Страница 110 из 136
Иволга взяла Ючжэня за руку.
– Не могу не вспомнить наше приключение с тем цзянши
[228]
[Цзянши – ожившие мертвецы, которых еще называют китайскими вампирами.]
в руинах, – ее улыбка была такой лукавой и нежной, что Чэньшэ почти смутился, будто подглядывал за чем-то очень личным. – Тогда ты совсем не был склонен к беседам с ним… но проявил не меньшую сострадательность. И немного безрассудства.
– Все меняются, циньайдэ, тем более когда проходит времени больше, чем отмерено любой из жизней. Моему опыту не сравниться с твоим, но лигуя
[229]
[Лигуй – вид особо злобных голодных духов. Появляются обычно из-за обиды, насильственной смерти или самоубийства, а также если покойный не получил надлежащего погребения.]
в список уже могу добавить. – Он накрыл ее руку своей, и Чэньшэ все-таки отвернулся… чтобы наткнуться на решительно настроенного Цзисина.
– Нам угрожает еще что-нибудь или мы можем наконец нормально заняться поисками? – деловито спросил тот.
Оказалось, что за семью арками с разноцветными дверями скрывалось семь помещений, отделанных в цветах и символике семи заклинательских кланов. Подобное внимание к деталям впечатляло, особенно если вспомнить, что в период правления Цинь Яньчжэна клана Чу Юн как такового уже давно не существовало. Вся деревянная мебель и прочие предметы интерьера были украшены резьбой или росписью и покрыты несколькими слоями лака, что сохранило их от гниения; шкатулки и сундуки скрывали сокровища, за которые, наверное, можно было купить пару поместий и с десяток машин; в складных футлярах лежали книги, за которые хранители клановых библиотек могли и убить. В посвященной родному клану комнате Чэньшэ мельком прочитал одно из названий – «Книга о величайшей праведности и постижении стихий» – и запнулся: на память он никогда не жаловался, а точно такое же название носил труд одного из великих мудрецов древности, эпохи еще до Сошествия гор.
– Идите все сюда! – взволнованно позвал Чуньгуан.
Все собрались в главном зале; Чуньгуан бережно вынес из комнаты Чу Юн длинную лакированную шкатулку и водрузил прямо на императорский саркофаг, как на стол.
– Вы себе представить не можете, что это! – Он просто сиял. – Я столько слышал об этом артефакте и вот наконец вижу его своими глазами!
Внутри на темном бархате лежало что-то, внешне напоминающее свернутую жгутом веревку или даже плеть глубокого красного цвета. Однако ворсинок, типичных для любой веревки, видно не было, характерных для кожи блеска или потертости тоже. Чэньшэ моргнул: ему показалось, что поверхность слабо искрит. Осторожно склонился, желая рассмотреть поближе…
– Я бы не советовала, – строго сказала Иволга. – Хобянь
[230]
[Хобянь (букв. «Огненная плеть», «Огненный хлыст») – артефакт, собирающий силу призванного бога, созданный Чу Юн на основе их техники призыва.]
– штука своенравная и опасная. Жаль, что его все же не уничтожили, но, с другой стороны, это то немногое, что осталось от клана Чу Юн.
– В старинных хрониках сказано, что именно с помощью Хобяня удалось не только призвать, но и удержать божество, – Чуньгуан смотрел на артефакт как на подарок к Празднику весны. – Великолепное исполнение, потрясающее изящество линий. В такие моменты, как этот, я даже жалею, что многое из наследия древних времен безвозвратно утрачено.
– Такое наследие точно ни к чему, – Иволга сдвинула брови, решительно захлопывая шкатулку. – Разве только как память об исключительной самонадеянности и глупости, которая привела сначала к Сошествию гор, а потом и к появлению чудовищной птицы. Последнюю я видела своими глазами и никому не пожелаю того же. – Тень пробежала по ее лицу, и Ючжэнь согласно кивнул, успокаивающе сжимая ее плечо. – Но… – она вдруг подалась вперед, – это ведь и есть тот артефакт, который искали Цинь Фэйсюй, не так ли? Я подозревала, но не хотела верить! Вы что, совсем рехнулись? Снова хотите взять в плен бога?!
– Не приравнивай меня ко всему клану! – Чуньгуан отшатнулся и сделал несколько осторожных шагов назад. – Я за мирное развитие технологий, за их постепенное объединение с ци! Я уже говорил господину Си, – он указал на вздернувшего подбородок Цзисина, – что против подобного… предприятия. Боги исчезнут сами по себе, когда люди перестанут в них нуждаться! Так произошло с теми, кто был до семерых сыновей Дракона и Феникса, – вы слышали об археологических изысканиях чиновника первого ранга Си Иши? Как-то слишком много Си в одном диалоге… В ходе своих раскопок он обнаруживал статуи змей с человеческими головами – куда более древние, чем любые изображения наших богов! Это и современные исследования подтвердили. А древние львы Чжао Ляо? – теперь его взгляд переместился на Чэньшэ. – Если те боги оказались забыты, забытыми окажутся и эти! Да, дядя думает, что можно ускорить процесс, но, как по мне, лезть во вселенские циклы – себе дороже. Вдруг это вызовет лишь б
о
льшие катаклизмы? Мы ведь не можем толком исследовать это, только строим догадки. Я не совсем дурак, господа.
– Но оправдываться горазд, – хмыкнула Иволга, впрочем, чуть успокоившись. Лишь между бровями ее залегла глубокая тревожная складка – еще когда Чуньгуан первый раз упомянул смерть богов. – Тогда каков наш план? Забрать Хобянь, чтобы Цинь Фэйсюй не смогли до него добраться?
– Не будем торопиться, – Ючжэнь глубоко задумался. – Мне не нравится эта идея – призвать богов, пленить их, – но господин Ханьцинь определенно прав в том, что касается их… исчезновения. Божественные дети действительно покидают нас.
Чэньшэ вздрогнул.
– О? – Чуньгуан поднял бровь. – Я был неправ, и исследования все же ведутся? Вы не только талантливый заклинатель, но и ученый?
Ючжэнь неловко улыбнулся:
– Я ни то ни другое. В человеческой жизни я был монахом, но по не до конца ясным мне причинам могу говорить с небесными покровителями и теперь.
Чуньгуан поднял вторую бровь.
Иволга лязгнула зубами.
– Он не сумасшедший, мальчишка. Не стоит смотреть свысока на тех, кто старше тебя на добрых полторы тысячи лет.
– То есть, – он обвел их взглядом, – вы не шутите? Про то, что видели огненную птицу, про дисянь и другое. И ваши невероятные способности я должен объяснять этим – тем, что вы действительно пришли из эпохи Сошествия гор?