Страница 45 из 110
Осанка Гун Шанцзюэ излучала высокомерие, а мрачный взгляд заставлял окружающих отступать. Но на этот раз Гун Цзыюй не отступил ни на шаг.
– Я докажу, что достоин носить этот титул! – бросил он через плечо, решительно разворачиваясь.
Гун Шанцзюэ оставался невозмутимым. Он смотрел вслед этому, казалось бы, никчемному человеку, в котором внезапно проступили незнакомые прежде твердость и сила духа.
* * *
Во внутреннем гостевом дворе постепенно померк свет, и служанки зажгли в комнате два фонаря.
Художники уже почти закончили портреты: девушки на них выглядели невероятно реалистично, как будто готовые сойти с бумаги.
Все устали.
Художники наконец отложили кисти:
– Благодарим вас, барышни, портреты готовы.
Юнь Вэйшань с трудом поднялась на онемевших ногах, но, сохраняя достоинство, слегка поклонилась:
– Благодарю вас.
Шангуань Цянь, глядя на развернутый перед ней портрет, улыбнулась:
– Благодарю вас за то, что изобразили меня такой красивой.
Портреты тотчас отправили в родные города девушек.
Юнь Вэйшань и Шангуань Цянь шли бок о бок по заднему дворику. Выбор невесты был сделан, и остальных девушек отправили восвояси. Теперь гостевой двор казался особенно безлюдным.
Шангуань Цянь вздохнула:
– Еще несколько шичэней назад здесь было шумно, а теперь остались только мы двое. Кстати, барышня Цзян уже выздоровела и тоже покинула Гунмэнь.
Она услышала об этом от слуг и подумала, что мягкосердечной Юнь Вэйшань это будет важно, но та промолчала, будто ее это не касалось. Осматривая округу, она огляделась и заметила, что вокруг деревьев и крыш добавилось скрытых часовых. Гун Шанцзюэ действительно продумал все до мелочей. Юнь Вэйшань бросила девушке рядом взгляд, и та, подняв голову, увидела человека, скрывающегося в тени на крыше.
Шангуань Цянь тут же нарочно сказала:
– Мы просидели так долго, что теперь спина болит. Я пойду спать, сестрица, и тебе тоже стоит отдохнуть.
Она говорила достаточно громко, чтобы ее слова услышали скрытые со всех сторон наблюдатели.
Но Юнь Вэйшань не поддержала ее, вдруг повысив голос:
– Но я хочу еще немного поболтать с сестрицей. В таком большом дворе без собеседницы страшновато.
Шангуань Цянь напряглась, но, сделав беззаботное лицо, взяла ее за руку:
– Хорошо, сестрица.
Они вместе вошли в комнату, и, как только Шангуань Цянь закрыла дверь, ее лицо из улыбающегося стало ледяным.
– Что ты задумала? – прошипела она.
– Почему ты так напряглась?
– Мы теперь как вода и огонь. Ты принадлежишь Гун Цзыюю, я – Гун Шанцзюэ. О чем мы можем говорить при стольких свидетелях?
– Я хочу узнать, что ты собираешься делать? – задала встречный вопрос Юнь Вэйшань.
Шангуань Цянь не поняла ее:
– О чем ты?
– Через три дня. Что мы будем делать?
Юнь Вэйшань вспомнила взгляд Гун Шанцзюэ. С его характером он точно не оставит им и шанса.
К ее удивлению, Шангуань Цянь лишь беззаботно улыбнулась:
– Просто подождем, пока гонцы вернутся ни с чем. Чего бояться? Разве ты не Юнь Вэйшань?
– Конечно, я не Юнь Вэйшань, – выпалила девушка, но тут же пожалела об этом, увидев улыбку Шангуань Цянь.
Ханья Сы предупреждал ее: что бы ни случилось, она перед всеми должна придерживаться своей личности – она и есть Юнь Вэйшань. Но слова уже были сказаны, и Юнь Вэйшань продолжила:
– Мы с Ханья Сы напали на барышню Юнь в Лиси и подменили ее.
Шангуань Цянь, казалось, не придала значения ее признанию, лишь с легкой неловкостью ответила:
– Тогда ты в беде.
Юнь Вэйшань не понимала:
– А ты? Разве ты действительно Шангуань Цянь из Дафу?
Шангуань Цянь кивнула:
– Конечно, я и есть Шангуань Цянь.
Ни тени притворства или обмана. По-видимому, это действительно была ее настоящая личность.
Юнь Вэйшань глубоко вздохнула:
– Тогда как ты стала оборотнем из Уфэн?
Шангуань Цянь расслабилась, в ее глазах мелькнуло сочувствие:
– Для члена Уфэн ты удивительно доверчива к незнакомцам…
Юнь Вэйшань изменилась в лице и отпрянула.
Шангуань Цянь не стала насмехаться и объяснила:
– Меня отправили на обучение в Уфэн еще в детстве, но на праздники я возвращалась домой, появлялась на людях и даже встречалась с членами других богатых семей. Во время отсутствия мою роль играла слабая здоровьем служанка, принимавшая разных врачей за занавеской. В наш дом непрерывным потоком приходили рецепты, а выносили мешки с остатками трав… – Она поправила волосы и улыбнулась: – Даже если Гун Шанцзюэ будет опрашивать весь город с моим портретом, результат будет один: я – Шангуань Цянь, болезненная девушка, редко выходившая из дома.
Неудивительно, что Шангуань Цянь была так спокойна.
– Тогда оставайся, а я должна уйти, – решила Юнь Вэйшань. – Я не могу рисковать.
Шангуань Цянь удивилась:
– Хочешь в одностороннем порядке прекратить миссию? Ты в своем уме?
Лицо Юнь Вэйшань побледнело. Она не успела тщательно обдумать, что значит бросить задание, как Шангуань Цянь предложила:
– На твоем месте я бы рискнула.
– Рискнула чем?
Шангуань Цянь наклонилась и прошептала:
– Рискнула бы, что Уфэн сделает ставку на тебя или на уже раскрытую барышню Чжэн.
Юнь Вэйшань, кажется, поняла и пристально смотрела на нее, ожидая продолжения.
– Судя по навыкам и глупости второй барышни Чжэн, – продолжила Шангуань Цянь, – она, как и ты, была всего лишь духом…
Юнь Вэйшань уловила насмешку:
– …а ты мастерски одним словом оскорбила двоих.
Шангуань Цянь это проигнорировала:
– Моя задача – сблизиться с Гун Шанцзюэ, а ее, вероятно, была такая же, как у тебя… Теперь она мертва, и только ты можешь завершить миссию по сближению с Владыкой клинка. Если Уфэн не хочет терять эту нить, они сделают все, чтобы подтвердить твою личность в Лиси… Для Уфэн нет ничего невозможного.
Юнь Вэйшань наконец поняла слова Ханья Сы: «Что бы ни случилось, придерживайся своей легенды».
Голос Шангуань Цянь вывел ее из раздумий:
– Рискнешь?
Юнь Вэйшань твердо кивнула:
– Рискну.
– На твоем месте я бы тоже рискнула, – улыбнулась Шангуань Цянь. – Все равно: остаться – смерть, сбежать – тоже смерть.
– Не все равно. – В глазах Юнь Вэйшань мелькнула грусть. – Смерть от руки семьи Гун будет менее мучительной.
Шангуань Цянь слегка вздрогнула от серьезного тона Юнь Вэйшань.