Страница 50 из 110
– Говорят, Гунмэнь снова послала людей в Лиси. – Он выпрямился, заметив Ханья Сы.
– Они ничего не найдут, – уверенно ответил тот.
Ханья Ци заинтересованно вскинул бровь, но Ханья Сы не стал ничего объяснять. Он прошел дальше по галерее и остановился в слабом свете, узкими полосами падающем на пол из резных окон.
Ханья Сы вспомнил поместье Юнь в Лиси: Юнь Вэйшань в свадебном наряде, с покрывалом на голове, благополучно покидала дом. Он наблюдал, как она уходит в снежную пелену, а затем подхватил настоящую невесту, остававшуюся без чувств, и покинул поместье.
В темной комнате поместья Уфэн он разблокировал ее акупунктурные точки. Девушка в нижних одеждах медленно очнулась и подняла голову – ее лицо было как две капли воды похоже на лицо Юнь Вэйшань. Она в ужасе посмотрела на Ханья Сы…
* * *
В приемном зале Владыки клинка Гун Шанцзюэ сложил руки за спиной.
– Личности обеих барышень подтверждены. На этом вопрос с невестами закрыт. – Его лицо снова стало бесстрастным.
– У них проблем нет, а вот у тебя могут быть, – многозначительно хмыкнул Гун Цзыюй, почувствовав новый прилив ярости, и повернулся к Цзинь Фаню: – Приведи управляющего Цзя.
Вскоре управляющий аптекой опустился на колени в центре зала.
Гун Юаньчжи побледнел, а Гун Шанцзюэ, заметив лицо брата, нахмурился.
Не отрывая взгляда от Гун Юаньчжи, Гун Цзыюй обратился к управляющему:
– Управляющий Цзя, повтори всем то, что сказал мне.
Управляющий поднял голову, встретился с полным убийственной ярости взглядом с Гун Юаньчжи и, не выдержав, опустил глаза.
– Это… господин Гун Юаньчжи… приказал мне заменить цветок «Божественное перо» на траву «Аромат души» при приготовлении пилюли «Сотня трав»… – виновато пробормотал он.
Заявление управляющего было равносильно обвинению павильона Чжи в подмене ингредиентов с целью убийства предыдущего Владыки клинка.
– Бесполезный сукин сын! – воскликнул Гун Юаньчжи. – Как ты смеешь нести такой вздор!
Он бросился к управляющему, в руке блеснуло лезвие короткого кинжала. Но Гун Цзыюй, готовый к такому раскладу, мгновенно обнажил меч и блокировал атаку Гун Юаньчжи.
В бой внезапно вмешался Гун Шанцзюэ, неизвестно когда надевший тончайшие перчатки из металлических нитей. Он голыми руками схватил клинок Гун Цзыюя, провернул запястьем – и меч разлетелся на куски, осколки со звоном упали на пол. Гун Цзыюя отбросило мощной внутренней ци, и он почти повалился на подбежавшего Цзинь Фаня. Он был готов броситься в бой снова, и Гун Шанцзюэ опустил руку, прикрывая собой Гун Юаньчжи.
– Остановитесь! – гневно вмешался старейшина Юэ.
В зале воцарилась гробовая тишина.
Юнь Вэйшань и Шангуань Цянь обменялись испуганными взглядами.
Гун Юаньчжи, задыхаясь от ярости, указал на управляющего Цзя:
– Кто приказал тебе оклеветать меня?!
Старейшина Хуа поднялся:
– Управляющий Цзя, объясни все ясно.
Тот, словно под давлением, снова забормотал:
– Когда молодой господин отдавал приказ, я решил, что молодой господин Чжи усовершенствовал рецепт, сделал его более эффективным… Я и подумать не мог, что это приведет к смерти прежнего Владыки клинка и наследника! Иначе мне бы никогда на это не хватило смелости!
Гун Шанцзюэ изучающим взглядом посмотрел на Гун Юаньчжи.
– Брат, я этого не делал! – поспешил оправдаться Гун Юаньчжи, видя недоверие в его глазах. – Гун Цзыюй подкупил этого пса, чтобы оклеветать меня!
Трое старейшин переглянулись, не зная, как поступить. Гун Шанцзюэ обратился к ним:
– Младший брат Юаньчжи и управляющий Цзя утверждают противоположное. В таком важном деле нельзя принимать чью-то сторону. Предлагаю заключить управляющего Цзя в подземную темницу для допроса, чтобы пытками выяснить возможную подставу, – бросил он взгляд на Гун Цзыюя.
– У нас есть и свидетель, и вещественное доказательство, – прервал его Гун Цзыюй. – Какой еще допрос нужен? К тому же ты сам сказал – нельзя принимать одну сторону. Значит, допрашивать надо обоих.
– Хорошо, – согласился Гун Шанцзюэ, выталкивая Гун Юаньчжи вперед. – Забирай Юаньчжи, допрашивай сколько влезет.
Старейшины выглядели озадаченными. Гун Цзыюй явно не ожидал, что брат так быстро согласится.
Гун Юаньчжи поднял покрасневшие глаза на старшего брата. Если тот без тени сомнения отдал его, значит, Гун Юаньчжи не отступит. Побледневший юноша стиснул зубы и не проронил ни слова.
Наконец Гун Цзыюй сказал:
– В павильоне Чжи полно ядов, способных заставить человека признаться в чем угодно. Под пытками можно выбить любые показания.
Гун Шанцзюэ равнодушно парировал:
– Используй те же пытки и яды, что используем и мы. Если чего-то не хватает – я прикажу прислать из павильона Чжи.
Он вскинул подбородок, с вызовом глядя на младшего брата, которого поставил в тупик.
В этот момент стоящий на коленях управляющий Цзя внезапно пошевелился. Взмах рукава – и два скрытых клинка полетели прямо в старейшин.
Прежде чем кто-то другой успел среагировать, Гун Шанцзюэ молниеносно выхватил меч и отразил их. Густой едкий дым заполнил зал.
Цзинь Фань схватил Гун Цзыюя и одним прыжком взмыл к балкам под потолком. Напротив них приземлился Гун Юаньчжи.
Внизу воцарилась неразбериха.
Шангуань Цянь инстинктивно встала спиной к Юнь Вэйшань, прикрыв рот и нос рукавом.
– Дым ядовит, – осознала она и посмотрела на незадымленную верхнюю часть зала. – Наверх!
Девушка уже собиралась подпрыгнуть, но Юнь Вэйшань схватила ее за руку и покачала головой. Обе опустили рукава, сделали несколько вдохов и начали кашлять. Вдохнув ядовитый дым, Юнь Вэйшань начала задыхаться, голова закружилась, и она упала без чувств, скрываемая белым облаком.
На балке Гун Цзыюй вдруг осознал, что внизу остались люди.
– Черт! – Не раздумывая, он прыгнул в дым.
Цзинь Фань даже не успел остановить его:
– Владыка клинка!
А Гун Юаньчжи на противоположной балке усмехнулся:
– Идиот.
В дыму Гун Цзыюй на ощупь нашел потерявшую сознание Юнь Вэйшань. Он приподнял ее голову, вложил в рот пилюлю и подложил под щеку лисий хвост со своего пояса.
Тем временем Цзинь Фань тоже спустился вниз. Гун Цзыюй, взглянув на него, подскочил в поиске старейшин.
Гун Шанцзюэ взмахнул рукой. Мощный поток внутренней ци заставил дым вылететь через двери. Старейшины за его спиной были целы и невредимы.