Страница 97 из 136
– Вам, должно быть, интересно, что могло привлечь наше внимание. В конце концов, вы ведь не заклинатель и прежде не имели к нам особого отношения. Однако недавно до нас дошли сведения, что вы каким-то образом связаны с Чжао Чэньбо. Полагаю, вам известно, что он проходит главным свидетелем по делу о гибели музыкальной группы «Путь журавля»? Вас также видели в компании его старшего брата и наследницы другого крупного клана. Не самая ожидаемая компания, вы же понимаете. Не хотите ли прокомментировать?
– С чего бы? Разве контакты между обычными людьми и заклинателями запрещены? Не припомню такого закона.
– Безусловно, господин Си, никакого запрета нет. Но сложно объяснить, почему простого реставратора приглашают в гости в клановую резиденцию, тем более в первый же день знакомства, – нам точно известно, что до этого ни с семьей Чжао, ни с семьей Янь вы не контактировали. Однако наше маленькое расследование выявило еще кое-что. – Цзисин подобрался:
вот оно
. – Вы тесно общались с музыкантом Вэй Тяньху, солистом и основателем «Пути журавля», по совместительству – ценным членом нашего клана, о преждевременной смерти которого мы премного скорбим – так же как, полагаю, и вы. Наше вторжение в вашу квартиру может выглядеть спорно, но будьте уверены, что вызвано оно было лишь попыткой разобраться, что и к чему.
Он замолчал, оценивая реакцию. Цзисин сидел без движения, крепко сжав пальцами пиалу и стараясь выглядеть дружелюбнее, чем он себя чувствовал. Вежливая полуулыбка на губах все пыталась превратиться в оскал.
Скорбят о гибели Тяньху? Как же.
Ничего не дождавшись – или, напротив, увидев то, что хотел, – безопасник продолжил:
– Я мог бы извиниться перед вами от лица всей нашей службы, окажись наши подозрения беспочвенны. Но пока мы склонны их подтвердить: вы явно не так просты, как кажетесь. Что вы можете сказать об улике, обнаруженной в вашей квартире? Если не припоминаете, речь об этом юйцзяне, – он выложил флешку на стол, и нефрит глухо стукнул о дерево. – Это серьезно, господин Си. У вас не должно было быть этой вещи, и уж тем более вы не должны были утаивать ее от следствия, явно намеренно. Как юйцзянь попал к вам? В ваших же интересах сказать мне правду. И чем скорее, тем лучше.
– Нашел у двери однажды. Кто принес – не знаю. – Играть роль «скромного реставратора» было бесполезно, но и подставлять под удар Чэньбо – неоправданно. Чэньшэ отличный брат, но сможет ли он защитить его, если у следователей появятся доказательства?
Цао Вэньюй сузил глаза.
«И что же ты сделаешь?»
– Допустим. Полагаю, вы знаете, что на нем хранится?
– Полагаете верно. Но, вероятно, вы уже успели просмотреть видео сами и знаете, что на нем записаны последние мгновения жизни моего друга и его команды. Хотели убедиться, что я тоже его смотрел? Отпираться не стану.
«Моего друга, его команды и вашего человека – как минимум одного», – хотел сказать Цзисин, но не смог.
– Почему вы уверены, что они были последними?
– Разве все они не погибли под завалами, когда обрушились своды пещеры? Об этом упоминали чуть ли не в каждом сюжете.
– Ваша правда. Мы действовали недостаточно оперативно и допустили утечку информации, – согласился безопасник ровным тоном. Это отчего-то заставило глаз дернуться.
– Не хотел бы в чем-то вас обвинять, господин Цао, но звучит так, словно эта утечка волнует вас куда больше смерти человека, о котором вы так «скорбите», что вторгаетесь в частную собственность и похищаете людей без суда и следствия, – к концу фразы голос сел, горло сжало железной рукой, и Цзисин вынужден был глотнуть еще чаю, хотя хотелось, конечно, просто швырнуть пиалу Цао Вэньюю в лицо.
Безопасника это, кажется, слегка позабавило:
– Вы прежде не сталкивались с тем, как работает служба безопасности, господин Си? Я поясню. Мы отвечаем за защиту интересов клана и его членов от различных угроз, как физических, так и информационных. Наша основная задача – обеспечение стабильности и безопасности клана, а также его положительной репутации. Если мы видим возможную угрозу, то обязаны ее устранить, даже если – особенно если – она исходит изнутри.
Преувеличением было бы сказать, что у Цзисина появилось нехорошее предчувствие. Это было не так; ощущение это зрело в нем давно и непреклонно, просто казалось одновременно и до глупости невозможным, и до глупости же очевидным.
– И Вэй Тяньху?..
– Несомненно талантливый человек и заклинатель, но также случайная жертва на общем большом пути. Мы действительно скорбим по нему, как скорбим и по остальным погибшим членам клана, но порой такое происходит, когда кто-то не желает сотрудничать, несмотря на важность дела.
Они убили Ху-гэ. Они. Убили. Ху-гэ.
Цзисину хотелось рассмеяться. Зарыдать. Сломать что-нибудь. Это было так просто – лежало на самой поверхности. Кто еще, если не они? Но зачем, зачем? За что? Что сделал Ху-гэ такого? Это из-за мелодии? Этой проклятой мелодии, гори она пламенем Диюя?!
Если Цзисин и играл до этого, то перестал. Со стуком поставил пиалу, впечатывая ее в стол, зажмурился. Перед глазами взрывались и пульсировали звезды. Куда же ты залез? Неужели ты, прожив в этом гадюшнике столько лет, не понимал, чем это может обернуться? Или ты и не думал переходить им дорогу и все вышло случайно – сделал глупость, не подумал отступиться, слишком упрямый, чтобы долго и счастливо жить, – а потом все покатилось в бездну?
«На кого ты бросил меня, Вэй Тяньху? А Чэньбо? А Ши Линя? Неужели не захотел поберечься и ради тех, кому был дорог?»
Цзисин почувствовал, что почти плачет, внезапно опустошенный, мигом лишившийся того якоря, который не давал течению унести его в открытое море. Ему пригодился бы сейчас совет от Ючжэня. Или выдержка Чжао Чэньшэ. Или терпение Янь Инцзы. Да даже умение Линлань заговаривать зубы, когда хочется лишь свернуться и выть или крушить все вокруг! Хоть что-то из того, чем сам он не обладал.
И все же он выдохнул:
– Господин Цао. Я не Тяньху. Не член вашего клана. Объясните проще, зачем я здесь.
– Нам лишь нужно, чтобы вы ответили на несколько вопросов. Вам не стоит переживать: вы не пленник, а гость.
«Если согласитесь сотрудничать» повисло невысказанным.
– Хорошо, – Цзисин открыл глаза и мотнул головой. – Чего вы хотите? Узнать о мелодии, не так ли?