Страница 57 из 60
— Элен... Это ведь из-за меня он разбился. Прости, — смотрит она мне в глаза с искренним сочувствием. — Выходит, из-за меня ты всю жизнь...
— Ты ведь не специально, — успокаиваю я её. — Да и вообще... Меня тогда в детстве больше задело, что ты убежала, оставив меня одну, и не извинилась.
Сказала. Это то, что было на душе у Элен, то, что дало начало её ненависти к Лире. Думаю, лучше прояснить это всё сразу.
— Прости. Я тогда рассказала всё взрослым, позвала на помощь, и мой отец сразу забрал меня домой. Твой ушёл к тебе, он был очень зол. Я испугалась и постаралась забыть это всё. И отбросила эту гадость в твою сторону я не специально. Даже не знаю теперь, как загладить вину.
Лира опускает голову и замолкает. Сандр сжимает её ладонь, чтобы поддержать. Совсем как Блайд — мою.
Вот как. Лира тогда попыталась исправить ситуацию. Да и что она могла сделать? Она сама тогда мало что знала о магии, а если бы полезла на помощь, пострадала бы сама.
— Лар Деларис наверняка хотел, чтобы из-за этого артефакта пострадал кого-то из Манур, — говорю я. — Если кто-то и виноват, то это он.
— Деларис хотел убить кого-то из Манур, а не просто проднас... насолить, — вставляет Блайд и поворачивается ко мне. — Твоя магия жизни вошла в равновесие с тьмой. Они гасили друг друга, вот и получилось так, что ты не могла использовать магию. Но если бы не твоя сила, то тьма поглотила бы тебя полностью.
Ого. Я не думала, что всё было настолько опасно. Лар Деларис уже тогда планировал избавиться от Хранителей?
— Какой ужас, — говорит Лира.
— В тот раз он, видимо, решил, что артефакт не сработал как надо, — продолжает Блайд. — А потом не связал тот факт, что у дочери нет магии с тем фактом, что она чуть не погибла из-за тьмы. Даже удивительно, как человек с такими весьма средними умственными способностями столько лет водил нас за нос.
Я хмыкаю, а на лице Сандра проскальзывает улыбка.
— Я подозревал его, но доказательств не мог найти довольно долго, — заканчивает Блайд. — Его секрет в том, что почти всё он делал чужими руками, не гнушаясь использовать собственных детей. Расскажешь про метку, Элен?
Он спрашивает мягко, поглаживая мою ладонь. Я благодарно улыбаюсь Вегарду.
— Там рассказывать толком нечего. Стоило мне взбрыкнуть и сказать отцу... Лару Деларис, что я не стану исполнять его приказы, как он поставил на меня метку послушания. Всё это для того, чтобы я добилась брака с ларом Краншем любой ценой.
Лира ахает, прикрывая рот ладонью. Сандр сжимает кулаки так, что костяшки белеют.
— А я думал... — он осекается, виновато глядя на меня. — Простите, эли Элен. Я считал вас расчетливой стервой, а вы были жертвой, — он склоняет голову. — Я подыгрывал в этой игре для того, чтобы вывести вас на чистую воду. Думал, вы связаны с теми, кто устроил покушение на короля. Только вы знали, где он будет в тот день.
— Тогда, в саду, не только я слышала слова королевы, — вспоминаю я то, что “показала” мне Элен. — Кара тоже была там. Она подслушала разговор и передала его отцу.
Сандр медленно кивает.
— Это многое объясняет. Теперь с показаниями Адриана и этим фактом мы сможем полностью очистить ваше имя, Элен. И засадить Делариса надолго.
— Но зачем ему всё это? — задаётся правильным вопросом Лира. — Зачем лару Деларис избавляться от короля, зачем заставлять свою дочь выйти замуж за моего мужа?
— С королём очевидно — он в курсе всех секретов о Хранителях и о Вратах, он посылает людей к тёмным Вратам, он же держит на контроле расследование по Братству Тени, — рассказывает Блайд, глядя на Сандра. — А в процессе... Лар Кранш уже наверняка подозревает, что он один из пропавшего рода Хранителей тёмных Врат. Деларису нужна была эта сила, а её можно было бы забрать через магию брачной связи.
— Кажется, нам предстоят долгие разговоры, а ещё обмен всей информацией о хранителях, — качает головой Сандр. — Пока всё это трудно уложить в голове. Если бы сам не видел вашу магию, не поверил бы.
— Я тоже не могу поверить, — добавляет Лира. — Сегодня мы едва выжили, но остановили очень опасного человека. Паука, в чьей паутине барахтались всё это время.
Мы замолкаем. Сандр и Лира переглядываются. Им предстоит долгий разговор, но теперь между ними нет стены из тайн. Интересно, моя попытка донести до Сандра, что скрывать всё от жены — плохая идея, хоть немного помогли им?
— Пойдём, — шепчет мне Вегард. — Тебе нужно подышать воздухом.
Под этим предлогом выходим на веранду. Отсюда слышно море, и плеск волн звучит успокаивающе, смывая остатки пережитого ужаса.
Вегард разворачивает меня к себе. Он выглядит уставшим, но счастливым.
— Ты спасла меня, — тихо говорит он. — Спасибо.
— Мы спасли друг друга, — поправляю я, кладя ладони ему на грудь. — Ты же говорил, что не делишься своим. Вот я и решила... не отдавать тебя смерти.
Он смеется — тихо, бархатисто.
— Элен Деларис, ты самая невозможная, упрямая и невероятная женщина из всех, кого я знаю. Ты перевернула мой мир, мои планы и мою душу.
Он берёт мои ладони в свои и крепко сжимает.
— Я думал, что никогда не полюблю аристократку. Не люблю людей из знати. Вечно тыкали мне тем, что я внебрачный ребенок, словно я виноват в этом. Но ты совсем иная. С тобой я могу пойти и на званый ужин во дворец, и на тайную сходку бандитов. И просто прогуляться по улицам.
Ещё бы, я другая. Росла в другом мире, но сейчас мне кажется, что это к лучшему. Словно так и должно было произойти, чтобы мы оба могли заинтересовать друг друга и в итоге полюбить. Когда-нибудь, наверное, я даже признаюсь в этом...
— Но, несмотря на то что я не очень люблю своего отца, думаю, кольцо с фамильным бриллиантом Блайдов подойдёт тебе как никому другому. Как только мы доберемся до дома, я надену тебе его, если только ты...
Он смотрит мне прямо в глаза, и в его взгляде я вижу искреннюю любовь и нежность. Аж дыхание перехватывает: мне кажется, я всей своей душой ощущаю его чувства. И мои резонируют с ними.
— Ты выйдешь за меня? Станешь моей женой, моим постоянным сообщником, моим счастьем?
Глава 51
А потом меня закручивает круговорот разных дел. От дачи показаний против отца до нескольких приемов, на которых ко мне подлизываются так, будто это не меня еще несколько дней назад называли бессовестной разлучницей. Теперь меня восхваляют как героиню и считают необходимым подчеркнуть, что они бы точно так же поступили. Ну, если бы вдру-у-уг...