Страница 39 из 76
- Джуния, - выдохнул Тайен. - Надо... вернуться...
- Вернемся, кэп. Обязательно вернемся. А пока лежите.
Тайен закрыл глаза, чувствуя, как его несут на носилках, импровизированных из копий и плащей. Каждый шаг отдавался болью во всем теле, но он молчал, сжимая зубы.
- Он бредит, - услышал он голос Эрика. - Все зовет ее.
- Пусть зовет, - ответил Люк. - Главное, чтобы донесли.
В голове Тайена мешались явь и бред. То он видел джунгли, испанцев, кровь на траве. То вдруг оказывался на Сантьяго, на берегу, а Джуния бежала к нему, смеясь и плача одновременно.
- Джуния... - шептал он. - Я вернусь... я обещал...
- Вернетесь, кэп, - тихо говорил Джайлс, шагая рядом. - Мы вас донесем. Вы только держитесь.
Вокруг шумели джунгли, кричали обезьяны, перекликались птицы, а они все шли и шли, унося раненого капитана к морю, к кораблю, к дому. К ней.
Два дня они пробирались через джунгли. Тайен то приходил в себя, то снова впадал в беспамятство, метался в жару, звал Джунию, Ричи, иногда - Франсуа, иногда - мать. Люк менял повязки, Джайлс отгонял москитов, Эрик нес носилки, меняясь с другими. Симарроны вели их самыми короткими тропами, зная, что от скорости зависит жизнь белого вождя.
- Кэп, вы только не умирайте, - бормотал Джайлс, шагая рядом. - Вы мне еще корабль обещали. Помните? Я все жду, когда вы скажете: «Джайлс, теперь ты капитан». А вы молчите. Нечестно.
Тайен слышал это сквозь жар, сквозь боль, сквозь бред. И улыбался в беспамятстве.
На третьи сутки они вышли к берегу. «Амфитрита» ждала их в условленном месте, покачиваясь на волнах. Матросы, увидев носилки, бросились к ним.
- Кэпа ранили! - крикнул Люк. - Готовьте каюту! Живо!
Тайена подняли на борт, уложили на койку в капитанской каюте. Люк сам промыл раны, зашил, перевязал. Джайлс стоял рядом, подавая то бинты, то воду, то ром.
- Выживет? - спросил он шепотом.
- Должен, - ответил Люк. - Крепкий он. И ему есть ради чего жить.
«Амфитрита» подняла паруса и взяла курс на Сантьяго. В каюте, на узкой койке, метался в бреду Тайен. Джайлс сидел рядом, меняя мокрые тряпки на его лбу.
- Кэп, - тихо говорил он. - Мы плывем домой. К мисс Джунии. Вы только держитесь.
- Джуния... - шептал Тайен в ответ. - Иду... я иду...
А на Сантьяго, на берегу, каждый день стояла женщина и смотрела на море. Джуния вглядывалась в горизонт до рези в глазах, надеясь увидеть знакомый силуэт корабля. Ричи бегал рядом, собирал ракушки, но то и дело подходил и спрашивал:
- Тетя Джуния, папа скоро вернется?
- Скоро, малыш, - отвечала она, гладя его по голове. - Очень скоро.
- Тим с «Элизабет» возится, - сообщил Ричи. - Говорит, скоро совсем починит.
- Хорошо, - улыбнулась Джуния, хотя мысли ее были далеко.
Она смотрела на море и ждала. Ждала своего мужчину. Ждала отца своего сына. Ждала, надеясь и боясь.
Ветер надувал паруса где-то там, за горизонтом, унося к ней раненого, но живого Тайена. А она стояла и ждала. Потому что больше ничего не оставалось. Только ждать и верить.