Страница 19 из 110
Гун Юаньчжи подошел к Чжэн Наньи и принялся медленно расстегивать пуговицы на ее воротнике. Глаза Чжэн Наньи наполнились слезами, она зажмурилась, стиснув зубы.
Темница и без того была мрачной, а теперь перед ее глазами осталась лишь тьма. Эта тьма была ей хорошо знакома – она жила в ней с детства. Ей вспомнился день, когда она вошла в тренировочный зал Уфэн в одежде ранга духа, и внутри ее ждал Ханья Ци.
Чжэн Наньи улыбнулась, позволив ему обнять себя, после чего он теплым голосом произнес самые холодные слова: «Я хочу, чтобы ты для меня кое-что сделала». Чжэн Наньи, утопая в мимолетной ласке объятий, ответила: «Я готова на все ради тебя».
«Я хочу, чтобы ты защитила одного человека». Чжэн Наньи отстранилась и с недоумением посмотрела на него. Ханья Ци улыбнулся с наполненными нежностью глазами.
Чжэн Наньи помнила, как вышла из тренировочного зала и призрачный свет снаружи рассыпался на лучи – возможно, из-за слез в ее глазах. Затем она увидела вдали убийцу Уфэн в одежде ранга оборотня, идущую навстречу. Они прошли мимо друг друга, и Чжэн Наньи обернулась. Та, словно почувствовав ее взгляд, обернулась следом. Незнакомка улыбнулась ей – лицо прекрасное, улыбка одновременно невинная и соблазнительная…
Теперь у этого оборотня было новое имя – Шангуань Цянь.
Чжэн Наньи открыла глаза, лицо Гун Юаньчжи было совсем близко.
– Эту отравленную чашу не нужно пить – яд может проникнуть и так.
Его голос словно тоже был пропитан ядом. Он оттянул воротник Чжэн Наньи и вылил вино ей за пазуху. С улыбкой вернувшись к столику, он налил новую порцию яда. Его ухмылка на фоне душераздирающих криков Чжэн Наньи выглядела безумной.
* * *
Неизвестно, что потревожило птиц на деревьях. Скрытое облаками солнце клонилось к горизонту.
Гун Цзыюй шел к воротам Гунмэнь, держа в руке кувшин вина и без конца прихлебывая из него. Его лицо было мрачным.
– Открывай, – приказал он стражу у ворот.
Тот напрягся, но не двинулся с места.
Гун Цзыюй повысил голос:
– Открывай ворота, я хочу выйти.
Страж замялся:
– Господин Юй… Сегодня свадьба старшего молодого господина, все посты и ворота усиленно охраняются… Это приказ Владыки клинка: можно только входить, выходить запрещено…
Внезапно за воротами раздался громкий голос:
– Прибыл господин Цзюэ!
Затем голос прозвучал уже внутри:
– Прибыл господин Цзюэ!
И эхо понеслось по секте:
– Прибыл господин Цзюэ!
Два стража немедленно распахнули ворота, и внутрь гордо вступил лоснящийся вороной конь.
Всадник был облачен в черный плащ и длинное одеяние, ворот был украшен драгоценными камнями, а подол оторочен черным лисьим мехом. Его длинные черные волосы ниспадали на спину, осанка была величественной, профиль – прекрасным, а во взгляде читалось превосходство и величественная красота.
Это был Гун Шанцзюэ – самый прославленный в цзянху из нынешнего поколения семьи Гун. За ним следовали десятки охранников, несущие сундуки и ящики с драгоценностями и товарами – бесконечная и грандиозная процессия вступала в ворота Гунмэнь.
По обеим сторонам каменной лестницы выстроились стражи, отдавая честь Гун Шанцзюэ. Тот продолжил путь по ступеням верхом, даже не удостоив стражников взглядом.
Гун Цзыюй насмешливо фыркнул. Если с Гун Юаньчжи они худо-бедно сосуществовали, то с Гун Шанцзюэ совершенно не ладили. Гун Цзыюй сделал глоток вина и уселся прямо на ступени, с противоречивыми чувствами наблюдая за приближающимся всадником. Взгляд Гун Шанцзюэ лишь на мгновение скользнул вниз, бесстрастно окинув сидящего.
* * *
В зале Владыки клинка выстроились невесты, прошедшие отбор.
Юнь Вэйшань и Цзян Лили, получившие золотые жетоны, были одеты роскошнее других – красные одежды, золотые украшения – и стояли в первом ряду. Девушки с нефритовыми жетонами заняли места позади них, а обладательницы деревянных, почти без макияжа, стояли позади. Они выстроились клином, ожидая окончательного выбора Гун Хуаньюя.
Когда Юнь Вэйшань услышала за спиной медленные, но твердые шаги, то поняла, что это старший молодой господин.
Благоприятный час настал. Гун Хуаньюй прошел от последнего ряда к первому, внимательно разглядывая каждую девушку. Невесты стояли с опущенными головами, внешне спокойные, в глазах смешались надежда и напряжение.
Наконец Гун Хуаньюй остановился у первого ряда – перед Юнь Вэйшань. Он словно что-то почувствовал, наклонился и слегка приблизился к ней. Та пленительной улыбкой выразила радость знакомства.
Гун Хуаньюй выпрямился, его глаза блеснули.
Лицо Юнь Вэйшань слегка порозовело. Она опустила глаза. Ее красота обычно была едва уловима, подобно дымке из туши, но сейчас тщательный макияж придавал ее лицу особое очарование.
– Выберу ее, – с едва уловимой дрожью в голосе сказал Гун Хуаньюй.
Сердце Юнь Вэйшань забилось чаще. Услышав его бархатистый голос, она застенчиво подняла взгляд.
Однако Гун Хуаньюй перед ней с нежностью смотрел на другую. Он бережно взял за руку Цзян Лили.
Улыбка Юнь Вэйшань застыла, взгляд задрожал, дыхание сбилось. Шангуань Цянь позади тоже изменилась в лице.
Юнь Вэйшань не выбрали.