Страница 92 из 230
Дружеские компании возникают, конечно, при любых режимах (при самых мрачных сатрапиях – в том числе), однако только в 50–60‑е годы, в среде андеграунда особенно, экзистенциальная интенсивность – поиски «своих», противостояние «чужим» и незамечание «посторонних» – обретает художественный смысл, и ландшафт «тусовок» становится в каком-то смысле важнее ландшафта эстетических тенденций. Разного вида «круги» и «кружки» здесь выступают в роли «единиц действия», способных хоть как-то структурировать хаотический континуум. Единиц условных: институциональная незакрепленность сообществ являлась основной гарантией их свободного маневрирования (почти по Пригову – «свободы без конца»), а случавшиеся организационно-манифестные затеи – в основном литераторские (СМОГ, «Хеленукты»), – как правило, носили несколько абсурдистский характер. Так что многие «обоймы» попросту придуманы задним числом для разметки поля – для того чтобы аргументировать присутствие осмысленной истории в том, что при ином подходе покажется цепью случайностей.
И со стороны героев часто наблюдается настороженность по поводу объединительных конструкций: по замечанию Всеволода Некрасова, слово «группа» тогда заведомо отпугивало (с оговоркой по поводу «лианозовской», которая «не группа, а дело житейское»), а Юрию Злотникову не раз приходилось нервно объяснять, что «группы Слепяна» (Слепян, Злотников и Турецкий) никогда не существовало. Союзы, даже долговременные, образовывались спонтанно – по случаю родства (Лианозовская группа), соседства (художники Сретенского бульвара) или «сослуживства» (группа Юрия Соболева в издательстве «Знание», а затем в журнале «Знание – сила», – они же в более узком составе называли себя «Клубом сюрреалистов»; группа Михаила Шварцмана в СХКБ-Легпром); столь же случайны, иногда до курьезности, бывали мотивировки их распада: убрали кофейный аппарат из кафе на Большой Садовой в Ленинграде (1969) – и прекратила свое существование группа «Хеленукты», одна из самых радикальных шестидесятнических групп.
И практически никогда образование этих сообществ – даже тех немногих, которые позиционировали себя как «школа» и держались на авторитарной и дисциплинарной основе (студия Белютина), – не сопровождалось выработкой общего «направления»; во всяком случае, когда речь шла о сообществах живописцев. (Группа «Движение» с ее специфической сферой деятельности здесь стоит особняком, и так же особняком – художники из «Знания – силы», которых сциентистский пафос журнала склонял к знаковым конструктам, фантастике и всяческому сюрреализму и которые вне журнала часто работали совершенно иначе, уже не будучи похожи друг на друга.) Весь пригодный к освоению материал первоначально осваивался всеми и в совокупности, как общий «лингвистический» и еще в значительной мере пропедевтический курс; абстракция, экспрессионизм, сюрреализм, фигуративная живопись порой сосуществовали в творчестве одних и тех же художников, которым личная, дружеская близость заменяла программу и для кого объединяющим фактором являлся лежащий вне эстетики фактор нонконформизма, отстаивание свободы выбора и самопроявления вообще. Свобода как таковая выступала в роли всеобщего метаязыка, свобода же собственно творческая подчас оформлялась как свобода экспрессивного и своевольного жеста, – отсюда, как представляется, всеобщая завороженность Зверевым и отчасти Яковлевым; абсолютной метафорой ее была абстракция, в которой спорадически не пробовал себя разве что вовсе ленивый. Характерно и то, что здесь, за редкими исключениями, вовсе не в ходу была педагогика – даже в лианозовском кругу, где присутствовали старшие и младшие, никто никого не учил и никому не подражал (обратный пример – школа Белютина, она осталась в известной мере лабораторным проектом и значительных результатов не дала): в антитоталитарном процессе всеобщего освобождения исключались претензии на владение истиной, на «мейнстрим» и «верный путь».
Такой претензией – в параметрах искусства, призванного просвещать и «окормлять» гипотетического зрителя и уже оттого избегающего приватной «групповщины» в пользу широко понимаемого «мы», – был «суровый стиль», действительно сделавшийся репрезентативным для времени: так же и в словесности, и в кино, и в театре. Но для времени очень недолгого: похожие друг на друга как родные братья мужественные герои, выстроившиеся у «линии рампы», как-то быстро сошли на нет (кстати, у протагонистов данного движения именно эта стилистика обычно представлена не более чем одной-двумя вещами), хотя привычка к композиционному самопредъявлению осталась и проявилась в 70‑е, например в многочисленных «вечеринках» Татьяны Назаренко. Только теперь это были уже иные герои – задумчивые, загадочно молчащие; их подчеркнуто внебытовые жесты указывали на присутствие некоего символического подтекста. Плакатный, декларативно-риторический строй оказался не соприроден «смутным желаниям» новой русской картины: ей хотелось уйти от проповеди, от прямой речи к косвенной, хотелось сложности, культурной укорененности и всего того, что в иных кругах иронически именовалось «духовкой». Естественно, «левый МОСХ», сформировавшийся к 70‑м из разных потоков и по хаотической многослойности не уступавший андеграунду 60‑х (здесь были и мужчины «сурового стиля», и женщины «молодежной культуры» – Назаренко, Нестерова, Наумова и «дети Масловки»), объединялся, кроме общего вида апелляций к пластике и пластическим традициям, еще и особым отношением к принципиальной словесной «невысказываемости» картинного мира. Культ картины здесь имел оттенок тотальной «защиты рубежей», поскольку именно в это время начинается ее постепенное вытеснение из актуального поля. В чем, конечно, «повинны» концептуалисты, подвергнувшие сомнению презумпцию «образотворчества» в целом и пластические ценности в частности (как свидетельство личного присутствия автора, посягающего на создание образа). Но парадоксально симптоматика кризиса станковизма обнаруживалась и в деятельности «метафизиков» – странного коллективного сообщества авторов, ставящих во главу угла собственную штучность и незадействованность в коллективных играх и внутри андеграунда концептуализму враждебного.