Страница 28 из 60
— О том, что женщины тоже люди. Знаете, самостоятельные такие, умеющие мыслить и чувствовать. И решать за себя мы тоже хотим сами, — продолжаю я тираду, уже не понимая, про себя я или про то, что Лире было бы лучше знать обо всем. — Даже если нам хотят “как лучше”, нам не нравится чувствовать себя карманными собачками или марионетками.
— Карманными... кем? — сведя брови, спрашивает Сандр.
— Ой, да не важно! — отмахиваюсь я, понимая, что увлеклась. — Подумайте об этом, лар Кранш. В разрезе вашей жены, естественно. А я пошла. Что-то не хочется мне уже гулять.
Я разворачиваюсь и ухожу вдоль берега в сторону города. Сандр пытается меня окликнуть, но я делаю вид, что не слышу. Будем надеяться, что метка не расценит это как отказ от приказа “добиться Кранша”.
Ну вот что я так завелась? Меня Сандр еще в процессе чтения книги бесил вот этим его “ей лучше не знать” или “так будет лучше для нее”. А просто открыть рот и обсудить с женой было слабо!
Вот пусть теперь подумает немного, может, и придет ему в голову какая мысль гениальная.
Дорога домой оказывается короткой, потому что я слишком раздражена и больше концентрируюсь на крутяшихся в голове мыслях, чем на том, что происходит вокруг. Я почти сразу иду на кухню и готовлю ужин: меня же оставили без бутербродов, а одним яблоком сыт не будешь. Поэтому мой желудок настойчиво напоминает мне, что надо бы подкрепиться.
От приготовления вкусного риса меня отвлекает стук в дверь. Сандр решил, что не обо всем у меня спросил? Или не все понял?
Но… Говорят, что как день начнешь, так его и закончишь! На пороге снова стоит Блайд. Только булочек нет, зато есть наглый вопрос:
— А что у нас сегодня на ужин?
Глава 26
— У нас? — переспрашиваю я.
— Да, дорогая, — подмигивает генерал и делает шаг ко мне.
Мы оказываемся довольно близко. Я не хочу уступать. Но именно это и становится ошибкой: когда он вот так, рядом, я чувствую тепло его тела и вдыхаю аромат чёрного перца, выделанной кожи и бергамота, то и спорить уже как-то не хочется.
— У нас пока ничего не готово, — беру себя в руки и поджимаю губы. — Раз так хотите поужинать, надо поработать на кухне. Других вариантов нет, лар Блайд.
Разворачиваюсь и возвращаюсь на кухню, не сомневаясь, что генерал последует за мной. Раз уж пришёл, вряд ли откажется, тем более по дому уже распространяется довольно приятный запах приправ и риса.
— И как именно мне придётся… потрудиться? — низким, мурлыкающим голосом спрашивает Блайд.
Я как раз подхожу к аналогу нашей плиты, работающего на артефактах подогрева, чтобы проверить рис. Генерал подходит сзади и заглядывает мне через плечо, шумно вдыхает воздух и выдыхает с тихим “м-м-м”. По телу пробегают мурашки, а я заставляю себя думать, что всё дело в натуральных приправах, дающих такой аромат.
— Гарнир почти готов, — веду я плечом, намекая, что Блайд слишком близко. — Я не рассчитывала на ещё одного человека, так что на вас рыба. Почистите её. Потом надо будет нарезать хлеб и можно заварить чай.
С грустным вздохом генерал отходит от меня, но не спорит. Выдаю ему рыбу, обложенную артефактами холода, и нож. Сама берусь за лёгкий салатик.
— Да, в последний раз я чистил рыбу, когда на наш отряд напали тролли, мы свалились в речку, и какая-то скользкая плотва забралась мне за шиворот. Не повезло ей.
Блайд рассказывает истории из своего прошлого, когда он служил в регулярной армии. Я слушаю с неподдельным интересом, потому что невольно узнаю больше об этом мире. Да и язык у Блайда подвешен.
— Цель достигнута, — по-военному отчитывается он, когда заканчивает с хлебом. — В этот раз я накрою на стол.
Неожиданно. Я, разумеется, не возражаю, а в ожидании иду и сажусь за стол. Генерал и правда накрывает, сервирует, но есть нюанс. Маленький такой. Передо мной стоит обычная тарелка с нормальной порцией, а перед генералом — целое блюдо, в которое генерал не поскупился положить сколько хочет.
Я выразительно смотрю на Блайда, но решаю не комментировать это.
— М-м, вышло неплохо, — говорит он, попробовав. — Как вам ощущение свободы, эли Деларис? Вдали от вашего отца наверняка и дышится легче?
— А вы хорошо знаете моего отца, — хмыкаю я.
И, похоже, они друг друга недолюбливают. Может быть, мне этим как-то воспользоваться?
— Не так хорошо, как вы, — в тон мне отвечает генерал. — Он для меня остаётся тёмной лошадкой.
— Вы для него тоже.
— Хотелось бы мне знать, что у него на уме. Но… не выходит.
— Он озадачен тем же вопросом относительно вас, насколько я поняла, — меня начинает забавлять наш разговор. — Может, вам надо просто пообщаться побольше?
— Не выходит. Лар Деларис не жаждет водить со мной дружбу. А подслушивающий артефакт хоть и удалось подложить к нему в кабинет, но так и не удалось забрать, чтобы прослушать. Когда был шанс, на меня упали вы. Не то, чтобы я жаловалась, сейчас я даже доволен сложившимися обстоятельствами… Но сам факт.
Я забываю про еду и замираю с приподнятой вилкой. Так… Он только что прямо мне сказал, что некая своя вещь, которую он хотел забрать из кабинета моего отца, была “жучком”? Вот прям тайну выдал?
— А вы, кстати, что там делали в тот вечер? — продолжает генерал.
— Пряталась в шкафу, — называю я самое яркое воспоминание.
— Оригинально.
Задумываюсь о том, что стоит рассказывать Блайду, а что пока нет. Решаю не слишком рисковать.
— Я просто хотела кое-что посмотреть тайком от отца, но он уже застал меня в кабинете. А потом запер. Вот и пришлось прыгать, — пожимаю я плечами как можно беззаботней.
Генерал словно ждёт продолжения, но его нет. Я жую рыбу, делая вид, что очень сосредоточена на этом. Никаких подробностей о том, что я хотела найти доказательства его злодейств, раскрывать не буду.
— Вообще, отец предупреждал меня, чтобы я держалась от вас подальше, — всё же решаю открыться ещё немного и. — Но не думала, что настоящая опасность, исходящая от вас, состоит в том, что мне приходится делиться с вами едой.
И брат тоже предупреждал, но об этом я молчу, чтобы не подставлять его. Блайд ведь непосредственный начальник Адриана, насколько я поняла.
— Я же помог готовить, — смеётся генерал. — И развлекаю вас этим скучным вечером разговорами. Вы против?
— Совсем нет, разговоры интересные. Только вот отец точно не находил ваш артефакт. Реакция была бы другой, — вспоминаю я. — А вы говорите, не удалось прослушать…
Качаю головой, с лёгким укором глядя на генерала. Ведь врал же?