Страница 28 из 94
Когда мы подходим, ведомые Паркером, люди на диване расступаются, как воды Красного моря. Я всегда знала, что парни пользуются в школе авторитетом и окружены фанатками, но никогда еще не видела этого так ясно.
Блэр бросает на меня раздраженный взгляд, когда Хейден садится рядом. От него пахнет табаком и мылом.
Паркер заглядывает в мой пластиковый стаканчик.
— Тебе хоть налили чего нормального?
— Пиво.
— Из бочонка?
— Ага.
Он криво усмехается, тянется к кофейному столику и берет бутылку виски. Я узнаю дорогую этикетку.
— За хорошим пойлом – это ко мне.
— Учту. А что за банки в камине?
— Игра. Думаешь, сможешь сбить?
— А что мне будет, если собью все?
— Все остальные пьют штрафную. Хочешь попробовать? — он протягивает мне плотно скомканный шарик из фольги. На его лице играет та самая озорная улыбка, которую я помню с самого детства.
Я киваю.
— Добро. А ну заткнулись все! Моя сестренка сейчас будет бросать. Готовьтесь пить, жалкие ублюдки.
Паркер снова на моей стороне. Ничто в мире не сравнится с чувством, когда этот здоровенный оболтус улыбается тебе своей фирменной улыбкой.
Я прицеливаюсь и бросаю. Половина банок с грохотом разлетается.
— Черт.
— Нормально, нормально. Зато теперь ты выбираешь, кто пьет шот.
— Одного человека?
— Ага.
Мой взгляд скользит от самодовольной физиономии Тернера к гордой улыбке Джейми, затем к смеющимся глазам Паркера – и натыкается на абсолютную непроницаемость Хейдена. С момента моего появления он не сказал мне ни слова.
— Хейден.
Паркер скалится.
— Пей до дна, брат.
Хейден тянется за виски. Не отрывая от меня взгляда, он делает долгий глоток прямо из горла. Его пальцы крепко сжимают бутылку – длинные, широкие, загорелые от времени, проведенного на солнце. Я никогда раньше их не замечала. В какой-то момент они стали руками взрослого мужчины.
Он со стуком ставит бутылку на стол. В его глазах читается лишь одно.
Довольна
?
Следующий час я провожу, смеясь над шуткам Паркера и флиртуя с Тернером. Моя короткая юбка, похоже, сработала даже лучше, чем я ожидала: я то и дело ловлю на своих ногах взгляды Тернера.
Возможно, дело в пиве или в паре выпитых шотов, но мне и вправду весело – несмотря на угрюмое молчание Хейдена сбоку от меня. Я слышу, как Блэр пытается завязать с ним разговор, но он отвечает односложно, и вскоре она, надувшись, исчезает.
Паркер бросает Джейми вызов в бир-понг. Тернер зовет меня присоединиться, я уже начинаю вставать, но короткий взгляд, брошенный на Хейдена, останавливает меня. Он выглядит... ну, я хорошо знаю этот взгляд.
— В этот раз пас, — говорю я Тернеру.
— Точно?
— Да. Но в следующую игру я в деле.
Хейден закинул ногу на ногу, его глаза прикованы ко мне. Теперь мы на диване одни. Я вижу, как его броня медленно, но верно дает трещину. Он все еще не тот Хейден, каким бывает наедине со мной, но маска, которую он носил при остальных, исчезла.
— Не отказывайся из-за меня, — бросает он. — Если хочешь пойти с Тернером.
— Да что с тобой такое?
Он щурится.
— Ничего.
— Ну да, конечно, — я выбиваю пальцами ритм по спинке дивана, чувствуя себя куда смелее, чем следовало бы.
— Ты просто не хочешь, чтобы я здесь была.
— Это не так.
Я пододвигаюсь ближе, осмелев от алкоголя и мужского внимания.
— Я обломала тебе игру с той блондинкой?
В его взгляде мелькает раздражение пополам с удивлением.
— Не неси чушь.
Прошла целая вечность с тех пор, как он был со мной таким отстраненным. В детстве такое случалось чаще. Когда я лезла не в свое дело или подбиралась слишком близко. Но этого не было уже очень давно.
— Боже правый, — выдыхаю я, и моя рука скользит ближе к его ладони, лежащей на диване между нами. — Даже Паркера было проще задобрить.
— Еще бы. Ты же вьешь из братьев веревки.
Я смотрю на него. Он выглядит измученным, янтарные глаза лихорадочно блестят.
— Но не из тебя?
— Нет, — отзывается он. — Мне хочется верить, что у меня силы воли побольше.
— Обычная иллюзия, — дразню я.
— Скорее всего.
Его взгляд опускается на мои волосы. Сегодня они лежат темным шелковым водопадом, без единого намека на привычные кудри и волны.
— Ты на себя не похожа, — произносит он. Его рука тянется ко мне и медленно проводит по длинной гладкой пряди.
— Тебе не нравится?
— Нет, — долгая пауза. — Да.
— Я – это все еще я, — шепчу я. — А ты – это ты. Даже на вечеринке.
Его глаза снова встречаются с моими, а рука все еще путается в моих волосах. Я вижу, как его взгляд затуманивается. Медленно он убирает руку.
— Да. И зачем ты пришла, Лили?
— Захотела потусоваться.
— Раньше тебе это было неинтересно.
— Разве я не имею права передумать?
— Конечно имеешь, — он делает глоток пива и смотрит на толпу. — Но ты слишком хороша для всего этого. И для
Тернера
.
Ох, только не это.
— Не надо.
— Что не надо?
— Я устала от того, что меня возводят на какой-то пьедестал. Я готова терпеть это от братьев, но только не от тебя.
Его взгляд возвращается ко мне.
— Но только не от меня?
— Да, — не знаю, что во мне говорит – выпивка, обтягивающее платье или то, как он на меня смотрит, – но я чувствую небывалую смелость. — Я не хочу, чтобы ты видел во мне маленькую девочку, которую нужно опекать.
Глаза Хейдена темнеют, и на мгновение я читаю в них все кристально ясно. Он снова мой Хейден.
— Я и не вижу. Ты же знаешь, что нет, Лил.
— Вот и отлично.
Он отворачивается, глядя поверх голов. Я вижу, как напряженно ходят желваки на его скулах. Что бы его ни глодало, оно засело очень глубоко.
Когда он наконец заговаривает, голос звучит глухо.
— Но... наверное, стоило бы.
Крошечная искра надежды, тлевшая во мне до этого, вспыхивает словно лесной пожар, и я едва могу выдавить из себя слова.
— Почему? — выдыхаю я. — Мы можем быть кем захотим.
—
Мы
?
Я смотрю ему прямо в глаза. Он увиливает, и мы оба это понимаем. Это самое «мы» существовало с тех пор, как нам было одиннадцать и двенадцать, с нашими вечно сбитыми коленками и грязью под ногтями.
— Да, — повторяю я. — Мы.
Странная эмоция мелькает в его взгляде. Похоже на сожаление, тоску и еще что-то... что-то мягкое и хрупкое, чего я никогда раньше не видела.