Страница 29 из 94
Но когда он открывает рот, его голос хлещет как кнут:
— Между нами никогда не будет никакого «мы».
Ну и отлично.
Я прекрасно понимаю, когда мне не рады, и больше не собираюсь сносить унижения от Хейдена Коула. С меня хватит.
Схватив бутылку виски, я отбрасываю назад выпрямленные волосы и встаю с дивана. Нужно найти Джейми и убедиться, что у нее все в порядке.
— Как знаешь, — бросаю я.
Рука Хейдена взметается с молниеносностью змеи и перехватывает мое запястье.
— Ты куда?
Я стряхиваю его пальцы.
— Танцевать. Пить. Разве не этим занимаются на тусовках?
Он проводит пятерней по волосам. Сейчас я в упор не вижу того Хейдена, которого знала – не здесь, не в этом прокуренном доме.
— Черт, Лили, тебе обязательно здесь торчать? Ты не можешь просто уйти домой? Я понимаю, если ты не хочешь делать это ради Паркера, но не могла бы ты сделать это ради меня?
Его просьба бьет под дых.
— Если я не стану делать этого ради родного брата, с какой стати мне делать это ради тебя?
Хейден молчит, просто сверля меня своим тяжелым, осуждающим взглядом.
— Пойду найду Паркера. А ты иди веселись со своей девчонкой. Как там ее? Блэр? Или Белинда?
Не дожидаясь ответа, я сбегаю из гостиной и ныряю в толпу разгоряченных тел.
— Это неправда.
— Еще какая правда, — фыркает Джейми. — Откуда, по-твоему, у команды по водному поло такое финансирование?
Паркер мотает головой.
— Потому что мы хорошая команда. Я бы даже сказал, отличная.
— Настолько отличная, чтобы отгребать сорок процентов всего школьного бюджета на спорт?
Я закатываю глаза. Джейми глубоко ушла в режим журналистского расследования – что обычно меня восхищает, – а Паркер погрузился в свою, неизвестно какую по счету, банку пива. Сочетание так себе. Они спорят уже полчаса.
Тернер небрежно закидывает мне руку на плечи и наклоняется, чтобы прошептать на ухо:
— Прям ремейк боя Али и Фрейзера.
— Ставки делать будем?
Он посмеивается.
— Стоило бы. А можем просто свалить отсюда.
В животе порхает нервная дрожь. Я прекрасно понимаю подтекст – что он на самом деле предлагает. Учитывая его репутацию, дело как минимум закончится поцелуями, а то и чем похуже. Хочу ли я этого?
Он довольно милый.
Но он не Хейден.
Что я вообще здесь делаю?
Я улыбаюсь и мягко отстраняюсь от него.
— Давай лучше потанцуем.
Тернер добродушно кивает.
— Веди.
Мы присоединяемся к остальным на импровизированном танцполе Тернера. Из колонок грохочет музыка, басы бьют по мозгам. Мы танцуем друг напротив друга, дурачимся и улыбаемся. Тернер по-хозяйски обхватывает меня за талию, и я отвечаю улыбкой, пытаясь понять, нравится мне это чувство или нет. Вся эта обстановка... для меня все в новинку.
Тернер раскручивает меня, и я вижу Хейдена. Он пробирается прямо через танцпол. Работает плечами, как ледокол, расталкивая людей и даже не оборачиваясь.
Я придвигаюсь ближе к Тернеру и смотрю Хейдену прямо в глаза. Я не делаю ничего плохого. Он сам сказал, что мы не можем быть
вместе
.
Он подходит к нам.
— Здорово, — расплывается в улыбке Тернер. — А мы тут...
Хейден тяжело опускает руку ему на плечо и склоняется к самому уху. Я пытаюсь разобрать слова, но музыка орет слишком громко, а говорит он слишком тихо. Единственное слово, которое я улавливаю – «брат».
Тернер виновато улыбается мне и подмигивает.
— Пардон. Попытка не пытка, да?
Я вяло киваю и смотрю, как он растворяется в толпе. Мы остаемся вдвоем с Хейденом. Он сверлит меня слегка прищуренным взглядом.
— И что ты ему сейчас сказал?
— Ничего такого, чего бы он не знал.
— И что это должно значить?
— Просто напомнил, что твои братья по головке его не погладят, если он полезет к тебе.
Я скрещиваю руки на груди.
— А ты у нас кто, их вышибала? Цепной пес?
У него дергаются скулы.
— Вроде того, полагаю.
Он напряжен как струна, но и я тоже. У меня больше нет сил быть понимающей и рассудительной. Я в бешенстве, я устала и в данный момент вообще не понимаю, кто стоит передо мной.
— Ты сделал это не ради Паркера. Ты сделал это ради себя, и ты чертов лицемер.
Глаза Хейдена сужаются, но он молчит.
— Нечего сказать в свое оправдание? — я краем сознания понимаю, что говорю слишком громко, но меня уже не остановить.
— С самой той секунды, как я сюда пришла, ты вел себя как настоящий хам. И без малейшей на то причины.
Хейден бросает взгляд на окружающих; желваки на его лице продолжают плясать.
— Знаешь, в чем, по-моему, истинная причина? Ты боишься, Хейден. Боишься, что я сорвусь с поводка и...
Он перехватывает мою руку и тащит сквозь толпу вглубь дома. Завернув за угол, Хейден заталкивает меня в темный коридор.
— Прекрати.
— Прекратить что? Требовать от тебя объяснений?
— Да, черт бы тебя побрал! — он упирается рукой в стену прямо у меня над ухом. В нос ударяет его парфюм, смешанный с запахами пива, океана и пота. Его грудь тяжело вздымается.
Моя тоже. Буря в его глазах откликается в моем сердце: каждый удар напоминает, как он близко и одновременно бесконечно далеко.
— Ты сам сказал, что между нами не может быть никакого «мы», — тихо произношу я.
— Сказал.
— Так какое тебе дело, если я буду с Тернером?
Хейден не отвечает. Нас словно магнитом тянет друг к другу, пока мы не соприкасаемся грудью. Он уже давно перегнал меня в росте, но только на таком расстоянии это ощущается сполна. Мне приходится запрокинуть голову, чтобы встретить его стальной взгляд.
Только вот он больше не стальной.
Броня трещит по швам, и тоска, которую я вижу в его глазах, – та самая, что я прятала в себе долгие месяцы.
Я тянусь к нему и впиваюсь губами в его губы.
Хейден медлит – я чувствую это всем его телом, – прежде чем его губы отвечают моим. Теплые и мягкие.
Он приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но я не даю ему шанса. Целую его снова, отчаянно вжимаясь в него всем телом.
Ответь, мысленно умоляю я. Ты мне нужен.
Моя рука зарывается в его волосы, я притягиваю его еще ближе, и он нежно отвечает на мой поцелуй.
А потом плотину прорывает и у него.
Сильные руки обхватывают меня, вдавливая в него так, что между нами не остается ни миллиметра пространства, пока его сердце не начинает биться в унисон с моим сквозь тонкую ткань одежды.