Страница 76 из 110
Гун Цзышан равнодушно отмахнулась:
– Неважно, я буду усердно и тихо трудиться, пока не добьюсь результатов. И вот тогда наступит тот день, хе-хе…
Заметив, что Гун Цзышан сменила тему, Сяо Хэй подхватил:
– День, когда вас настигнет грандиозный успех?
– Не просто грандиозный – мой успех потрясет небеса! То, что мы делаем, вызовет «гром в небе и огонь на земле»! – Гун Цзышан уперла руки в бока, а потом снова принялась за работу.
* * *
Под медным светом фонарей, подвешенных под карнизами Гунмэнь, было тихо и безмятежно. Стояла глубокая ночь. Кто-то медленно шел в темноте.
С толстой связкой книг старейшина Юэ прошел по галерее. Страж на посту опустил голову в поклоне:
– Старейшина Юэ, уже так поздно, куда вы идете?
Тот передал книги в руки стража и отдал приказ:
– Я отправляюсь в зал собраний старейшин. Отнеси эти книги в павильон Юй. Цзыюй упоминал, что прочитал все медицинские трактаты, которые я давал ему ранее, и попросил новые. Как только закончит с испытаниями, сможет их прочитать.
Страж принял приказ и удалился.
Улыбка старейшины Юэ, освещенная мягким светом фонаря, казалась доброй и ласковой. Глядя в сторону гор, он тихо пробормотал:
– Цзыюй, надеюсь, у тебя все хорошо.
* * *
В павильоне Сюэ на заднем склоне горы завывал ледяной ветер, а в воздухе кружились хлопья снега. Обессиленная Юнь Вэйшань продолжала сражаться с Сюэ Чунцзы. Однако вскоре силы ее иссякли, палка сломалась, и Сюэ Чунцзы с усмешкой произнес:
– Ты используешь технику меча, а не кинжала. Ты не человек из Гунмэнь. – С этими словами он пнул ее ногой в грудь.
Юнь Вэйшань, которая и без того страдала от невыносимой боли, потеряла равновесие и упала на колени.
Сюэ Чунцзы поднял руку, и острая сосулька полетела к ее шее.
* * *
Зловещий звон колокола внезапно разорвал ночную тишину. Пронзительные крики ворон, эхом вторящие каждому удару, придавали звуку оттенок похоронного набата; он был жутким и давящим.
В пустом и холодном зале собраний высоко под потолком, отбрасывая на пол мрачную тень, висело тело. Под трупом уже собиралась большая лужа алой крови.
Это было тело старейшины Юэ.
На стене зала убийца оставил кровавое послание:
«Умер Владыка клинка,
Почил и старейшина.
Умершие больше не заговорят,
Убийца – безымянный.
У воды нет формы,
У лучшего клинка нет острия».