Страница 32 из 110
– С момента создания этого яда почти не было случаев успешного спасения, – объяснил Гун Юаньчжи. – «Прах бессмертного» – это быстродействующий токсин, который с кровью мгновенно распространяется по телу. На противоядие остается ничтожно мало времени.
– Насколько мало?
Гун Юаньчжи поднял палец, прикидывая:
– Двести ударов сердца.
– Насколько сложно создать такой сильный яд? – снова спросил Гун Цзыюй.
– Кажется, Владыка клинка плохо знаком с делами секты… – Гун Юаньчжи бросил на него презрительный взгляд. – «Прах бессмертного» продается во всех опорных пунктах Гунмэнь, внутри и за пределами долины. Его легко достать любому, у кого есть деньги.
– Значит, «Прах бессмертного» легко получить, но от него тяжело спастись… – Гун Цзыюй хорошенько все обдумал и задал еще один вопрос: – А насколько тяжело от него защититься?
– Я не понимаю, к чему ты клонишь.
– Скажите, молодой господин Чжи, может ли человек, ежедневно принимающий пилюлю «Сотня трав», отравиться «Прахом бессмертного»?
Гун Юаньчжи долго молчал, украдкой взглянул на управляющего аптекой, затем, скрипя зубами, признал:
– Не может.
Гун Цзыюй усмехнулся:
– Тогда, если Владыка клинка и старший молодой господин, регулярно принимавшие пилюлю «Сотня трав», умерли от «Праха бессмертного», не должен ли я спросить с того, кто изготовил эти пилюли?
Несмотря на давление, Гун Юаньчжи, не по годам хладнокровный, сохранял спокойствие:
– Все в Гунмэнь, от старейшин до жен, годами принимали пилюли «Сотня трав» и другие снадобья из павильона Чжи без единого происшествия. Только что ты спросил, зачем я пришел в лечебницу – как раз затем, чтобы проверить, нет ли каких-то проблем с пилюлями «Сотня трав».
– И что же ты выяснил?
– С ними все в порядке.
Гун Цзыюй прищурился:
– Тогда вопрос остается: как могли отравиться мои отец и старший брат?
– Хотя я отвечаю за приготовление пилюль, по павильонам и дворам их разносят слуги. Почему бы Владыке клинка не проверить всех слуг в павильоне Юй? – умело перекинул на него ответственность Гун Юаньчжи.
Гун Цзыюй почувствовал закипающий гнев, но сдержался:
– Слуг павильона Юй я проверю лично.
– Тебе действительно стоит заняться этим лично. Владыка клинка, ты еще даже не укрепился на этом месте, а уже без доказательств обвиняешь павильон Чжи. Впечатляет, – ядовито добавил Гун Юаньчжи.
– Доказательства найдутся… – Гун Цзыюй пристально посмотрел на него, – …не беспокойся.
Когда Гун Цзыюй и Цзинь Фань скрылись из виду, Гун Юаньчжи резко изменился в лице. Его взгляд помрачнел, он приказал управляющему:
– Уничтожь все запасы пилюль «Сотня трав». Отныне все в Гунмэнь будут принимать свежеприготовленное снадобье.
Управляющий Цзя опешил:
– Но, молодой господин Чжи…
Юноша резко повернул голову, его острый подбородок напрягся, а в глазах читалось нетерпение.
Управляющий поежился и покорно согласился.
* * *
В комнате воцарилась тишина.
Заметив, что Шангуань Цянь больше не собирается ничего говорить, Юнь Вэйшань продолжила:
– Какой бы ни была твоя миссия, если ты захочешь покинуть эти покои, будь осторожна с маршрутами патрулей. Я могу нарисовать схему, но сожги ее после того, как запомнишь наизусть.
Маршруты патрулей? Шангуань Цянь задумалась и быстро поняла:
– Вот почему ты выходила ночью! Твоя миссия – изучить охрану Гунмэнь.
– Ты такая проницательная.
– Спасибо, старшая сестрица. Все-таки я оборотень. Но и ты мастер своего дела.
– Да?
– Конечно. Я думала, ты решила грубо и неосторожно разведать все в первую же ночь в Гунмэнь. Но теперь я поняла. Когда Гун Цзыюй выводил нас из темницы, ты сразу запомнила маршруты патрулей. В ночь перед свадьбой все невесты рано ложатся спать, и никто не тревожит женские покои – идеальное время для разведки. Если бы не убийство Владыки клинка, твой выход остался бы незамеченным.
Когда Юнь Вэйшань собралась ответить, Шангуань Цянь вдруг сообразила и воскликнула:
– А! Тогда ты намеренно сбежала из толпы невест, чтобы привлечь внимание Гун Цзыюя! Когда он впервые пришел в темницу, его интересовала только я… – Она одобрительно цокнула языком: – Ты притворилась, что хочешь сбежать, заставила его преследовать тебя, затем украла его маску, чтобы он снова пришел к тебе. А старшая сестрица неплоха.
Шангуань Цянь подперла щеку рукой и внимательно оглядела Юнь Вэйшань с ног до головы. Трудно было поверить, что перед ней всего лишь дух. В конце концов, она так много всего просчитала сразу после того, как прибыла в секту. Шангуань Цянь явно ее недооценила.
Юнь Вэйшань отвела глаза, не признавая и не отрицая догадок:
– Я не так умна и расчетлива, как ты думаешь. Барышне Шангуань не стоит меня переоценивать. Я просто не хочу прийти к Ханье с пустыми руками через полмесяца.
– Никто не хочет.
– Никто не смеет не хотеть, – поправила Юнь Вэйшань.
Обе знали, что это значит.
В сознании Юнь Вэйшань всплыли мучительные воспоминания.
* * *
В тренировочном зале Уфэн Ханья Сы подал ей чашу с густым черным отваром. Один лишь запах вызывал отвращение. «Выпей это – и станешь духом», – сказал он.
Без лишних вопросов Юнь Вэйшань взяла чашу и сделала глоток. Но сразу остановилась, и ее лицо смертельно побледнело. Во рту было что-то странное.
«Не жуй… Просто проглоти», – потребовал Ханья Сы.
«Что в этом… отваре?» – спросила она, чувствуя странную текстуру.
«Яйца насекомых», – ответил Ханья Сы.
Волна тошноты накатила на Юнь Вэйшань, но она стиснула зубы и не выплюнула отвар.
Позже Ханья Сы объяснил: это были яйца Костяной мухи, также известной как Полумесячная.
«Это специальный отвар для духов, оборотней, демонов и монстров. Выпив его, ты поклялась верой и правдой служить Уфэн. После попадания в организм Полумесячные мухи начинают паразитировать внутри. Обычно они никак не проявляются, но каждые пятнадцать дней необходимо противоядие. До истечения этого срока ты обязана добыть ценную информацию».
* * *
Шангуань Цянь тоже погрузилась в свои мысли. Будучи оборотнем, она, естественно, тоже находилась под контролем Полумесячной мухи.
Прежде чем отправиться в Гунмэнь, она спросила Ханья Ци: «Пребывание в секте может затянуться, можешь ли ты дать мне еще противоядия?»