Opus 1

— Будет странно, если счастливая пара станет вести себя словно незнакомцы, – откликнулся Герберт с той же невыразительностью. – Вы должны привыкнуть друг к другу, прежде чем разыгрывать обручённых.

Ева поболтала ногами в воздухе.

— Тебе не кажется, что это всё-таки как-то.. неправильно? Мы подгоняем происходящее под пророчество. Что ни говори, вряд ли Лоурэн подразумевала это.

— Как только пророчество становится известным, знание о нём уже меняет всё. А мы сейчас восстанавливаем то, что разрушила Айрес, – уверенно ответил некромант. – Полагаю, твоё убийство перечеркнуло естественный ход событий, если он и предусматривался. При других обстоятельствах Миракл вполне мог оказаться первым, кого бы ты встретила в Керфи. Лес, куда тебя выкинула прореха, неподалёку от его особняка. Он приютил бы тебя в своём доме вместо меня. – Герберт помолчал. – Полагаю, при таком раскладе вы бы быстро с ним поладили.

Глядя в его лицо, по которому разливалось почти мертвенное спокойствие, Ева решительно спрыгнула на пол:

— Вообще-то я ждала тебя.

— Зачем? Что-то случилось?

В вопросе прозвучало настороженное недоумение.

Ему действительно в голову не могло прийти, что он может быть ей нужен. Зачем-то помимо уроков, дел, помощи, меркантильных интересов. И если сейчас ему сказать «давай посидим, поболтаем» – он не поймёт. Не сможет.

Впрочем, Ева этого и не планировала.

— Понимаешь, дома я привыкла смотреть.. движущиеся картинки. Вместе с сестрой. А тут пробовала смотреть их одна, но поняла, что в одиночестве мне это делать тоскливо. – Глядя на него снизу вверх, Ева надеялась, что голос её звучит достаточно жалобно. – Ты побудешь со мной?

Ошалелость, мелькнувшая в глазах напротив, стала лучшей наградой её актёрскому мастерству.

— Это поддержит здоровье моей психики, – очень серьёзно добавила Ева. – А со здоровой психикой моё обучение.. и всё остальное.. будет куда продуктивнее. Сам понимаешь. – Она прижала сомкнутые ладони к губам. – Ну пожалуйста, ты мне очень поможешь!

Следующие секунды она наблюдала за спектром эмоций, сменяющихся в его лице, пробивших отстранённость, за которой он так старался закрыться. Недоверие. Подозрение. Затем что-то похожее на понимание.

Затем что-то похожее на печаль.

Герберт разомкнул губы, глотнул воздуха для ответа – и не ответил. Опустив взгляд с её ресниц на щёки, вновь собрался что-то сказать – и не сказал.

Прикрыв глаза, выдохнул, будто перед прыжком в пропасть.

— Ладно, – произнёс он. По интонации Ева поняла: сперва он собирался ответить совсем не это. – Побуду.

Без лишних слов ухватив его за руку, она поволокла некроманта в комнату.

— Ложись рядом, – велела Ева, закрыв дверь и завалившись на застеленную кровать. Планшет с присоединенной док-станцией ждал в изножье. – Или садись, но так, чтобы видеть экран. Хотя лежать удобнее.

Герберт посмотрел на неё. На постель. На планшет, вспыхнувший пёстрым глянцем экрана, пока Ева химичила сразу с двумя плеерами.

На низкий столик, который Эльен услужливо поставил рядом с кроватью: там ждало то, что Ева просила у призрака ещё днём, – а вечером, пока братья вели приватную беседу, велела принести в свою спальню.

— Это что? – сказал некромант, изучая большую глиняную кружку и керамическую миску, куда с горкой навалили вкусное содержимое.

— Чай. То есть фейр, который ваш местный чай. И печенье. – Ева безмятежно болтала согнутыми ногами, лёжа на животе. – Эльен сделал, я его попросила.

— Я знаю, что это. Зачем оно здесь?

— На время просмотра обязательно нужен чай. И печенье. Без этого совсем не то.

— Есть нужно в столовой, а не в постели.

— В том-то и кайф печенья в постели. То есть.. удовольствие. – Она нетерпеливо повернула голову. – Послушай, считай это моим священным ритуалом. Боги аниме требуют, чтобы просмотр сопровождался поеданием и распиванием чего-нибудь вкусного. Поскольку я есть не могу, это придётся делать тебе.

— Боги аниме?

— Так называется то, что мы будем смотреть. Вид движущихся картинок. Аниме.

— У них есть боги?..

— И богини. Они могут показаться милыми, но на самом деле очень грозные. А ещё у них часто кошачьи уши и лисьи хвосты. – Ева непререкаемо указала на покрывало рядом с собой, откуда Герберт без труда смог бы дотянуться до чашки. – Иди уже сюда!

Он опустился на кровать так, точно под ним было стекло. И, естественно, сел, не лёг. А Ева понадеялась, что не ошиблась с выбором. Вещи в современном антураже Герберт с ходу вряд ли оценит; «Игра престолов» ему наверняка зашла бы, но на планшете у Евы был только седьмой сезон, от которого она то и дело плевалась ядом, и в отрыве от предыдущих он вряд ли будет понятен. Зато Ева пока не встречала человека, которому не понравился бы «Ходячий замок», и уповала, что некромант не станет первым исключением.

В конце концов, не зря же она убила сегодня почти весь день, решая проблему с языковым барьером. И пусть за сегодня Ева посмотрит «Замок» уже второй раз (первый случился, пока она записывала перевод, зачитывая на диктофон мелькающие на экране субтитры), эту вещь она могла пересматривать бесконечно.

— Не пугайся, когда услышишь там мой голос, – на всякий случай предупредила Ева. – Придётся смотреть в моей озвучке, чтобы тебе было понятно. Надеюсь, ты мне простишь огрехи, я не профессиональный переводчик.

— Я рад, что ты считаешь меня дикарём, способным испугаться говорящего предмета, но в нашем отсталом магическом мире есть артефакты, запоминающие и воспроизводящие голоса. К тому же ты далеко не первая пришелица из иномирья, а рассказывать о «чудесах» вашего мира твои предшественники не скупились. Что ещё за озвучка?

Тем лучше. Значит, поезда, самолёты, трамваи и бомбы его тоже не удивят.

— Ты ведь не знаешь нашего языка. Я записала перевод на керфианский. Он будет звучать вместе с картинками. – Хвала планшету, на котором можно включить два плеера одновременно. Ну и переводческой магии, которая позволяла керфианцам понимать её речь даже в записи: Ева успела протестировать результат на Эльене. – Только лучше не прерываться и не ставить на паузу, потому что синхронизировать это дело очень сложно.. Готов? И печенье возьми!

Дождавшись его кивка, она щёлкнула на кнопку «play» в одном проигрывателе, чтобы тут же развернуть другой.