Страница 42 из 83
А от вопросов о проекте «Аскалон» она просто отмахивалась. Создать энергию сверхновой и собрать такую мощность в один луч… Не просто безумно – невозможно. Она раздирала слух громом сомнений. Был момент, когда президент готов был ради Акиры уволить шефа администрации. Но Акира практически запретила так поступать. Сказала, что скепсис – здоровая, жизненно важная составляющая науки, а если уволить Чаня, кое-кто может счесть это за подтверждение слов доктора Брум. Увольнение или требование отставки легитимизирует сумасшедшую, выставляющую напоказ свое безумие.
Но я терпеть ее не мог… В науке не разбирался, но Брум приводила меня в бешенство. Была в ней какая-то пластмассовость. Она походила на прирожденную модель, тщательно исказившую симметричную красоту одеждой не по росту поверх черного пенобелья, дурной косметикой и прической, наводившей на мысль, что она пытается повыдергивать себе волосы каждое утро. Похоже, она уродовала себя, чтобы внушать больше доверия. Всегда была манипулятором. Была опасна.
А теперь я думаю, что мог ошибаться. Может, она так одевалась, потому что об этом не думала. Может, она и правда рвала на себе волосы от досады, что ее не слышат. Может, она, если и ошибалась, была искренней. Что, если это я себя изуродовал, а не Брум? Безвозвратно искалечил, чтобы доказать свою ценность для Акиры.
Но тогда я об этом не думал. Лишь знал, что, если дело дойдет до затыкания рта доктору Брум, никто не вывезет меня из Вашингтона на черной машине-невидимке. Она зацепила под ручку третьего по могуществу в мире мужчину. Мне оставалось только ждать, когда она сама явится на остров. А прежде надо было изучить секретную службу шефа и ее распорядок. Так что, когда стало известно, что через три с половиной недели они собираются посетить Акиру, я начал готовиться. Воспользовался полученными привилегиями, чтобы узнать все об этих двоих – это было стандартной процедурой для всех посетителей острова. Углубившись в досье Брум, я отметил очень любопытное обстоятельство. Она окончила школу с отличием, но выступить с прощальной речью поручили не ей. Она великолепно проходила стандартные тесты, но не смогла сдать простейшего выпускного экзамена. Еле-еле выбила себе диплом элитного института. А почему?
Карлин Брум не умела плавать.
Так что, когда мы с Акирой встретили шефа администрации Чаня и доктора Брум с шаттла и усадили в свой амфиб, предоставив их секретной службе лететь следом, я проложил обычный курс через океан. И тут случилась авария. Провернувшийся храповик сбил стопор. Машина вышла из-под контроля. Я делал все возможное – напоказ для трех зависших в кабине ИЭ. Но никакой пилот не справится с плоским штопором. «Физика» – как говаривала, улыбаясь, Акира. За спиной вопили Чань и доктор Брум. Даже ИЭ метались по кабине, будто в панике.
– Катапультирование! Катапультирование! – проорал я.
– Нет! – взвизгнула Брум, уставившись на черную воду за окном.
– Не бойся, милая, – сказал Чань, – я тебя удержу.
Я оглянулся на Акиру. Она сидела спокойно, чуть заметно улыбалась.
– Ничего не трогай, – сказал я. – Парашют развернется сам. И не забудь включить маячок.
– Нет! – снова провизжала Брум.
Я запустил катапультирование. Небывалый шквал снес крышу кабины. Нас четверых пробками выбросило из амфиба. Разбросало в разные стороны, чтобы мы не сбили друг друга. Одновременно раскрылись четыре парашюта.
Я приводнился и включил маячок. В небо ударили еще три луча – все живы. Группа секретной службы из следовавшего за нами амфиба первым делом бросилась за Акирой. Им так и полагалось. Я заранее выяснил, что таков протокол: в экстремальной ситуации любой ценой спасать Акиру Кимуру.
Я направился к доктору Брум в надежде, что доделывать дело не придется. Одолев добрые четверть мили взбаламученной воды и погнутых, искореженных остатков амфиба, я с удивлением увидел, что Чань со своими больными коленями и прочим добрался до нее раньше. Он всхлипывал. Большая волна разделила нас. Начинался дождь. Я снова пробился к Чаню и Брум. Он все еще ее поддерживал. Выглядело это странно, будто он обнимает сдувшийся надувной жилет. Я зажег еще одну вспышку.
– Скоро подойдет помощь, – сказал я.
– Прочь от нас! – заорал он.
Я посмотрел вверх: нет ли на подходе вызванного вспышками амфиба секретной службы. Поначалу луч казался мне бесцветным. Потом окрасился ослепительной зеленью и красным. Я зажмурился, отвел глаза. И увидел еще один зеленый огонь, продвигающийся к берегу. Он оставлял след вроде бесконечной зеленой змеи – голова лежит на берегу, хвост тянется к невидимому горизонту. Никогда еще я не видел такую яркую зелень.
Я держался на поверхности, ждал и глядел на отражение зеленого света в черной воде. Течение уже сдвигало светящийся хвост. Он стал сжиматься и продвигаться к нам. Вблизи стало видно, что хвост расщепился. Одна половина плыла к орущему Чаню и неподвижной Брум. Другую сносило ко мне. Я взглянул на Чаня – клянусь, на миг он тоже увидел и понял, что я устроил. За миг до того, как ослепительные прожекторы амфиба секретной службы разбили этот хвост, он, поддерживая отключившуюся от кислородного голодания Брум, увидел как зеленое и красное, свившись воедино, идут ко мне.
После возвращения, на допросах, я проигрывал секретной службе записанную моим ИЭ аварию. Мой амфиб восстановлению не подлежал. Удар развалил его на куски, а обломки разбросал по морю на глубине триста атмосфер.
Через два часа я, освобожденный от подозрений, получил новый амфиб самой лучшей модели. Я безукоризненно выполнил план. Чань обосрался. Лишился власти, работы и надежды получить новую. Он прорывался на все каналы, что соглашались его принять – серьезных среди них не было, – с воплями, что Брум убили. Убили, чтобы скрыть ложь о Сэссё-сэки. Он так опозорился, что конгресс особым биллем отменил звание шефа администрации, заменив его на директора Белого дома. Самое забавное, что во всех воплях на публику ни разу не прозвучало мое имя. Карлин Брум убита Акирой Кимурой, – утверждал он. А общественность дружно хохотала: да-да, Акира Кимура всеми своими девяноста фунтами поломала военный транспорт и рискнула жизнью, чтобы избавиться от оппонента, которого и так никто не слушал. А мне было тем более забавно, что смеявшиеся над этим сценарием люди без лишних вопросов верили, что те же девяносто фунтов разорвут на куски направлявшийся к нам астероид размером с небольшую страну.