Страница 27 из 102
Глава 11. Звезды, скалы и цена билета
Ночная пустыня Сиама оказалась не менее жестокой, чем дневная. Если днем песок обжигал, как раскаленная сковорода, то сейчас морозный ветер пробирал до самых костей, выдувая остатки тепла из наших легких туник. Тяжелый песчаный квадроцикл ревел, как раненый зверь, подпрыгивая на барханах. Я выжимала из него максимум, вцепившись изо всех сил в руль.
Сзади, на пассажирском сиденье, Мартин отчаянно держался за металлическую дугу одной рукой, а второй намертво прижимал к себе Лиа.
«Фаро, что по хвосту?» — мысленно запросила я, уворачиваясь от очередного скалистого выступа.
«Преследования не зафиксировано, капитан. Лагерь находится на расстоянии двадцати четырех километров. Судя по радиоперехватам, пропажу особи номер двадцать три и объекта Фольц еще не обнаружили. Лорд Ваи пребывает в фазе глубокого медикаментозного сна. Эффективность вашего препарата оказалась... Впечатляющей».
«Я бы назвала это "дозой для слона". Где эти чертовы горы?»
«Прямо по курсу. Дистанция — три километра. Рекомендую сбросить скорость, рельеф становится критически неровным».
Спустя десять минут черные, похожие на обломанные клыки скалы выросли прямо перед нами, перекрывая горизонт. Дальше ехать было невозможно: угол наклона стал слишком крутым, а песок сменился острыми каменными осыпями.
Я заглушила двигатель. Наступившая тишина показалась оглушительной.
— Приехали. Дальше пешком, — скомандовала я, спрыгивая на землю и забирая у Мартина одну из фляг с водой. — Нам нужно подняться на плато. Там активируем маячок и ждем транспорт.
Курсант кивнул, помогая девушке слезть с квадроцикла. Лиа держалась за руку Мартина как за спасательный трос.
Мы начали подъем. Сначала идти было легко, но вскоре тропа сузилась, петляя между глубокими расщелинами. Ночная тьма скрадывала очертания, превращая каждый валун в затаившегося монстра.
«Капитан, через сто метров развилка. Вам нужно взять правее, вдоль высохшего русла», — скомандовал Фаро, выводя на мою сетчатку зеленую стрелку.
Я дошла до развилки. Посмотрела направо: там чернел узкий, неприветливый провал, от которого веяло сквозняком. Посмотрела налево: более широкая, пологая тропа, мягко уходящая вверх. Моя интуиция вдруг настойчиво зашептала, что правый путь — это ловушка.
— Идем налево, — уверенно сказала я вслух.
«Капитан! Вы отклоняетесь от маршрута! — возмутился ИИ. — Плато находится на северо-востоке. Вы идете на северо-запад!»
«Фаро, там, справа, слишком узко. Если это логово какого-нибудь местного хищника, нам негде будет развернуться. Налево мы выйдем к той же вершине, просто в обход».
«Это не евклидова геометрия, капитан! Это горы! Там нет "в обход", там тупик!»
Я проигнорировала его вопли и уверенно повела свою маленькую группу по левой тропе. Через полчаса изматывающего подъема пологая дорога внезапно уперлась в абсолютно гладкую, отвесную скалу высотой метров тридцать.
— Эм... Агент Нова? — робко подал голос Мартин, тяжело дыша. — Мне кажется, здесь нет прохода.
Я молча стояла перед стеной, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
«Я же говорил, — голос Фаро сочился синтетическим сарказмом. — Ваш топографический кретинизм снова победил здравый смысл и спутниковую навигацию. Теперь нам нужно спускаться обратно. Мы потеряли сорок минут».
— Заткнись, — прошипела я сквозь зубы.
— Простите? — не понял Мартин.
— Это я не тебе. Разворачиваемся! Идем обратно до развилки.
Два часа мы блуждали по горному лабиринту. Я спорила с Фаро на каждом повороте. Из-за моей гибридной природы человеческий ген сыграл со мной злую шутку, практически полностью подавив ту часть мозга, которая отвечала за интуитивную пространственную ориентацию. Мой личный «топографический кретинизм» был настоящим проклятием, и, если бы не ИИ, выступающий в роли моего внутреннего компаса, генералы Флота в жизни не допустили бы меня к полевым миссиям.
В конце концов, сдавшись перед неопровержимой логикой Фаро и усталым сопением Мартина за спиной, я просто постаралась выключить свою вопящую об опасности ложную интуицию и пошла строго по зеленым стрелкам навигатора. Было сложно, все время тянуло свернуть с тропы, но я упрямо игнорировала эти позывы. Ощущалось это, как долгая задержка дыхания и попытки организма заставить меня дышать, то бишь свернуть. Сопротивляться им было очень тяжело. Все же какие-то инстинкты у моего второго генома были, в отличие от человека, у которого инстинктов нет уже несколько десятков тысячелетий.
Когда мы, наконец, вскарабкались на широкое, обдуваемое всеми ветрами каменное плато, небо на востоке уже начало сереть.
— Мы на месте, — выдохнула я, опираясь о ближайший камень и доставая из внутреннего кармана туники крошечный металлический цилиндр.
Я скрутила колпачок и нажала кнопку. Маячок коротко пискнул, мигнул синим светом и начал транслировать сигнал на зашифрованной частоте. Теперь оставалось только ждать.
Мы спрятались за крупными валунами, укрываясь от ледяного сиамского ветра. Лиа, измотанная страхом и ночным переходом, свернулась калачиком и почти сразу уснула, положив голову на колени Мартину. Сам курсант сидел прямо, напряженно вглядываясь в предрассветное, усыпанное чужими звездами небо.
Несколько минут мы сидели в полной тишине, нарушаемой лишь завыванием ветра, гуляющего между скал.
— Агент Нова... — наконец хрипло, вполголоса позвал Мартин, стараясь не разбудить спящую девушку.
— Для своих — просто Клео, — отозвалась я, не отрывая взгляда от горизонта. — А то от этого «агент» я чувствую себя покрытым пылью штабным генералом.
Курсант слабо, нервно улыбнулся.
— Клео... А кто за нами прилетит? — Мартин поежился от холода и с сомнением посмотрел наверх. — Флотские крейсера? Но ведь орбита Сиама наглухо закрыта. Любой наш транспорт с эмблемой Альянса собьют еще на подлете. Как нас вообще заберут?
Я усмехнулась, потирая замерзшие плечи.
— Флот здесь не пройдет, Мартин. За нами прилетит контрабандист. Пиратское судно.
Курсант вздрогнул и недоверчиво нахмурился.
— Пираты? Но как они сядут на планету, не вызвав подозрений?