Страница 34 из 86
Ник протягивает руку, чтобы помочь подняться. Я берусь за его ладонь. Пальцы крепкие, тёплые. На секунду наши взгляды встречаются почти на одном уровне. Внутри что-то странно вздрагивает, как от электрического разряда.
Отворачиваюсь первой.
– Ты точно никогда не читал ни одной книги? – спрашиваю, не зная, куда девать эту дрожь.
– Ни одной, – серьёзно отвечает он. – Всё, что я знаю, – из инструкций к мотоциклам и долговых расписок.
– Врёшь, – фыркаю я.
– Возможно, – признаётся Ник.
Обратная дорога ощущается иначе – не легче, не безопаснее, просто… иначе. Страх всё ещё здесь. Он сидит где-то под рёбрами, как заноза, которую невозможно вытащить. Но теперь в него вплетается что-то другое – хриплый ветер, вибрация байка, скорость, от которой невозможно думать о доме с пустой кроватью и серой машине с включёнными фарами.
Я всё ещё напряжена, пальцы цепляются за куртку Ника так, что побаливают суставы. Но внутри уже нет первобытной паники, из-за которой сбивалось дыхание. Этот страх другой – он не про смерть, не про угрозу. Скорее… про неизвестность.
И от этой неизвестности мне, как ни странно, легче.
Но это не значит, что я ему доверяю. Совсем нет.
Каждый раз, когда он наклоняется на повороте, мелькает мысль: «А если он действительно тот, кто следил за мной? Если эта история про отца – просто удобная маска?»
Мозг цепляется за каждую такую мысль, как за спасательный круг. Но тело… тело прижимается к нему ближе, чем нужно, – от страха, от холода, от одиночества, которое я тащу за собой последние два месяца.
Ветер бьёт по шлему, холодный воздух вырывает остатки слёз. Дорога блестит под фарами – тонкие полосы света, мокрый асфальт, редкие машины.
И всё же – байк не боится этих полос. И Ник не боится.
Иногда он чуть поворачивает голову – проверяет, не слетела ли я с сиденья. Это мельчайшее движение – короткое, резкое, почти машинальное. В нём нет нежности. Нет театральности. Просто… контроль ситуации. Он всегда такой – угловатый, прямой, как удар кулаком. И почему-то сейчас эта прямота – единственное, что не вызывает у меня отвращения.
Но доверие?
Нет. Ни капли.
Его рассказ ничего не меняет. Чужая беда не алиби. У многих травмы. У многих тени в прошлом. Это не делает никого автоматически хорошим человеком.
Я не забываю ни серую машину, ни звонки, ни СМС, ни сухую куртку под дождём.
Не забываю. Просто на эти несколько километров дорога глушит тревогу лучше, чем стены дома.
Мы выезжаем на трассу, и скорость слегка возрастает.
Свобода – это всё ещё не про счастье. Свобода не обещает, что станет легче.
Свобода – это пауза.
Свобода – это когда хотя бы на пару часов перестаёшь винить себя за счастье. Но не перестаёшь быть осторожной.
И уж точно не перестаёшь подозревать.