Страница 26 из 46
— Не только я. Все остальные тоже.
— А давно состоялось прослушивание?
— Месяц назад.
— И как все продвигается? Съемки уже начались?
— Нет, пока идут репетиции.
— Значит, не ладится во время репетиций?
— Да нет, там все очень собранны и нет времени думать о постороннем, но вот когда мы возвращаемся в общежитие…
— Общежитие? Вы живете в общежитии?
— Да. Все вместе.
«Вот оно что», — Канако быстро добавила еще одно примечание в записи. Проблема вырисовывалась непростая, но ничего такого, с чем не приходилось бы сталкиваться прежде.
— А что за общежитие? Вы и сейчас там?
— Да.
— А рядом есть кто-то из ваших коллег?
— Нет, я в своей комнате.
— Значит, вы живете поодиночке?
— Ага. Мы почти все из провинции.
«Ясно-ясно… Понимаю», — кивнула себе Канако, строча в заметках.
— И вы обычно предоставлены сами себе, взрослых рядом нет?
— Ну… Есть смотрительница общежития.
— И все?
— Да.
— А лидер у вас есть? Кто-то вроде капитана команды?
— Нет. Нам сказали, что все мы должны быть равны.
— Кто сказал?
— Взрослые с площадки. Продюсер, режиссер, менеджер и остальные…
— Площадки?
— Я имею в виду съемочную площадку. Съемки начнутся через две недели, и мы постоянно курсируем между съемочной площадкой и общежитием… Но, если так дальше пойдет, думаю, некоторые из нас решат уехать… Да и я не уверена, что долго продержусь.
— Понимаю… — Канако еще раз окинула взглядом заметки, которые успела сделать. — А смотрительница общежития чем занимается?
— Убирается и готовит для нас.
— О, а кушаете вы все вместе?
— Ага. В общежитии есть столовая, там мы и собираемся.
«Вот оно», — осенило Канако.
— Именно.
— Тогда вам стоит побеседовать всем вместе после еды.
— Но все сразу расходятся по комнатам, как только поедят.
— Значит, вам нужно будет их остановить. И предложить поговорить.
— Не выйдет. Некоторые старше меня, и вообще, все очень независимые и смотрят на других как на соперниц.
— Но ведь, — Канако пошла в наступление, — разговор — это очень важно. И раз у вас нет лидера, вы так и останетесь разобщенной группой, пока кто-то не сделает первый шаг.
— Вы так думаете?
— Попробуйте набраться смелости и начать разговор.
Это был единственный совет, который Канако могла дать. Наверняка у каждой из одиннадцати девочек свои переживания, и пока кто-то не подаст голос первым, напряжение так и не найдет выхода.
После долгого молчания Эко ответила:
— Хорошо. Постараюсь.
«Ну и замечательно», — выдохнула Канако. Конечно, это было ложное облегчение, принадлежащее лишь ей, — радость, что разговор пришел к логическому завершению. На самом деле ничего не разрешилось, и никакого повода для реального облегчения не было.
Эта дилемма постоянно вставала перед Канако. Можно ли предаваться этой маленькой ложной радости, когда проблема не решена? Нормально ли это?
Распрощавшись и положив трубку, Канако какое-то время размышляла об этом, но вскоре в наушниках раздался новый голос.