Страница 108 из 136
– Ну, вряд ли надпись поменялась уже после закрытия гробницы. – Синьшэн очевидно храбрился, но зрачки расширенных глаз подрагивали, а рука сжимала рукоять меча чуть сильнее необходимого. Луч его фонаря мелко плясал по стене.
– Попробуем войти. – Чэньшэ толкнул створки, они ожидаемо не поддались. Налегли все вместе, даже Синьшэн отважно пристроился с краю, – и снова ничего.
– Пустите-ка, – Иволга достала меч – простой, в черных с серебром ножнах, с серебристо-черной кисточкой на рукояти, – обнажила блестящее гладкое лезвие и резким движением вогнала его между створками. Что-то звякнуло, потом глухо стукнуло, и ворота дрогнули.
Налегли снова – и створки медленно провернулись, открывая таящуюся внутри темноту. Пахнуло сухим теплом, пылью и застоявшейся смесью благовоний. Чэньшэ двинулся первым, освещая себе путь фонарем и держа наготове меч.
– Даже жаль, что цзецзе этого не видит. Представляю, как она запищала бы от восторга, – пробормотал позади Цзисин. – Надеюсь, она не сильно расстроится, если ее брата обвинят в вандализме и преступлении против государственной истории.
– Если попробуют обвинить, то к ответственности придется привлекать нас всех, – не согласилась Инцзы. – А тут как-никак представители правящих семей трех кланов. Скандал будет слишком велик, едва ли власти пойдут на такое.
«А жемчужина Янь Цзи, пожалуй, успела убраться не одним слоем перламутра», – мягко улыбнулся Чэньшэ.
Чуньгуан, впрочем, тут же стер с его лица улыбку, заметив:
– И не последний представитель четвертого. Думаю, дядюшке не нужен еще и такой скандал. Подозреваю, его влияние в клане и так может пошатнуться. Едва ли кто-то поверит, что его племянника похитили полумифические существа, а не что он сам примкнул к «неправильной» стороне.
– Ваш клан первым похитил непричастного к их разборкам человека, так что считайте это закономерной ответной реакцией, – язвительно хмыкнула Иволга.
– Я не в обиде. – Что-то зашуршало – Чэньшэ представил, как заклинатель успокаивающе поднял руки. – Если вы не причините мне вреда, то и я не доставлю вам неприятностей. Я не до конца понимаю, что хотели найти здесь Цинь Фэйсюй, и тем более не знаю, чего пытаетесь добиться вы, но понаблюдать за этим будет определенно интересно.
– И что, господин Цао даже приблизительно не говорил тебе, что рассчитывает тут обнаружить? Он явно не хотел, чтобы ко мне просочилась даже тень информации, но вы же родственники, – пытливо осведомился Цзисин. Его голос разнесся по коридору мрачным эхом.
– Родственники отдельно, дела отдельно. Но полагаю, он надеется на кое-какой артефакт.
– Какой? – голос Иволги стал напряженней.
Чэньшэ оборвал их резким: «Тихо!» Темнота впереди истаивала, вытесняемая слабым красновато-золотистым свечением, которое разгоралось все ярче. Чэньшэ погасил фонарь и обнаружил, что вполне отчетливо различает и лица спутников, и окружение – выложенный кирпичом проход и потолок чуть выше человеческого роста. Складывалось ощущение, что почти сразу за довольно высокими воротами потолок резко понизился – для экономии пространства или еще для чего. Коридор повернул, и оказалось, что свечение исходит от бронзовых ламп, закрепленных на левой стене через равные промежутки. Каждая лампа представляла собой сферу со срезанным верхом, подвешенную на крюке к забитой в стену опоре. Свет выходил через верх и рассеивался.
– Как это возможно? – недоверчиво спросил Цзисин. – Они что, загорелись сами? Они не могли гореть, когда мы заходили, мы бы увидели свет!
Ючжэнь подошел к ближайшей лампе и приложил ладонь к покрытому патиной боку.
– Эти лампы спали долгие годы, но теперь проснулись, – тихо сказал он. – Я вижу два слоя: во внутреннем – странное горючее вещество, во внешнем – вода. Ее осталось очень мало, но фитиль горит вновь. Еще я вижу ци, которая разбудила его.
– Это потому, что мы пришли? – прошептала Инцзы. Ее глаза горели восторгом.
– Не знаю, – пожал плечами Ючжэнь. – Я лишь говорю о том, что вижу, я не умею спрашивать металл, огонь и камень. Но ваши ученые должны уметь.
– Давайте поспешим, – подтолкнула его Иволга. – Мы не знаем, кто услышал, как мы взломали вход, и не знаем, как скоро кто-то явится нам мешать. Уверена, позже у вас будет время изучить подробнее и светильники, и все остальное.
Следуя за лампами, Чэньшэ продолжал невольно прислушиваться к разговорам позади.
– Мне в детстве читали сказки про волшебные лампы, – поделился Синьшэн. – По-настоящему могущественные заклинатели могли посадить туда духов огня и заставить себе служить.
– А эти духи потом выполняли желания? – вежливо поинтересовался Цзисин. – Я встречал сказку, где землепашец откопал такую лампу и освободил духа, а тот вместо благодарности захотел его убить.
– На месте духа, просидев в лампе столько времени, я бы тоже, скажем так… разозлился, – дипломатично заметил Ючжэнь, но в голосе послышалась улыбка.
Коридор поворачивал все время влево, пол постепенно понижался, и Чэньшэ счел нужным спросить:
– Кто-нибудь в курсе, такое устройство типично для гробниц? Я думал, мы пойдем чуть вверх или просто вперед, но по ощущениям мы только спускаемся.
– Типично, – ответила Инцзы, поравнявшись с ним; ее пальцы проскользнули рядом с его рукой, сжимающей меч, – намеренно или случайно, из-за узости прохода? – Гробницы строились как своеобразные пирамиды или воронки, уходящие вглубь кургана. Снаружи курган выглядит большим, однако, по последним данным, верхний слой насыпали позже, изначально он был не очень высоким. О, – она указала вперед, – кажется, мы пришли.
За очередным поворотом проход закончился, и открылось просторное круглое помещение, почти зал, не менее ли в диаметре. Лампы нашлись и здесь: опоясывали кольцом зал и даже поднимались на потолок, превращаясь в сборную кованую люстру. Сам потолок расходился кирпичными сводами на семь равных частей, которые на стыке со стенами становились изящными арками с разноцветными дверями. Краски за годы потускнели, но различались красный, желтый, голубой, белый, нефритовый… Между арками оштукатуренные стены покрывали плотными столбцами иероглифы и искусные фрески с изображениями животных, растений, людей, пейзажей и городов.