Страница 70 из 94
— Долго еще планируешь нас мучить? — мурлычет Лили, скользя ладонью по моим плечам. Одно плавное движение ее бедер – и я до скрипа стискиваю зубы, сдерживая рвущуюся дрожь. — После произошедшего в оранжерее прошло больше недели. У нас было целых три свидания.
Сквозь пелену желания мысли ворочаются с трудом. Эта девушка значит слишком много, и я обязан убедиться, что потом мы ни о чем не пожалеем.
Но кто сказал, что я не могу подарить ей хотя бы немного разрядки?
Я снова целую Лили, на этот раз требовательнее, и невольно улыбаюсь, поймав губами тихий стон. Кожа под пальцами пышет жаром. Обжигает ладони и губы, но мне хочется еще больше пламени.
Ухватив Лили за бедра, я резко меняю нас местами. Она лукаво улыбается, оказавшись подо мной на диване. Ткань легкого сарафана задирается к самой талии, дразняще обнажая бледные, усыпанные веснушками бедра.
Я спускаюсь поцелуями по шее, оставляя влажный след на ключице.
— Ладно, — хрипло выдыхаю я, скользя ладонью вдоль ее тела. Легонько задеваю затвердевший сосок, и Лили награждает меня прерывистым вдохом. — Давай-ка проверим...
— Хейден... — судорожно вцепляется она мне в плечи, наконец сообразив, куда направляется рука.
— М-м? — я пропускаю мимо этот слабый протест и смело задираю подол сарафана. Кожа над кромкой трусиков мягкая, словно шелк. Я слегка оттягиваю кружево, без труда скользя пальцами ниже, к дразнящей, влажной теплоте.
С губ Лили срывается тихий стон, и я невольно расплываюсь в улыбке. Густой румянец на ее щеках великолепен.
— Не обманула, — шепчу я, неспешно лаская ее пальцами; стоит скользнуть внутрь, как меня вознаграждают очередным прерывистым вдохом. — Ты и правда горишь от нетерпения.
Лили трется лицом о мою шею, судорожно извиваясь. Становится сложнее сосредоточиться на ласках, пока до меня наконец не доходит, к чему она пытается прикоснуться. Я слегка отстраняю бедра, и Лили издает разочарованный вздох.
—
Пожалуйста
.
Когда ее горячее тело прижимается ко мне, на связный ответ требуется пара мгновений. Но Лили слишком дорога. Я обязан убедиться, что потом мы ни о чем не пожалеем.
И одурманенный желанием мозг выдает эту мысль вслух.
— Никаких сожалений, — жарко шепчет она. — Ни единого. Хейден, я хочу тебя.
Видит Бог, я тоже желал ее всю жизнь – с той самой секунды, как впервые увидел, и буду желать до последнего вздоха. Лили – предел всех моих мечтаний.
— Хорошо, милая, — хрипло отзываюсь я, ритмично двигая пальцем. — Переберемся-ка в постель, и я как следует тобой займусь.
Лили ничуть не возражает, когда я подхватываю ее на руки и несу в спальню, к огромной кровати. Она лишь еще теснее льнет ко мне.
— Наконец-то.