Страница 31 из 110
– Новый Владыка клинка – младший брат Гун Хуаньюя, Гун Цзыюй.
Улыбка Шангуань Цянь исчезла.
* * *
Юнь Вэйшань знала не так много о семье Гун.
В тот день в тренировочном зале Уфэн Ханья Сы вручил ей тонкий лист бумаги с несколькими строчками. «Это вся информация, которую мы собрали о Гун Хуаньюе», – сказал он.
Юнь Вэйшань пробежалась глазами по листу: «И это все?»
«Все, что удалось добыть».
Информация была скудной, но даже ее было очень нелегко достать.
Юнь Вэйшань добросовестно изучила записи, запоминая каждую деталь.
Ханья Сы задумался и вдруг добавил: «Есть еще кое-что незначительное, что не включили сюда. Например, что у Гун Хуаньюя есть младший брат – Гун Цзыюй».
Тогда она впервые услышала это имя.
«Есть информация о Гун Цзыюе? Какой он человек?» – не удержалась она от вопроса.
Ханья Сы равнодушно махнул рукой: «Он неважен. Сосредоточься на Гун Хуаньюе. Именно он наследник Гунмэнь, будущий Владыка клинка. У него есть то, что тебе нужно».
Это была вся информация, которую Юнь Вэйшань получила о Гун Цзыюе.
* * *
Юнь Вэйшань вынырнула из воспоминаний и сказала Шангуань Цянь:
– Гун Шанцзюэ прошлой ночью покинул долину и не был в секте. Поэтому по правилам наследования место занял Гун Цзыюй.
– Ах, вот оно что… И правда строго следуют этому правилу «в отсутствие наследника»… Какие же они все в клане Гун упрямые и старомодные, – наконец поняла Шангуань Цянь и язвительно усмехнулась. – Тогда, раз уж Гун Цзыюй стал Владыкой клинка, ему придется заново выбирать невесту. Похоже, он твоя следующая цель. Потеряв Гун Хуаньюя, ты не можешь упустить и Гун Цзыюя. – Ее первоначальное удивление уже рассеялось, и Шангуань Цянь вновь стала нежной и дружелюбной: – Желаю тебе удачи, старшая сестрица.
Юнь Вэйшань не смогла скрыть изумления:
– А тебе разве не нужна удача? Барышня Цзян не скоро поправится. Разве ты не хочешь сама побороться за золотой жетон?
Шангуань Цянь подняла взгляд и равнодушно ответила:
– Зачем он мне?
– С золотым жетоном, выберет он тебя или меня, разве нам не будет легче выполнить свои миссии?
Шангуань Цянь отмахнулась:
– Мне не нужно, чтобы Гун Цзыюй выбирал меня… – Она медленно подошла к Юнь Вэйшань: – Или ты думаешь, у меня нет золотого жетона, потому что я не смогла его получить?
В следующее мгновение ее лицо озарилось обворожительной улыбкой.
Оказывается, это было частью плана.
* * *
Накануне смотрин старшая служанка зачитала правила: все девушки должны встать пораньше, омыться чистой водой, не использовать косметику или благовония, сохранять тело в чистоте и терпеливо ждать, когда их позовут.
Однако на следующее утро, когда служанки вели девушек во двор, Шангуань Цянь тайком сорвала лист с куста, растерла его в пальцах и нанесла на запястья и за уши.
Когда лекарь проверял ее пульс, он уловил легкий аромат и с сожалением записал в отчет:
«Запах пряный, конституция холодная, застой сырости».
Шангуань Цянь невинно смотрела на врача, но, когда он отвернулся, чтобы поставить не самую высшую оценку, на ее губах появилась улыбка.
Когда служанки проверяли осанку, все невесты стояли прямо, кроме Шангуань Цянь – та ссутулилась, опустила голову и выглядела вялой и уставшей.
Старшая служанка покачала головой, записав ее плохую осанку. Но как только та прошла мимо, Шангуань Цянь сразу выпрямилась, вновь став грациозной и изящной.
* * *
– Так значит… – Юнь Вэйшань начала понимать и осторожно спросила: – Ты намеренно отказалась от золотого жетона?
Шангуань Цянь лукаво улыбнулась:
– А как иначе?
– Твоя цель – не Владыка клинка?
Шангуань Цянь загадочно прищурилась, наблюдая за падающими листьями гинкго за окном.
* * *
Выйдя из лечебницы, Гун Цзыюй и Цзинь Фань направились в гостевой двор.
Цзинь Фань вздохнул:
– Раз яд, которым отравили барышню Цзян, не имеет отношения к смерти Владыки клинка и наследника, тогда стоит ли нам идти в женские покои? Теперь вы Владыка клинка и еще не выбирали невесту. Не слишком ли это будет неловко?
– Прямое тело не боится кривой тени
[41]
[Обр. «порядочный человек не боится клеветы».]
. А у меня даже тени прямые, так чего ты беспокоишься? – уверенно заявил Гун Цзыюй.
Проходя мимо аптеки, он краем глаза с удивлением заметил Гун Юаньчжи, который о чем-то тихо беседовал с управляющим. В его руках была бутылочка с лекарством, и выглядел он крайне взволнованно.
– Он тоже здесь? По какому поводу? – насторожился Гун Цзыюй и подошел ближе.
Управляющий аптекой по фамилии Цзя увидел приближающихся людей и почтительно поклонился:
– Владыка клинка.
Гун Юаньчжи лишь дернул бровью и молча поставил бутылочку на полку.
Цзинь Фань не выдержал:
– Молодой господин Чжи, по правилам вы должны поприветствовать Владыку клинка.
Гун Юаньчжи бросил на него ледяной взгляд:
– Ты кто такой? Как смеешь со мной разговаривать?
Гун Цзыюй вздернул подбородок:
– Цзинь Фань, если молодой господин Чжи не желает приветствовать меня, у него на это, должно быть, есть свои причины. Я их не принимаю, но и не могу его принудить. Пусть старейшины рассудят.
Гун Юаньчжи сжал тонкие пальцы – то ли от отвращения, то ли от сдержанной ярости. Этот человек осмелился угрожать ему советом старейшин! После паузы он все же вынужденно склонил голову и, словно змея, выплюнувшая яд, бросил:
– Приветствую Владыку клинка.
Гун Цзыюй ответил с напускной серьезностью:
– Оставьте церемонии, молодой господин Чжи.
Гун Юаньчжи до боли стиснул зубы. На его юношеском лице читались упрямство и ярость.
Игнорируя его гнев, Гун Цзыюй подошел к полке и взял бутылочку с пилюлями, которую тот только что поставил. На ней была приклеена надпись: «Сотня трав».
Вспомнив, что отец и брат были отравлены, несмотря на регулярный прием этого снадобья, находившегося под контролем Гун Юаньчжи, Гун Цзыюй с сомнением спросил:
– Молодой господин Чжи, вы специализируетесь на ядах и противоядиях. Вы исследовали тела моего отца и брата. Каковы результаты?
Гун Юаньчжи заранее подготовил ответ:
– Они были отравлены ядом секты Гунмэнь «Прах бессмертного». Он действует мгновенно. Без противоядия смерть неизбежна.
– Значит, противоядие все же существует?
– Да, но его трудно достать.
– О?