Страница 24 из 46
— Какая непростая ситуация, — наконец выжала она из себя заранее заготовленную фразу.
— Она и прямо сейчас там, — Эми Фукада вытянула шею, глядя в сторону занавески так, словно видела летучую мышь сквозь просвечивающую ткань.
Из-за этого и Мориидзуми начало казаться, что она ее видит.
Летучая мышка, дремлющая вниз головой на карнизе балкона. А может, она лишь притворялась спящей, а на самом деле наблюдала за женщинами? Будь у Эми роскошный большой балкон, как в европейских особняках, летучая мышь могла оказаться злобным вампиром, который набросился бы на полнокровную юную деву, поняв, что его раскрыли.
Однако, когда Эми произнесла «летучая мышь», ее голос звучал тепло и мягко. Словно она ждала, когда та наконец появится. Образ загадочного вампира в фантазиях Мориидзуми трансформировался в изящного благовоспитанного юношу в черном.
Юноша молча стоял на балконе. Он надеялся вернуться к старому приятельству с обитательницей комнаты, но никак не мог решиться предложить это.
А женщина была бы вовсе не против и потому так долго отказывалась выбросить телефонный аппарат. В глубине души она надеялась — однажды старый знакомец вернется к ней.
И вот он пришел.
Перепрыгивая с одного телефонного столба на другой, он упорно следовал к цели, за телефонным проводом — единственной ниточкой, что связывала пару. Пока не достиг этого балкона.
Но было уже поздно.
Женщина устала ждать и решилась оборвать эту нить, откликнувшись на приглашение рекламной листовки из почтового ящика, гласящей: «Поможем вам утилизировать стационарный телефон».
Мужчина замер в нерешительности, не зная, куда податься… И превратился в летучую мышь.
Он почти достиг цели, остался всего один шаг — с балкона в комнату… Но между ним и обитательницей студии уже повисла непреодолимая преграда. Она отказалась от телефонной линии, и больше ее с этим мужчиной ничего не связывает…
Мориидзуми замотала головой, усмиряя разбушевавшуюся фантазию.
— Вы уверены в своем решении? — наконец спросила она Эми.
— Да, — кивнула та. — Пора бы уже.
В комнате опять повисла тишина. «Ну, тогда…» — начала было подниматься с места Мориидзуми, но Эми продолжила:
— Знаете, а я в универмаге работаю.
— Да? Продавцом?
— Нет. Я лифтерша.
— Вот как, — только и смогла ответить Мориидзуми, хотя на языке вертелось скорее: «И что с того?»
— Но подумываю уволиться.
— Правда?
— У лифтерш рано или поздно наступает время, когда пора уходить.
— Вот как. — И вновь сказать нечего.
«Действительно, лифтершами обычно совсем молодые девушки работают. Постарше уже не увидишь…»
— И дело в общем-то не в возрасте.
— Да? — едва не цыкнула языком Мориидзуми.
— Шляпка скоро станет не к лицу.
— Шляпка?..
— Для лифтерши фирменная шляпка — это все. Даже если макияж плохо лежит или улыбка натянутая, фирменная шляпка создает идеальный образ. Когда на мне шляпки нет, никто и не поймет никогда, что я лифтерша.
— Значит, шляпка…
— И он… — Эми вновь украдкой бросила взгляд на балкон. — Он тоже хвалил мою шляпку.
— Ваш друг?
— Да. Мы созванивались иногда.
«Так и знала», — осознание своей правоты так согрело Мориидзуми, что она едва не расплылась в улыбке, но сдержалась. В дни работы в похоронном бюро с ней тоже такое случалось, но, разумеется, улыбаться в таких ситуациях категорически нельзя.
— Он был пожилым человеком…
«Вот оно что».
— И уже скончался.
«Ах, ясно».
— Но и все равно иногда мне звонит.
«Что?..»
По спине Мориидзуми пробежали мурашки. «В подобные моменты и говорят: пробрало до костей», — подумала она.
— Какая непростая ситуация, — кое-как вспомнила она свою фразу-выручалочку. Больше в голову ничего не лезло. Мориидзуми решила, что надо аккуратно свернуть диалог и побыстрее ретироваться.
— Ну, мне уже пора, — она поднялась с места с телефоном в руках. — У меня сегодня еще есть заказы.
Стараясь не смотреть ни на занавеску, ни на лицо клиентки, она несколько поспешно направилась в прихожую. Сунула ноги в туфли, схватилась за дверную ручку и тут неожиданно ощутила присутствие за спиной.
— Вот оплата.
Обернувшись, Мориидзуми столкнулась с женщиной почти лицом к лицу. Она стояла совсем близко с мертвенно-голубым конвертом в руках.
— Спасибо большое. До свидания.
Откровенно говоря, Мориидзуми хотелось схватить конверт и стремглав выскочить на улицу, но она сумела нацепить на лицо вежливую улыбку и выйти спокойно.
«Главное — не оборачиваться. Спокойно дойти до машины. К счастью… К счастью ли?.. В машине есть моя форма похоронного агента. Там в кармашке найдется очищающая соль. Разбросаю ее вокруг и забуду о случившемся, как о страшном сне».
Мешок с телефоном показался Мориидзуми особенно холодным и тяжелым.
Перед тем как завести машину, Мацуи на всякий случай еще раз уточнил у Мицуки:
— Вам точно это подойдет?
— Вот уж не знаю… — как он и думал, девушка пребывала в сомнениях. — Я ведь понятия не имею, что именно представлял режиссер, выдавая этот запрос. Возможно, он и сам плохо понимал. Не факт, что орехокол для арахиса вообще существует в природе.
— Ага. Этот инструмент выглядит обычными пассатижами, как ни посмотри.
— Точно, — честно согласилась Мицуки. — Мне тоже так кажется. Нет, это точно пассатижи. Но продавец был так уверен…
— Да, он несколько раз повторил, что самолично именовал их орехоколом для арахиса.
— Вот-вот, именно! Да так убежденно, что я не сумела возразить.
— «Поэтому, может, и в миру их так называют», — процитировал Мацуи.
— Ага, — кивнула Мицуки так же, как только что в ответ на тираду продавца. — И даже если их не зовут так больше нигде, если кто-то нарек их орехоколом для арахиса, значит, теперь это орехокол и есть.
— Сложно оспорить, — согласился Мацуи. — Да и мы ведь не в курсе, как они должны выглядеть. Кто же знает, настоящие они или нет.
Только когда он произнес это вслух, его осенило: «Точно!»