Страница 103 из 110
Глава 12
Молодой господин Сюэ и Сюэ Чунцзы стояли друг напротив друга на ровной снежной поверхности в павильоне Сюэ. Оба подняли мечи и тут же схлестнулись в бою. Это была новая техника меча «Три формы снежного лезвия».
– Ци движется с телом, первый снег открывает бой. Плавно опускается, сначала легкий, затем плотный. Первая форма – «Первый снег». Быстрое движение, неожиданная атака, захват инициативы, – комментировал Сюэ Чунцзы.
Этот прием был изящным, словно цветы зимней сливы, покрытые изморозью: нежные, но стойкие, не ломающиеся под толщей снега.
Вслед за первым он показал второй прием «Мороз»:
– Сила ветра устрашает, холод сковывает все живое, и от мороза даже дерево обретает хрупкость, покрывается инеем и ломается. Вторая форма – «Мороз». Сбор внутренней силы, чтобы сдержать противника, замедлить его движения суровым холодом и ограничить действия.
С каждым взмахом меча листья и трава вокруг Сюэ Чунцзы покрывались инеем.
Последней была форма «Великая стужа».
Заговорил молодой господин Сюэ:
– Последняя форма – «Великая стужа». Холод сковывает небо и землю, скрывает мир в белизне. Лезвие подобно ледяному ветру – непобедимое и не знающее преград, разрезающее пустоту.
Взмах клинка заставил сосны и кипарисы стряхнуть снег, обнажив вечнозеленые листья.
Ошеломленный Гун Цзыюй смотрел во все глаза на технику клана Сюэ «Три формы снежного лезвия».
Молодой господин Сюэ и Сюэ Чунцзы отошли друг от друга и повернулись к нему. Гун Цзыюй тут же попытался повторить движения, но юноши только покачали головами и рассмеялись.
Гун Цзыюй стал отрабатывать технику снова и снова: второй раз, третий… пока по вискам не покатился пот. Обернувшись, он увидел, как веселье в их лицах сменилось серьезностью.
Много времени прошло, прежде чем Гун Цзыюй, выучив «Три формы снежного лезвия», вернулся в пещеру с ледяным прудом. Сюэ Чунцзы и молодой господин Сюэ стояли на берегу и наблюдали, как он, поморщившись, вытащил из воды кусочек тысячелетнего льда.
– Ты ведь собирался уходить, чего вернулся? Зачем он тебе? – с любопытством спросил молодой господин Сюэ.
Гун Цзыюй аккуратно положил лед в заранее приготовленную деревянную шкатулку, устланную толстой золотистой парчой. На его лице отразилось счастье и гордость:
– Это на память.
У ворот двора молодой господин Сюэ передал Гун Цзыюю короб, с которым тот пришел. Сюэ Чунцзы стоял рядом. Они провожали Гун Цзыюя взглядом.
Тот оглянулся:
– Молодой господин Сюэ, сладости я оставил в комнате, это для тебя.
Молодой господин Сюэ улыбнулся:
– Сюэ Чунцзы, я сдержу свое обещание. Просто подожди, хорошо?
Тот фыркнул, но в глазах мелькнула тоска. Он вынул из-за пазухи книжицу и внутренней силой перебросил ее руки Гун Цзыюю. Внутри оказались нарисованные схемы боевых приемов.
– Услуга за услугу. Ты подарил нам сладости, я дарю тебе эту книгу. В ней мои заметки об изъянах и способах усиления, которые я делал во время создания «Трех форм снежного лезвия» на основе техники меча клана Сюэ. Это единственный экземпляр в мире. Прошу, Владыка клинка, храни ее бережно и цени как следует.
– Эти сладости вообще-то для меня одного предназначались… – тихо пробормотал молодой господин Сюэ.
Наконец Гун Цзыюй отвернулся и пошел прочь. Молодой господин Сюэ и Сюэ Чунцзы стояли у ворот.
Снежная дорога казалась бесконечной, на ней осталась только одна цепочка следов уходящего вдаль человека.
Гун Цзыюй вспомнил, как в тот год, когда он случайно забрел в павильон Сюэ, по дороге домой он все время оборачивался, чтобы поговорить с двумя юношами.
Он пообещал: «Когда я вырасту, я отвезу вас смотреть на море, на фонарики, на пустыню…» Молодой господин Сюэ и Сюэ Чунцзы тогда лишь обменялись улыбками.
Фигура Гун Цзыюя постепенно становилась все меньше, когда он, не оборачиваясь, поднял руку и потряс книжицей, а затем прокричал:
– Я вас не подведу! До встречи!
Молодой господин Сюэ, глядя на его удаляющийся силуэт, прошептал:
– Чем дольше копишь силы, тем выше взлетаешь! Надеюсь, он не посрамит титул Владыки клинка.
– Он такой упрямый, точно добьется своего, – хмыкнул Сюэ Чунцзы.
В павильоне Сюэ снова остались только двое.
– Надеюсь, когда мы встретимся снова, он уже освоит технику «Снежного лезвия», – глядя вдаль, сказал Сюэ Чунцзы. – К тому времени снежных лотосов во дворе должно быть еще больше. Я сорву несколько и заварю с ними чай.
Молодой господин Сюэ кивнул:
– Владыка клинка удивительно проницателен. Путь впереди труден, надеюсь, он сможет смело двигаться к цели.
* * *
Свет факелов освещал лицо Гун Цзыюя, пока он шагал по тайному туннелю, ведущему из павильона Сюэ. В руках он бережно сжимал сверток из золотистой парчи, теплом тела осторожно согревая кристалл тысячелетнего льда, придавая ему форму облака. Он смотрел на фигурку в своей ладони, не замечая, как уголки губ сами собой поднимаются в улыбке, а в глазах сияет свет.
Гун Цзыюй вошел в ворота павильона Юй, издали увидел Цзинь Фаня и Гун Цзышан и ускорил шаг.
Цзинь Фань, который давно ждал у ворот, поспешил навстречу, забрал у него короб и закинул на спину.
Гун Цзыюй похлопал его по плечу:
– Ха-ха, я ведь вернулся быстрее, чем ты думал, да? Сестрица, ты не рада?
Гун Цзышан вздохнула, а Цзинь Фань поджал губы.
Гун Цзыюй огляделся по сторонам, в глазах мелькнуло предвкушение, моментально сменившееся разочарованием:
– Что, только вы двое? А где А-Юнь?
Цзинь Фань напрягся.
– Юнь Вэйшань временно под стражей… – проговорила Гун Цзышан.
Гун Цзыюй оцепенел, улыбка на губах погасла.
– Спроси о случившемся у госпожи Уцзи и Юнь Вэйшань.
* * *
Гун Цзыюй в одиночестве шел по дороге к покоям госпожи Уцзи. Во дворе, под напором ветра, тихо осыпались листья, устилая мерзлую землю разноцветным ковром. Зима уже вступила в свои права.
Служанка у входа, увидев его, тут же поклонилась:
– Владыка клинка, госпожа велела передать поздравления. Поздравляю вас с прохождением первого испытания.
Гун Цзыюй сделал шаг вперед, но его остановили:
– Госпоже Уцзи нездоровится, сегодня она не принимает гостей.
Гун Цзыюй взглянул на служанку:
– А я тоже гость?
Женщина сразу же опустилась на колени, но не отступила:
– Госпожа настоятельно велела никого не пускать.
Гун Цзыюй перевел взгляд на плотно закрытое окно.