Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 46

Услышав с улицы женский голос, Ибараки поднял голову и обнаружил в дверях миниатюрную незнакомку со встревоженным выражением лица. Эта женщина в его магазине впервые.

— Добро пожаловать, — мягко поприветствовал он.

Женщина вздрогнула и повернулась на голос, но темнота в магазине для нее не слишком отличалась от тьмы на улице.

— Здравствуйте, — тихонько пискнула она в ответ и коротко поклонилась вслепую.

Ибараки, как обычно, незаметно окинул клиентку коротким оценивающим взглядом.

«Скорее всего, она понятия не имеет, что это за магазин».

Погладив забинтованный большой палец, он заговорил с женщиной, хотя редко первым вступал в беседу с посетителями.

— Понимаете, у меня тут…

— Магазин подержанных вещей, да? — Аяно с интересом оглядела полки, хотя с трудом могла рассмотреть их.

«Надо же», — Ибараки невольно собрался, подметив, как точно Аяно подобрала слова.

Чаще всего клиентки выбирали выражение «антикварная лавка», но Ибараки никогда не позиционировал свое заведение таким образом. Он и сам не знал толком, как его назвать, но, если уж выбирать, использовал бы именно «магазин подержанных вещей». Вещи он продавал действительно подержанные. Потому Ибараки и грезил о том, чтобы дарить им новую жизнь, новое назначение. И именно в этом видел миссию своего магазина. Эти мечты и вдохновили его открыть свое дело.

Тем временем Аяно гадала, не затянуло ли ее в сюжет загадочной истории.

«Я ведь была так близко к торговой улице…»

Разве не странно обнаружить в темном жилом квартале магазин подержанных вещей, открытый посреди ночи? Уж не сон ли это?

Учитывая накопившуюся усталость и то, как быстро она проваливалась в сон… Аяно совсем не чувствовала себя проснувшейся, когда покинула дом и позвонила Итико. Еще и странная история с отъездом подруги. А ведь Итико всегда категорично заявляла, что ни за что в родной город не вернется.

— Скажите… — глаза Аяно немного привыкли к темноте, и она разглядела белеющее во мраке лицо Ибараки за стойкой. Как бы сформулировать поосторожнее… — Это место, ну… Оно словно ночные грезы…

— Да? — внутри Ибараки все сжалось, но он сохранил внешнее спокойствие.

«Какая проницательная!»

Он ведь как раз размышлял о том, как его грезы о благородной миссии стали отправной точкой для открытия магазина. Формулировка немного странная, но, по сути, незнакомка попала в цель

[18]

[Диалог построен на том, что в японском языке, как и в английском, есть общее слово для понятий «сон» и «мечта» (юмэ).]

.

— Да, все так и есть, — просто ответил Ибараки.

— Так я и думала.

Ответ Ибараки успокоил Аяно. Точно, она спит и видит сон. Будь происходящее реально — впору было бы испугаться. В глубине магазина за стойкой сидел мужчина с белой повязкой на правой руке — только она и выделялась в окружающей полутьме. А ведь у Аяно на той же руке почти такой же бинт. На палках расставлены диковинные вещи — толком не разглядеть, но явно старинные. Все слишком напоминает сон. Не может такого происходить в реальности.

А вот Ибараки воспринял просветлевшее лицо Аяно и ее слова «Так я и думала» совершенно иначе.

«Наконец-то», — с горячностью подумал он. Как давно он мечтал об этом дне! Как долго искал!

Образ мышления и поступки Ибараки выглядели чудаковато в глазах большинства. Но он всегда надеялся, что найдется кто-то, кто поймет его. Кто станет сподвижником, а если то будет женщина — даже потенциальным партнером по жизни.

Эта посетительница не просто поняла его. Она даже не удивилась! Слова слетели с ее губ так легко, будто те же мысли уже давно занимали ее саму и она искала того, кто разделяет их.

— Но тогда… — Аяно сделала шаг вперед, подходя ближе. — Получается, мы… А, простите… Как вас зовут?

— Ах да. Ибараки.

— Как магазин, значит! Получается, мы с вами грезим об одном?..

— Полагаю…

Сердце Ибараки заколотилось еще быстрее. Какой тонкий выбор слов! «Грезы об одном». Точно! Те, кто идет по жизни вместе, должны грезить об одном и том же. Лучше и не скажешь.

— Думаю, так и есть, — кивнул Ибараки. Кажется, голос его при этом предательски дрогнул.

— Надо же…

Сощурившись, Аяно заметила что-то большое рядом с Ибараки. Ее взгляд невольно переместился туда. С волнением отследив его, Ибараки подхватил:

— Ах, это. Это лестница.

— Лестница?

— Ага. Точнее, ступени лестницы. Доски, на которые мы наступаем, когда поднимаемся и спускаемся. Мой знакомый снес свой старый дом, и лестница стала ему не нужна, вот я ее и забрал. Уверен, они будут хорошо продаваться.

— Ступени лестницы?..

— Да, — Ибараки приподнял одну из досок и показал Аяно. — Их всего четырнадцать. Я пронумеровал их снизу вверх, вот, взгляните.

Он продемонстрировал число «14», написанное карандашом на краешке доски сантиметров шестьдесят длиной.

— Это четырнадцатая ступенька. Последняя перед пролетом второго этажа.

— Значит, дом был двухэтажный?

Аяно зачарованно осмотрела доску.

«Вот это сон», — покачала она головой. Теперь сомнений не оставалось. Разве будет кто-то в реальности продавать ступеньки от лестницы?..

Она подметила, что время на местных часах приближается к двум ночи. Часы висели на стене, и, присмотревшись, Аяно заметила: у них две секундные стрелки. Ничего удивительного для сна. Она с любопытством поинтересовалась:

— Скажите, а зачем у этих часов две секундные стрелки?

«Браво!» — возопил про себя Ибараки. Никто прежде не замечал эту деталь. Иногда кто-то интересовался ценой часов, но даже эти клиенты не обращали внимания на две стрелки.

— Ах, эти часы, — от волнения голос Ибараки зазвучал чуть выше обычного. — Я назвал их «двойные часы». В них два механизма совмещены в одном корпусе.

— Два механизма?

— Да. Изначально эти часы все время отставали на пятнадцать минут, как ни бейся. Поэтому я попробовал добавить к ним механизм от других часов и дополнительную секундную стрелку. Те часы, которые я добавил, всегда спешат на пятнадцать минут. По моей задумке, если совместить часы, которые опаздывают на пятнадцать минут, с теми, что спешат на пятнадцать минут, получатся часы, показывающие идеально точное время.

— Вот оно что.

Все в этом сне было чудным, но, когда понимаешь, что спишь, легко примириться с любыми странностями.

— Совместными усилиями два механизма показывают правильное время.