Страница 37 из 136
Глава 6. Дружная семья и землю превратит в золото
– Никогда не понимал, почему в землях Ляо так почитают львов, если они тут отродясь не водились. – Ми Хуаньюй, талантливый кибернетик, а также лучший друг Чжао Чэньшэ, отхлебнул из кружки вчерашний чай и скривился. – Вот демоны, остыл.
Чэньшэ не сдержал усмешки:
– Жидкость имеет свойство остывать, Ми-сюн. Советую тебе не пренебрегать микроволновкой, если у вас здесь водится такое старье, раз уж у тебя нет времени даже заварить свежий чай. Есть, правда, время болтать со мной… Что же до львов: если бы ты не спал на уроках истории, то знал бы, что первые из них попали в Жэньго в период династии Чэнь, когда активно развивался Великий путь чудес. Однако заклинатели Чжао Ляо определенно познакомились со львами задолго до – иначе откуда бы они взялись у входа в главный храм Черной Черепахи? Здесь достоверных сведений уже не сохранилось, но кто знает, в каком виде являлись к первым заклинателям божественные предки.
– В виде черепах? Логично, нет? И эй! На уроках истории я спал исключительно потому, что тогда мог заниматься механикой только ночью! Это потом уже родители пристроили меня в специализированный класс, от тебя подальше… Ну и уж больно господин Чи нудно рассказывал, простите меня, предки, – Хуаньюй почесал нос.
– Оправдывайся. Логично, но нет. – Чэньшэ осторожно прислонился к заставленной мониторами столешнице – он бы и рад был куда-нибудь сесть, но все насчитывающиеся в помещении стулья – семь штук – оказались чем-то завалены. – Несколько относительно свежих раскопок обнаружили следы какой-то архаичной религии, в которой как минимум один из богов или детей божеств представал в образе льва. Непонятно пока, в какой момент его образ сменился образом черепахи, но нам еще есть что и куда копать – буквально.
– «Сменился образом черепахи»! Какое святотатство! А еще член правящей семьи! – Хуаньюй расхохотался. – Ладно, львиный вопрос для меня слегка прояснился. С возвращением, кстати. Надолго к нам в этот раз, Чжао-сюн?
– На пару дней. Заехал проведать маму и тебя заодно, потом заскочу домой и уеду. Две недели с Ши Линем в туре. После, думаю, заеду опять и задержусь.
– За брата волнуешься, ясное дело, – понимающе кивнул Хуаньюй. – А что это у тебя за дела с Ши Линем? Думаешь сменить профессию, захотел наконец признания и славы? Так мог бы мне сразу сказать, я бы вас познакомил – он, может, тебя на подтанцовку бы взял…
Чэньшэ несильно ткнул друга ногой:
– Разболтался тут. Странно, что матушка еще не укоротила твой длинный язык. – Хуаньюй подавился чаем, Чэньшэ воздел глаза к потолку. – Его команда сама ко мне обратилась. Через агентство, да, но запросили именно меня.
– Губа не дура. Ну, значит, айдольское сиятельство само тебя заметило! – Друг хитро улыбнулся, едва отдышавшись. – Расскажешь, как вернешься. Может, заведешь себе подружку, отобьешь у Ши Линя симпатичную фанатку. Или ты нацелен на молодую госпожу…
– Хуаньюй! – прикрикнул Чэньшэ.
Тот поднял руки:
– Хорошо, хорошо, я закрыл свой поганый рот. Скажи лучше, ты Милашку привез?
Милашкой звали киберзмею – одну из последних разработок госпожи Гэн Байжи, его матери, главы отдела технологии бессмертных в Ляо. Насколько Чэньшэ знал, змея была побочным проектом, не связанным с основными задачами отдела на данный момент; мать собрала ее в свободное время и отдала на доработку своему незаменимому ассистенту, секретарю и пиар-менеджеру в одном лице – Хуаньюю, конечно. Тот разошелся на славу, в частности прикрутив искусственной рептилии способность реагировать на тепло, – как это было реализовано технически, Чэньшэ не знал, но порой ловил себя на том, что обращается с Милашкой как с настоящим питомцем, разве что мышей ей не приносит.
Он вытащил змею из рюкзака. До того расслабленное прохладное тельце слабо завибрировало, пустило волну по всем сегментам, и Милашка обвилась вокруг запястья в два оборота. Чэньшэ с сожалением провел пальцами по гладкой треугольной голове, раскрутил ее и передал другу.
Хуаньюй радостно подпрыгнул на стуле:
– Ну-ка… В целости и сохранности! Я знал, что с тобой честь и достоинство нашей чешуйчатой госпожи будут в безопасности!
Чэньшэ вздохнул:
– Вот лучше бы и назвал ее Чешуйчатой Госпожой. Ни за что не поверю, что это матушка прописала в операционке имя «Милашка».
– А что, «Милашка» как-то задевает твою мужественность, благородный воин? – Хуаньюй насмешливо поднял бровь.
– Скорее уж упомянутые честь и достоинство Милашки. Она достойна быть б
о
льшим, чем просто «милой вещицей».
– Сейчас распл
а
чусь, – друг отвернулся к одному из мониторов и принялся споро набирать какой-то текст. Чэньшэ, заглянув в экран, узнал его секретную пиар-страничку в шэньло, которую тот вел под псевдонимом Синьжи, «Новое солнце». Здесь Хуаньюй публиковал кусочки изобретений матери и немного собственных – из тех, что было безопасно показывать публике. Чудесным образом балансируя между глубоко научным и откровенно развлекательным контентом, он умудрялся действительно производить впечатление – разработки загадочного Синьжи нет-нет да и всплывали в разговорах людей вокруг, даже если Чэньшэ не искал специально.
Его матушка, изначально настроенная скептически, тоже оставалась более чем довольна: в перспективе такая популярность могла обеспечить отрасли приток молодежи, да и спонсоры были не лишними; насколько Чэньшэ знал, нескольких этот эксперимент отделу уже привел.
Хуаньюй прикрепил к посту фото Милашкиного хвоста и довольно потянулся.
– Чем будешь будоражить народ сегодня? – полюбопытствовал Чэньшэ.
– Возможностью создания сети типа сотовой, только работающей на ци и потому без вышек – она же везде. Если бы по ней можно было передавать информацию… Ну вот как с помощью Милашки, – он почесал змею под нижней челюстью. – Она наш прототип. Сейчас, конечно, это только мечта, потому что нет ни времени, ни финансирования…
– Мечта – это взять отпуск, пока у меня такой ассистент.
Даже если бы Чэньшэ не узнал голос матери, он бы понял, что пришла именно она, по тому, как резко и разом покраснел Хуаньюй – от ключиц до корней волос. Чэньшэ кашлянул в кулак, маскируя смешок, и обернулся.
– Муцинь
[104]
[Муцинь – уважительное обращение к матери.]
.
– Здравствуй, эрцзы
[105]
[Эрцзы – сын.]
, – госпожа Гэн кивнула и кивком же указала в сторону выхода. – Пойдем. Хуаньюй – я жду отчет.