Эбеновые рога тьмы

— Символы восстают. Символы падают, Халалхиво, — насмешливо бросил он, снова рванувшись в атаку.

Лёд раскололся в моих венах.

Эти слова…

Лезвие скользнуло по груди Роката, но мой истинный вновь впечатал его в камни. Затем он обхватил затылок мужчины и ударил его головой о своё колено.

Из него выплеснулось ещё больше рубиновой крови, когда он вывернулся из хватки Роката.

Но его движения стали медленными, неуклюжими.

На следующем ударе Рокат перехватил его кулак и вывернул. Раздался ещё один треск. Мужчина взвыл от боли.

— Не так быстро, как никчёмные убийцы, — процедил Рокат.

Вырвав серебряный клинок из руки мужчины, он перехватил его обратным хватом и вонзил ему в горло.

В грудь.

В живот.

И протащил.

Поток гранатовой крови залил его одежду. С отвратительным булькающим звуком несостоявшийся убийца рухнул на землю. Капюшон его плаща тоже сполз, открывая остекленевшие тёмно-бордовые глаза.

Рокат бросился ко мне, заметив, что рядом лежит и Киира.

— Ты в порядке?

— Со мной всё будет хорошо. Киира без сознания, — сказала я, и соль защипала глаза.

Рокат провёл костяшками пальцев по порезу на моей щеке, и я зашипела.

— Кроме этого. И плеча. Оно снова повреждено.

С его губ сорвалась череда ругательств.

— Я отнесу вас обеих в лечебное крыло.

Одним мощным движением он подхватил на руки свою кузину. Затем помог мне подняться на ноги. Меня качнуло, и всё моё тело дрожало, когда начал спадать ужас после нападения.

Когда я убедилась, что не рухну, то нашла меч Роката и подняла его.

А что, если где-то прячутся другие, готовые напасть, если их сообщник потерпит неудачу?

Он сделал два шага и остановился.

— Где, мать их, часовые?

— Их здесь не было, когда мы спустились, — сказала я слабым голосом.

Ярость, горячее вулкана, полыхнула по нашей связи.

— Полетят головы.

В этом я не сомневалась.

На ноющих, уставших ногах я последовала за своим истинным в лечебное крыло. Киира застонала, её голова безвольно качнулась.

— Рокат?

— Тш-ш, пока отдыхай. Я отнесу тебя к целителю.

Рокат обожал Кииру и, как и я, сделал бы всё, чтобы защитить её. Она сама сказала мне это во время нашего разговора на террасе дворца Дьёра.

И увидеть это сейчас заставило меня любить своего истинного ещё сильнее.

Рокат разбудил главного целителя, находившегося в лечебном крыле, чтобы тот занялся мной и Киирой. Уложив Кииру на смотровой стол, он занялся глубокой раной на затылке. Я сидела на краю стола, баюкая руку.

— Где она?

Рапп ворвался в помещение, его лицо было искажено тревогой.

— Да чтоб тебя, только не вздумай снова разорвать швы, — прорычал Рокат, перехватывая своего Хадвезера. — С Ассирией всё в порядке.

Однако, когда я всмотрелась в широко распахнутые от ужаса глаза Раппа, у меня возникло ощущение, что этот страх был вызван не только мной.

Мгновение спустя он нашёл нас, и его плечи опустились от облегчения.

— Я услышал ваши голоса. Нужно было убедиться, что с вами всё в порядке.

— Мы в порядке. Просто немного напуганы.

Киира подарила Раппу успокаивающую улыбку, но, похоже, это ничуть не ослабило его тревогу.

— Кто на них напал? — резко повернулся он к Рокату.

Гнев вибрировал во всём мускулистом теле моего истинного.

— Теперь он мёртв. Но действовал не один.

Пока главный целитель заканчивал работу с Киирой, Рокат быстро пересказал случившееся. Затем целитель подошёл ко мне и быстро осмотрел.

— Я могу нанести мазь на щёку, чтобы не осталось шрама. Плечо придётся вправить. Тебе дать что-нибудь закусить?

— Пожалуйста, — сказала я, готовясь к предстоящей боли.

Он принёс кусок дерева, и я открыла рот, чтобы он вложил его между моими зубами.

Киира села прямо и взяла меня за здоровую руку.

— Сжимай так сильно, как понадобится.

Я кивнула и глубоко вдохнула через нос.

— Три, два…

Хлопок эхом разнёсся по помещению.

Из моего горла вырвался приглушённый стон, а рука задрожала от того, как сильно я сжимала ладонь Кииры. Рокат резко обернулся, почувствовав через нашу связь грубое вправление.

Я выплюнула деревяшку.

— Я в порядке, — быстро сказала я ему.

Он и без того был на пределе после покушения, а мне очень нужно было, чтобы этот целитель меня вылечил. Он не смог бы этого сделать, если бы оказался мёртв.

— Выпей это, — сказал целитель, протягивая мне молочно-зелёный флакон.

— Что это? — спросила я.

Запах был отвратительным, и я попыталась сдержать рвотный позыв.

— Смесь пиума, мака и ивовой коры. Ты уже повреждала это плечо раньше, поэтому так легко травмировала его снова. Эта комбинация успокоит ткани вокруг него и поможет ему быстрее восстановиться. Послезавтра ты уже должна быть в порядке.

Рапп издал звук недоверия.

— Почему ты не давал это мне?

— Потому что в твоём случае это не подействует, — ответил главный целитель, используя чистую ткань, чтобы нанести мазь на мою щёку.

Закончив, он отступил на шаг и посмотрел на мужчин.

— Проследите, чтобы обе сегодня спали и завтра отдыхали. Особенно Верховная жрица. Её рана должна затянуться к утру, но внутренним ушибам потребуется больше времени.

Рокат медленно выдохнул, и его грудь опала.

— Спасибо.

Целитель лишь кивнул и принялся собирать свои инструменты. Затем, вздохнув, протянул ещё один флакон Раппу.

— Раз уж ты не спишь, лишняя доза не повредит.

Я фыркнула от смеха, когда Рапп выдернул пробку и залпом выпил содержимое.

Киира покачала головой, но тут же поморщилась.

— Наверное, пока лучше этим не двигать.

Она прижала ладонь к виску, и показался край её новой татуировки.

— Ого, а это что? — спросил Рапп, хватая её за руку и задирая рукав выше.

Киира широко улыбнулась ему.

— Символ. Коварный глаз.

Рокат наклонился и несколько мгновений изучал татуировку, после чего перевёл взгляд на меня.

— Это была твоя идея?

— Вообще-то нет, — ответила я, стиснув зубы и стягивая куртку с плеча, чтобы показать ему рисунок на моей коже прямо под его Меткой «H». — Жрицы хотели что-то, что будет обозначать, кто мы и что мы делаем.

Рокат подошёл и остановился передо мной, обхватив ладонью мою щёку. Его большой палец скользнул по букве H на моём запястье.

— Ты настоящий лидер, Ассирия.