледяную воду. Вода, хлынувшая в уши, заглушила все внешние звуки, оставив лишь шум водного потока и смутные, едва различимые отголоски.
Кожа онемела, по спине пробежали мурашки. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем его конечности полностью замерзли, а сознание помутнело… «Папа… Папа… Не заставляй меня лезть в воду… Она холодная… Холодная… Нет!»
Гун Цзыюй очнулся в постели. Он оцепенело смотрел в потолок. Мягкая постель нежно согревала его продрогшее до костей тело.
Что случилось?
Над ухом раздался голос:
– Молодой господин.
Гун Цзыюй повернул голову и увидел у кровати Юнь Вэйшань, которая держала его озябшие руки своими. Множество одеял согревали его окоченевшее тело, а мягкие и нежные пальцы возвращали тепло почти потерявшим чувствительность рукам.
– Я уснул?
– Вы потеряли сознание, – с легким упреком ответила Юнь Вэйшань. – Я ведь говорила вам не быть упрямым и не торопиться, но вы все равно действовали безрассудно. Если бы я не пришла, вы могли бы замерзнуть насмерть.
Гун Цзыюй приподнялся и оперся о спинку кровати. Его ладони становились все теплее, и тело наконец согрелось. Он сжал руку Юнь Вэйшань.
– Почему у тебя такие горячие руки?
Заметив, что цвет его лица пришел в норму, Юнь Вэйшань убрала руку:
– С детства меня звали «маленькой печкой».
Гун Цзыюй рассмеялся:
– Обычно так называют мальчишек, почему у тебя, девушки, было такое прозвище?..
– Старейшины дома говорили, что мать носила меня на десять дней дольше. Шутили, что я «перезрела».
Редкая шутка с ее стороны рассмешила его.
– Какое совпадение, а я родился раньше срока, поэтому мое тело склонно к холоду. Мы как лед и пламя… просто созданы… созданы… – Он запнулся, не решаясь окончить фразу, и зарделся.
Пытаясь скрыть смущение, он встал, чтобы одеться, но, обнаружив распахнутый торс, задумался:
– …значит, А-Юнь… это ты вытащила меня из ледяной бочки?
– Да.
Гун Цзыюй немного помолчал и осторожно спросил:
– Так ты видела?
Она поняла, что он спрашивает о серовато-синих татуировках на спине. Гун Цзыюй напрягся. Он вспомнил наставления старейшин и обязанности, возложенные на его плечи.
Однако Юнь Вэйшань соврала:
– Я видела только грудь. Вы же мужчина, к чему стыдиться? К тому же разве мы уже не женаты…
Гун Цзыюй почувствовал волну облегчения. Похоже, ткань была плотной, и она ничего не разглядела. Он закутался в халат и сменил тему:
– Так ведь еще нет…
Юнь Вэйшань поднялась, взяла со стола имбирный суп и поднесла Гун Цзыюю:
– Почему вы не спрашиваете, зачем я пришла к вам посреди ночи?
Он смутился и отвел взгляд:
– Откуда мне знать…
– О чем вы подумали?.. – Юнь Вэйшань тоже почувствовала неловкость, ее щеки заалели.
– Ты же сама сказала, что пришла ко мне посреди ночи…
Юнь Вэйшань мягко перебила его:
– Я придумала способ пройти первое испытание!
Глаза Гун Цзыюя загорелись.
– Правда?!
Они сели за стол, мерцающая свеча освещала лицо Юнь Вэйшань.
– В мире существуют сотни внутренних техник, но все они делятся на пять элементов: металл, дерево, вода, огонь и земля. – В ее сознании всплывали слова Ханья Сы. – Эти техники также можно разделить на иньские и янские. Металл и огонь – предельно янские, например, «Секретная техника раскола солнца» горы Куньлунь или «Золотая речь» школы Цаншань…
Гун Цзыюй внимательно слушал.
– Вода и дерево относятся к иньским техникам, например, «Сердечная сутра облачной парчи» секты Цинфэн или «Искусство избегания воды» школы Хэйшуй… Что касается «Канона изменения мышц», то эта практика относится к элементу земли, сочетая инь и ян. Если техника вашего рода относится к металлу или огню, то Ледяной лотосовый пруд можно запросто преодолеть! Это подтверждает слова Цзинь Фаня – первое испытание проверяет внутреннюю ци!
Гун Цзыюй быстро осознал проблему:
– Но… в нашем клане Гун не одна внутренняя техника… Их много…
Юнь Вэйшань удивленно вскинула бровь:
– Что?