Темноглазый дьявол

Паркер выглядит слегка смущенным.

— Извини. Я имел в виду... забей.

— Я скажу Гэри, чтобы он посмотрел.

— Спасибо, чувак.

— Пустяки.

Он врубает олдскульный рок, пока мы катим по широким, обсаженным деревьями улицам Парадайс-Шорс в сторону гавани. Я работаю на одном из рыболовецких судов, отходящих от местной пристани, и порой торчу в море по несколько дней подряд. Работа тяжелая, но платят за нее прилично. Паркер же работает инструктором по парусному спорту в яхт-клубе, поэтому почти каждый день мы ездим вместе. Отличная летняя подработка.

А еще это означало, что мне не нужно видеться с Лили.

Не то чтобы она не избегала меня после той вечеринки. В первую неделю я из кожи вон лез, чтобы просто поймать ее взгляд, цепляясь за любую возможность оказаться там, где она могла меня заметить. Рубиться в приставку с Паркером прямо напротив ее комнаты? Сделано. Но она ясно дала понять, что ей нужно пространство, а я хотел, чтобы она была счастлива, поэтому оставил ее в покое.

Вот только я думал, что ей понадобится пара дней, ну, максимум неделя. А не больше

месяца

. Внезапное исчезновение Лили из моей жизни ощущалось как черная дыра внутри, жадно поглощающая весь свет.

Паркер увлеченно рассуждает о тонкостях нахлыстовой рыбалки, как вдруг замолкает.

— Ты меня вообще не слушаешь, да?

— Еще как слушаю, — отзываюсь я. — Насаживаешь приманку на крючок. Забрасываешь. Ловишь рыбу. Видишь?

Он фыркает, не сдержав смех.

— Извини. Знаю, что это нудятина. Просто мне нужно... В следующие выходные отец берет меня с собой, и я вроде как помешался на подготовке.

— Да без проблем, — говорю я. У каждого из детей Маршанов свои, довольно непростые отношения с отцом. В каком-то смысле мистер Маршан кажется глыбой, возвышающейся над самой жизнью: с этими его холодными глазами и спокойной, размеренной речью. Он вкладывает миллионы в строительные проекты и редко бывает дома. А когда бывает... Я знаю, что впечатлить его практически невозможно.

Поэтому понимаю, почему Паркер так из кожи вон лезет. Должно быть, это классное чувство – иметь стандарты, которым хочется соответствовать.

— Кстати, между тобой и Лили что-то стряслось?

—

Чего

?

— Слушай, я не мог не заметить, что вы в последнее время почти не общаетесь. Все нормально, я без претензий. Вы никогда не были прям лучшими друзьями, просто решил спросить.

Несмотря ни на что, мне хочется рассмеяться. В этом весь Паркер: спохватился спустя месяц, да еще и сделал в корне неверные выводы.

— Нет, все путем. Все нормально. Не парься.

— Да я и не парюсь. В основном потому, что уже поговорил с ней.

— Оу?

Он бросает на меня насмешливый взгляд – достаточно долгий, чтобы мне захотелось посоветовать ему смотреть на дорогу.

— Ага. И она сказала то же самое. Так что я точно знаю, что вы из-за чего-то поцапались. Ваши показания слишком уж подозрительно сходятся.

— Может быть.

Паркер вздыхает.

— Слушай, она моя младшая сестренка. Просто следи за тем, что делаешь, идет? Даже если она бывает капризной или раздражающей – а она иногда умеет, – ты все равно должен быть с ней помягче.

Я стискиваю зубы.

— Конечно. Принято.

— Вот и славно, — он делает музыку погромче и начинает насвистывать: братский долг выполнен. Уже не в первый раз я начинаю его немного ненавидеть. За эту привилегированность, за неосведомленность и беспечность. Но это чувство проходит, как и всегда. Я в неоплатном долгу перед ним за его дружбу и за то, что принял меня. Не говоря уже о том, что он бьет в самую точку.

Мне и вправду нужно следить за собой рядом с Лили. Даже если, судя по тому, как складываются дела, я вообще вряд ли буду часто находиться рядом с ней.

Вечером того же дня я иду из гавани пешком. Путь неблизкий, и тело ломит после дня, проведенного за вытягиванием сетей, но Паркер закончил пораньше и уже уехал домой. К тому же я совсем не хочу, чтобы он путался под ногами, пока я буду заниматься следующим делом.

Через неделю вечеринка в честь восемнадцатилетия Лили. Грандиозное событие этого лета – гвоздь светского календаря Маршанов. Элоиза Маршан арендовала шатер, наняла официантов, кейтеринг... в общем, все по высшему разряду. Генри и Риз возвращаются домой на лето, и особняк будет забит под завязку.

Лили в равной степени и с ужасом ждала этого дня, и предвкушала его.

Я только с ужасом ждал – этот дом будет переполнен снобскими друзьями семьи и родственниками. Но я знаю, что для нее это важно. Как и для всей ее семьи.

В Парадайс-Шорс нет нормального торгового центра, зато есть небольшой ювелирный магазинчик. Ничего сверхъестественного, но я видел у них в продаже браслеты с шармами: от ракушек до единорогов и крошечных Эйфелевых башен. Уверен, ее мать или бабушка назвали бы подобное безвкусицей.

Но мне кажется, если удастся подобрать правильную комбинацию фигурок, этот браслет сможет сказать то, что я сам произнести не в силах.